Я не знаю, почему сегодня фотографии, которые я оставляю на канале так сильно меня волнуют. После 40 они вызывают невероятную, неизмеримую тоску и сострадание. Лично для меня это тяжелые фотографии. Документы трагедии, которая разворачивалась на глазах у всего мира.
Эти фотографии папарацци — не просто свидетельство охоты. Это доказательство ее человечности в мире, который хотел видеть в ней только картинку. Ее трагедия в том, что машина славы, которую она так гениально использовала для добрых дел, в конечном счете ее и уничтожила.
Диана была феноменом, который выходил далеко за рамки британской монархии. Что я мог знать о ней будучи ребенком, а на момент ее трагической гибели мне было 13 лет?
Я помню, как плакала моя бабушка. Да, обычная русская женщина за 60, работающая в типографии, а потом в огороде, содержавшая какое-то подсобное хозяйство с животными, что бы обеспечить себя на зиму - сидела перед черно-белым телевизором и плакала под грохот пролетающих за забором фур трассы Е-95.
В мире, где королевская семья ассоциировалась с холодным соблюдением протокола, Диана была живой, эмоциональной и настоящей. Она не боялась показать свои чувства: радость, грусть, смущение. Люди во всем мире, в том числе и в России, видели в ней не недосягаемую икону, а человека — со своими слабостями и переживаниями. Это вызывало невероятную эмпатию.
Много позже мне попадались фотографии, где Диана буквально прикасалась к людям, которых общество отвергало: больным СПИДом (в то время была огромная стигма), прокаженным, бездомным. Ее знаменитое рукопожатие с больным СПИДом без перчаток в 1987 году стало мощнейшим символом — оно говорило: «Я не боюсь тебя, ты важен». Это был язык сердца, понятный без перевода в любой стране.
Эти фотографии — страшная иллюстрация. Одна из самых известных женщин в мире - не принцесса, а женщина, за которой охотятся. Люди видели цену ее славы и сочувствовали ей.
Почему ее называли «королевой людских сердец»?
Этот титул родился не по указу, а снизу, от обычных людей.
«Власть» была основанная на любви и сочувствии, а не на церемониях и наследственных правах.
Одиночество, несовершенство брака, проблемы с самооценкой, сложные отношения с детьми. Она разрушала иллюзию идеальной жизни, показывая, что даже в сказочном дворце можно быть несчастным. Это делало ее своей для миллионов.
Вместо того чтобы просто сиять на мероприятиях, она направляла вспышки вспышки камер на темные углы мира: на проблемы минных полей (ее работа по запрету противопехотных мин была нобелевского уровня), на тяжелые болезни.
Моя уверенность — это и есть, пожалуй - главное наследие Дианы.
Ее преследовали папарацци, у нее был несчастливый брак, ее жизнь оборвалась трагически и рано. Такие истории всегда вызывают запоздалое сочувствие и желание защитить.
Она умела находить общий язык с любым человеком, независимо от его статуса.
В ее улыбке была не королевская снисходительность, а искренняя теплота.
Ее история — это вечное напоминание о том, что самая большая власть — это власть над сердцами, и она достигается не силой, а искренностью и состраданием.
Все эти слова становятся понятны далеко не сразу, с возрастом.