Мария сидела в элегантном вечернем наряде перед широким зеркалом и быстрыми, полными напряжения жестами доводила до совершенства последние детали своего макияжа. Заметив в отражении фигуру мужа, который вошел в комнату в повседневных джинсах и свитере, она резко развернулась и начала выплескивать все накопившиеся обиды с явным раздражением в голосе. Ведь в их отношениях накопилось столько невысказанного, что этот момент стал катализатором для эмоционального взрыва, подчеркивая, насколько хрупким стал их союз за последние месяцы. Она чувствовала, что их совместная жизнь, когда-то полная страсти, теперь превратилась в рутину, где каждый день приносил новые разочарования, и это только усиливало ее беспокойство перед предстоящим семейным событием.
— Лёша, я совершенно не понимаю, почему ты не в состоянии вернуться вовремя хотя бы раз в неделю, — произнесла Мария с ноткой упрека, ее тон становился все более эмоциональным, словно она давно ждала повода высказаться. — Только не вздумай говорить, что забыл о юбилее моего отца и о том, что мы обязаны появиться у него не позднее семи часов вечера. Я ведь напоминала тебе об этом и утром, и днем в сообщениях слала. Ты прекрасно осведомлен, что мои родители на дух не переносят опозданий от гостей, особенно сегодня, когда мы с тобой, как самые близкие ему люди, могли бы приехать даже чуть раньше, чтобы все выглядело прилично.
Муж в ответ отреагировал с раздражением, его слова прозвучали резко, отражая накопившуюся усталость от постоянных претензий.
— Так в чем проблема, Маша? Ехала бы одна, если так важно соблюсти все приличия, — буркнул Алексей, его голос набирал силу, показывая, что он тоже на пределе. — Я, между прочим, ради тебя торчу на работе допоздна, чтобы ты продолжала жить в том комфорте, к какому привыкла, и ничем не хуже прежнего. Ты должна ценить это, а не выдвигать какие-то глупые упреки. Ты ведь ведешь себя как настоящая истеричка, и это меня совсем не удивляет — тебе все дается легко с самого рождения. А мне приходится вкалывать, чтобы добиться успеха.
В просторной спальне, обставленной современной мебелью, женщина поморщилась, увидев пятна грязи на джинсах супруга, и это только усилило ее недовольство, напоминая о его безразличии к мелочам, которые для нее имели значение.
— Да что это такое? Ты даже в душ не успеешь зайти, Лёша? Ну пожалуйста, переодевайся поскорее, — попросила Мария, ее интонация смягчилась на миг, но в глазах все еще мелькало раздражение.
Когда мужчина почти полностью подготовился к выходу, Мария собралась вызвать такси, но Алексей начал спорить, его слова звучали упрямо, подчеркивая его нежелание уступать в мелочах.
— Сейчас прикатит какое-нибудь корыто с ужасным вонючим ароматизатором, — проворчал он, морщась от одной мысли. — А у меня и без того после смены голова трещит. Лучше поедем на нашей машине, так надежнее и комфортнее.
Мария осознала, что проще согласиться, чтобы избежать дальнейших препирательств, и вскоре они отправились в загородный коттедж ее родителей. По пути пришлось заглянуть в цветочный магазин, поскольку выяснилось, что Алексей забыл приобрести букет для тещи, и это добавило напряжения в их и без того натянутые отношения. Когда женщина упрекнула супруга в этой оплошности, он снова вспылил, его ответ прозвучал с ноткой обвинения.
— У тебя вообще график свободный, могла бы и сама позаботиться о цветах для своей мамы, — отрезал Алексей, его тон стал резче. — Все равно, наверное, по городу без дела моталась. Слышать такие слова было обидно, но Мария старалась сдерживаться, чтобы не отвлекать мужа от дороги.
