Соотношение традиции и новаторства, свободы и канона — тема, не сходящая с повестки дня. Действительно, как двигаться вперед, оставаясь в рамках традиции? Свой ответ на этот вопрос уже дали многие архитекторы, и стилевая амплитуда здесь достаточно широка: от тщательной исторической стилизации до осторожных (сравнительно с западными) формальных экспериментов (1).
Искать ответ на этот вопрос можно, опираясь на теорию К. Александера и Н. Салингароса, известных на Западе теоретиков, стоящих во главе крепнущей оппозиции модернизму и его стилевым преемникам. У нас их известность пока ограничивается немногими переводами (2) при полном отсутствии полемики.
Подражая природе
Если попытаться в двух словах изложить суть подхода названных ученых к архитектуре, то он состоит в следующем: закономерности архитектурной формы и пространственной организации должны следовать общим принципам организации материи в природе. Именно таким образом была ориентирована вся традиционная архитектура, хотя формулировалось это иначе. Греческие философы говорили о мимесисе как принципе «подражания». Григорий Богослов называет сотворенный мир «великой и преславной книгой Божией, в которой открывается самим безмолвием проповедуемый Бог». Общие закономерности природного порядка — такие как иерархия, симметрия, ритм, наличие сильного центра и другие — придают черты сходства постройкам самых разных культур и регионов вплоть до начала ХХ века. С наибольшей же силой эти закономерности выражены в культовых сооружениях, которые вплоть до Нового времени были главным фокусом архитектуры и генератором формообразования. (Необходимо заметить, что такой подход прямо противоположен современному органитику, подражающему случайным природным фрагментам).
Кристофер Александер (1936–2022) и Никос Салингарос (р. 1952) исследуют принципы природного порядка с научных позиций: Александер — как архитектор и математик, Салингарос — как математик и физик. То, что интуитивно ощущали (а порой и получали в виде откровения) и закрепляли в канонах зодчие прошлых веков, они подвергли научной верификации, в том числе используя выход физики на уровень микромира, где, как выясняется, действуют те же самые принципы организации материи. Самые общие, фундаментальные законы и следующие из них более частные правила они систематизировали и сформулировали как непосредственное руководство к проектированию.
В трудах Александера и Салингароса я нашла для себя ответы на многие волновавшие меня вопросы. То, к чему я двигалась со стороны философии (поиск ясных критериев для анализа формы), нашло поддержку со стороны естественных наук. Впрочем, осмысляя закономерности организации материи, ученые затрагивают и философский уровень. Последовательно разматывая цепочку причинно-следственной связи, они фактически приближаются к сфере богословия. В своем фундаментальном труде The Nature of Order («Природа порядка») католик Александер фактически призывает к ревизии современной научной картины мира — картины по умолчанию атеистической, механической, доставейся нам в наследство от Ньютона и просветителей. Картины, в которой «ничто не имеет смысла» (К. Александер), включая наше собственное самосознающее «я» с его способностью восхищаться, благоговеть и трепетать перед красотой мира. Но осуществить эту ревизию намного сложнее, чем кажется: для этого недостаточно признать существование Бога (Ньютон не был атеистом) или ввести богословие в перечень официальных научных дисциплин. Для этого необходимо вернуть науку в контекст веры: о плодотворности такого союза свидетельствует вся традиционная культура, но для многих это равносильно повороту истории вспять…
Храмоздатель № 1 (6) 2023
И. О. Бембель, кандидат искусствоведения, главный редактор журнала «Капитель»
_____________
Примечания
(1) Доклад на данную тему состоялся в ходе круглого стола «Проблемы современного храмового зодчества».
(2) К. Александер «Язык шаблонов» (2014); Н. Салингарос «Анти-архитектура и деконструкция. Триумф нигилизма» (2017); Н. Салингарос «Алгоритмы устойчивого проектирования» (2019).