Франция переживает нелёгкий месяц. Президент Эммануэль Жан-Мишель Фредерик Макрон и его новый премьер-министр приступили к сложной задаче формирования правительства и составления бюджета.
После призыва протестующих «блокировать всё» (в том числе оплачивать товары только наличными, чтобы вызвать коллапс платёжной системы) и общенациональной забастовки из-за бюджетного плана по отмене двух государственных праздников (недавно он отменён) страна погрузилась в жаркие дебаты по поводу введения нового налога на богатство.
Хотя это одна из немногих пользующихся почти единодушной поддержкой идей, это не то, что нужно Франции сейчас. Так считает обозреватель Bloomberg Лионель Лоран.
Иллюзии и реальность
Налог на богатство придуман 38-летним экономистом Габриэлем Цуцманом и продвигается левыми в качестве антимакроновского лозунга. Сбор обладает достоинством простоты: 2% с богатства, превышающего порог в 100 миллионов евро (117 миллионов долларов).
Сторонники идеи говорят, что новый налог станет приносить 20 миллиардов евро в год от примерно 1800 домохозяйств. Это эквивалентно примерно половине бюджета национальной обороны и четверти суммы, собираемой подоходным налогом.
Неудивительно, что такой сбор безумно популярен среди 99,99% тех, кому не пришлось бы его платить. Даже крайне правое «Национальное объединение» отчаянно пытается набрать очки за счёт собственной версии.
Но какой ценой? И вот тут всё становится гораздо сложнее. Можно предположить, что потомки владельцев LVMH и Hermes уже звонят консультантам, чтобы узнать, как избежать такого налога (например, купить билет на самолёт в Милан). Есть ещё и нувориши, оседлавшие волну высоких оценок технологических компаний. Например, новоиспечённый 33-летний миллиардер Артур Менш, соучредитель убыточного стартапа Mistral AI. Им придётся продать акции, чтобы заплатить налог. Или, как любезно подсказал Цуцман, просто передать их государству и создать новый суверенный фонд благосостояния.
Ошибочные расчёты
Скорее всего, сдерживание будущих предпринимателей и инженеров не принесёт ни суверенитета, ни богатства. Учитывая поведенческую реакцию богатых и вероятные конституционные проблемы, некоторые эксперты полагают, что итоговая прибыль составит 5, а не 20 миллиардов евро. Так что выгода будет аналогична введённому во Франции после 2017 года налогу на имущество, который тоже вызвал относительное разочарование, только с потенциально гораздо более высокими издержками.
«Назвал бы это вуду-экономикой, но слишком уважаю вуду», - заявил в июне президент левоцентристского аналитического центра Terra Nova Лионель Зинсу.
Особенно удручающими делает нынешние дебаты очевидный факт, что широкому кругу французов, включая богатых, придётся заплатить, чтобы вернуть государственные финансы в нормальное русло, что вполне справедливо. Даже Менш признаёт необходимость большей «фискальной справедливости» в стране, где состояние миллиардеров удвоилось за пять лет, а рост заработной платы замедляется. Было бы нелепо представить, что какое-либо правительство сможет принять бюджет в противном случае.
Идеологическая битва между нацией стартапов и страной высоких налогов окончена. Но цифры довольно устрашающие. Чтобы просто начать сокращать дефицит бюджета Франции до уровня ниже 5% валового внутреннего продукта, потребуется несколько налогов Зукмана. Всё это требует более широкого самоанализа.
Вопросы без ответов
Почему страна, которая может похвастаться самым высоким налоговым бременем и почти самым низким уровнем неравенства доходов в Европе, где почти 60% населения получает от государства больше, чем вкладывает, выходит на улицы с требованием большего равенства?
И почему неравенству между поколениями, о котором говорил бывший премьер-министр Франсуа Рене Жан Люсьен Байру перед своей парламентской дефенестрацией, уделяется сравнительно мало эфирного времени?
«Увеличение налогов неизбежно. Но пока не будут решены более глубокие вопросы эффективности и реформы расходов, особенно в области пенсий, на которые приходится 25% государственных трат, фискальные меры станут скорее таблетками плацебо, чем волшебным средством», - заключил автор статьи.