Крысятничество и всевозможные мемы о нем с точки зрения социальной психологии и антропологии — это естественное явление с важными для группы людей функциями, вредными, как яд, но полезными в микродозах, как лекарство, считает практический психолог и корпоративный бизнес-психолог Алена Сафронова.
Выражение «перемывать косточки» — идеальная метафора феномена, полагает клинический психолог, когнитивно-поведенческий терапевт, кандидат психологических наук Ольга Самосват. «Как обезьяны, перебирая шерсть сородича, ищут и удаляют паразитов, очищая и оздоравливая его, так и мы, «перебирая» поступки и характеры других людей, «очищаем» и укрепляем наши социальные связи», — поясняет она.
Интриги и сплетни могут объединять, так как у людей появляется ощущение общности из-за преимущества перед социумом: они знают какой-то секретик, а другие — нет. «Как будто бы есть идея, что сплетни — это особый вид истории», — считает психотерапевт, блогер, автор Telegram-канала «Кукуха–Land» Николай Пашков.
«Двое и более человек, немного втайне и скрывая от кого-то другого, имеют инсайдерскую информацию о жизни или обстоятельствах, событиях в жизни какого-нибудь важного человека. У того, вокруг которого заводятся сплетни, должна быть значимость сильно больше, чем у каждого из сплетников», — продолжает Пашков.
«Это справедливо и по отношению к какой-нибудь знаменитости, и к условной Катьке, по поводу которой сплетничают подружки — Катька должна содержать какой-нибудь дополнительный буст». Люди, которые сплетничают, должны жить жизнь сильно проще или менее значимую и наполненную обстоятельствами, чем те, о ком сплетничают, считает психотерапевт.
Сплетни помогают обмену социальной информацией и формированию карты сообщества, считает Ольга Самосват, клинический психолог, когнитивно-поведенческий терапевт, кандидат психологических наук. «Это просто обмен информацией о том, кто есть кто и что есть что в группе. Кому можно доверять? Кто нарушил нормы? Кто вносит наибольший вклад? Это помогает нам ориентироваться в сложной социальной структуре, не участвуя лично в каждой ситуации», — говорит она.
Так, профессор Николас Эмлер провел серию исследований, показывающих, что подавляющая часть сплетен (около 80–90%) носит нейтральный или просто информационный характер. «Мы буквально создаем и обновляем мысленную «карту» нашего социального мира», — добавляет Самосват.
Часто за сплетнями стоит страх оказаться в стороне, подчеркивает логотерапевт, смысло-центрированный психолог и член Профессиональной психотерапевтической лиги Александра Терещенко: «Если не уверен в своем месте среди других, то проще заполнить эту пустоту разговорами о других».
Терещенко добавляет: «Но это же и шанс — заметить, что за болтовней прячется множество вопросов на подумать: А что я хочу сказать о себе миру? Какой я рядом с другим? Какой я в сравнении с другим? Нужно просто этот шанс схватить, а еще лучше, преобразовать в вопрос: «Что я вообще могу дать этому миру, людям вокруг, исходя из того, кто я такой на самом деле?».
Получается, что сплетни, если не рассматривать их в этическом смысле, способны не только сближать людей и вызывать чувство общности, но и в какой-то мере регулировать социум, проявлять «правила игры», быть неким ориентиром, отмечают эксперты. И это как будто положительные стороны крысятничества.
#психология #работа @forbes_young