Дорожное покрытие в некоторых местах уже покрылось тонкой ледяной коркой, и поскольку поздней осенью шоссе на выезде из города оставалось относительно свободным, Алексей гнал автомобиль на пугающе высокой скорости, то притормаживая, чтобы избежать штрафов, то снова нажимая на газ. Настроение у супругов было далеко не праздничным: Мария злилась на мужа за задержку на работе, за забытый букет и за то, как все в их семейной жизни пошло наперекосяк. Ведь совсем недавно между ними пылала искренняя, жгучая любовь, которая помогала сглаживать различия в образовании и финансовом положении, и страсть была такой интенсивной, что казалась вечной. Теперь же Алексей, вернувшись домой, либо засыпал сразу после плотного ужина, либо утыкался в ноутбук, ссылаясь на необходимость поискать данные по работе. Женщина утешала себя тем, что это вполне нормально после двух лет брака, но смириться с растущим отчуждением от любимого человека оказалось непросто. Сейчас, наблюдая за мелькающими огнями фонарей вдоль трассы, Маша никак не могла успокоиться и настроиться на торжество; у нее возникло мрачное предчувствие, что этот вечер принесет какие-то неприятности. Она старательно отгоняла от себя тяжелые мысли, чтобы не испортить родителям настроение своим угрюмым видом, и даже не подозревала, что после праздника вся ее привычная жизнь перевернется вверх дном.
Нарядный юбиляр радушно принимал поздравления, и после того как Мария с Алексеем вручили ему свой подарок, мужчина не упустил возможности поддеть зятя, его слова прозвучали с легкой иронией.
— А что это вы на своей машине прикатили? Неужели за мое здоровье рюмочку не опрокинешь? Или ты, Алёша, никак не поверишь, что такой солидный автомобиль в твоем полном распоряжении, и стремишься накататься вдоволь? — заметил Сергей Петрович, его глаза блеснули шутливо, но с намеком на превосходство.
Мария увидела, как у мужа напряглись скулы и он еле сдерживается, чтобы не ответить тестю грубо, но ситуацию разрядила мама: женщина обняла супруга и сказала ласково.
— Серёжа, не бурчи, тебе это не к лицу, — произнесла Елена Васильевна, ее тон был примирительным. — Алёша, Машенька, проходите к столу.
На шестидесятилетии Сергея Петровича собрались люди примерно одного возраста, и их беседы оказались совершенно неинтересными для Алексея. К тому же он ощущал себя неуютно из-за взглядов, которые, как ему казалось, бросали на него окружающие. Тем более что, когда зашла речь о детях, тесть с гордостью упомянул квартиру, подаренную дочери перед свадьбой.
— Мы с Леной решили, что молодым нужно сразу жить отдельно, зачем терпеть неудобства, если их легко можно избежать, — объяснил Сергей Петрович, его голос звучал уверенно, подчеркивая щедрость. Несколько гостей попытались возразить, что раньше молодожены зачастую и после рождения детей жили с родственниками и ничего страшного в этом не было.
— Ну, раньше и поговорка про рай в шалаше была популярна, с дополнением, что если мил, то и шалаш рай, — продолжил юбиляр, улыбаясь. — А мы с Леночкой посоветовались и прямо перед свадьбой приобрели для Машеньки квартиру, чтобы она начала семейную жизнь с Алёшей в комфортных условиях. Разумеется, всю внутреннюю обстановку дочка подбирала под себя. Тут уж мы с Леной сделали шаг в сторону — пусть все будет так, как ей удобно.
Гости одобрительно закивали, восхищаясь щедростью Сергея Петровича и его супруги Елены Васильевны, а потом наконец Алексей смог выйти на свежий воздух. Ему было крайне неприятно, что тесть словно нарочно выставлял его бесполезным придатком к своей дочери. Мария, почувствовав раздражение мужа, последовала за ним и, старательно маскируя собственное недовольство, попыталась его успокоить.
— Ну что ты сбежал? Посидим немного и поедем домой, — предложила она, ее голос стал мягче. — Сегодня вечер для нужных людей, а на выходных соберемся уже в узком кругу, душевно. Потерпи.
Алексей вернулся за стол, но все равно часто отлучался, ссылаясь на необходимость позвонить или выкурить сигарету. Побыв у родителей пару часов, Мария, к радости мужа, стала собираться в город, объясняя это тем, что завтра на работу.
— Маша, а давай прокатимся на берег реки, мне нужно хотя бы немного подышать воздухом, — сказал Алексей, его тон был настойчивым.
Женщина не стала спорить, тем более что до реки вела нормальная асфальтированная дорога, и не было риска застрять в грязи, прикрытой ледяной коркой. Алексей припарковал машину на площадке и вышел наружу; поздним вечером неприветливый пейзаж выглядел уныло. Мария, в симпатичной, но продуваемой куртке, почувствовала запах коньяка и возмутилась.
— Лёша, ты что? А как же ты за руль сядешь? Ты же видел, что я пила вино и вести машину точно не смогу. Чего мы тут с тобой до утра мерзнуть будем? — воскликнула она, ее слова отражали растущее беспокойство.
Мужчина повернулся к жене, его ответ прозвучал успокаивающе, но с ноткой беззаботности.
— Не переживай, шоколадка в бардачке лежит, съем — и никакого запаха не будет, — заверил Алексей. — Мне просто необходимо расслабиться после этого праздника.
Мария устало вздохнула и спросила.
— А до дома не судьба была доехать? Расслаблялся бы на кухне сколько душе угодно, если на продавцов полосатых палочек съеденная шоколадка не подействует, прикупим.
Зло выговаривая все, что накопилось у него на душе, Алексей продолжил, его голос стал жестче.
— Чего ты верещишь? Попросишь своего папочку — и он вопрос решит в случае чего. Порт, конечно, но ради твоего комфорта и спокойствия постарается. Ничего необычного. Я сегодня весь этот чертов праздник только и слышал, как много Сергей Петрович для всех сделал. Казус, конечно, но такому замечательному юбиляру не повезло с зятем — явно я не миллиардами ворочаю. Когда-нибудь выкарабкаюсь без помощи тестя из среднего класса.
Дрожа от холода, Мария возразила.
— Ты ошибаешься, гостям не было до тебя никакого дела, они пришли поздравлять папу, и если честно, на всех остальных им плевать. Всё, иди жуй свою шоколадку. Поехали домой, я уже замерзла.
Небольшая порция спиртного не успокоила Алексея, а напротив, разожгла чувство обиды. Сев за руль, он снова вспомнил замечание тестя и принялся брюзжать.
— Конечно, я в отличие от тебя с золотой ложкой во рту не родился, в машине радуюсь, конечно, водить-то я учился на раздолбанной копейке друга. Своей тачки у меня не было, только это же не значит, что я человек второго сорта. Это ты привыкла, что тебе все преподносят на блюдечке с голубой каемочкой. Сколько машин ты уже к 25 годам сменила? А у меня брюк столько не было. Тебе, наверное, кажется, что весь мир вокруг тебя крутится: и бизнес у тебя есть, и квартира, и автомобиль — все такое замечательное, и только муж неудачник.
Марии надоело молча выслушивать нападки мужа, который кричал все сильнее, и она поневоле начала отвечать, будто оправдываясь.
— Между прочим, это всего лишь моя вторая машина, до этого у меня была обычная нива-шевроле с механической коробкой передач, — возразила она, ее тон стал защитным. — И бизнес у меня пополам с подругой, которая поверила в мои способности и не прогадала. Так что зря меня какой-то глупой маркой выставляешь. Тебе тоже жить с моими родителями, я не сомневаюсь, удалось бы — они у меня совсем не снобы. Но ты же сам ведешь себя так, как воспитанные люди себя не ведут: постоянно вскакиваешь из-за стола, куда-то выходишь, разговор не поддерживаешь.
Скандал набирал обороты, супруги продолжали бурно выяснять отношения. Подъезжая к городу, Алексей принялся переключать радио, словно отстраняясь от неприятного разговора, а Мария, смотревшая на дорогу, внезапно закричала.
— Стой.
Алексей нажал на педаль тормоза. Возможно, все бы обошлось, но на покрытом льдом асфальте машину немного занесло; автоматика сработала, но с небольшой задержкой. Этих долей секунды, когда иномарка вильнула кузовом, оказалось достаточно, чтобы сбить человека, шедшего по обочине. Судя по силуэту, это был мужчина, но именно на этом участке почему-то не горели фонари, и Мария не была уверена. Дорога была пустой, и, наверное, будь Алексей менее взвинченным, он бы просто направил автомобиль на соседнюю полосу, и ничего бы не произошло, но теперь уже ничего нельзя было изменить, разве что оценить последствия.
Продолжение: