- Вы больше съели, чем помогли, - так свекровь отблагодарила нас за то, что мы весь отпуск работали у нее на участке

Моя свекровь жила в сибирской деревне. Туда мы с Пашей ездили, но поездки наши всегда были короткими.

Этим летом Виктория Викторовна позвала нас к себе на весь отпуск. Она сразу сказала, что ей нужно будет помочь, потому что одна она не справляется с домом.

- Мама одна, ей тяжело, мой брат не помогает ей, - сказал мне муж. – Может, выделим один отпуск на то, чтобы ей что-то сделать?

Я не имела ничего против свекрови. И я понимала, что одна она не справится. Я согласилась поехать и весь отпуск провести у Виктории Викторовны. Чтобы времени на все точно хватило, мы с мужем написали еще и за свой счет на три недели после основного отпуска. Получалось, что в нашем распоряжении было почти два месяца.

Когда мы приехали к Виктории Викторовне, она сразу же стала показывать нам участок, огород, давать задания. Мы все запоминали, что-то уточняли. Я понимала, что работы будет много, что нам будет не присесть. Ни про какой отдых нам можно было и не думать. Каждый день мы работали на участке. Свекровь нас не хвалила, но и не критиковала. За одно это я уже благодарна ей. Мы не только выбивались из сил. Мы еще покупали продукты, различные удобрения для сада и огорода, какие-то инструменты. На все это ушли наши отпускные и еще деньги из заначки, которые мы предусмотрительно взяли с собой.

Месяц пролетел быстро. Мы уже чувствовали себя уставшими, но все же были довольными. Мы видели, что почти все задания были выполнены, что видна финишная прямая. Только Виктория Викторовна ее не наблюдала. У нее были еще планы, которыми она поделилась с нами за одним из ужинов.

- Времени столько потратили, а так мало сделали, - сказала свекровь. – Еще ворота надо починить, забор местами подлатать. И угольник нужно отремонтировать. Там трещина пошла. Зиму не простоит.

Мы с мужем переглянулись. Паша напомнил матери, что мы не договаривались изначально о таком объеме работ.

- Но мы посмотрим, сделаем, что будет в наших силах.

На следующий день мы обнаружили, что ворота держатся на соплях, что забор нужно местами менять, а не латать. И угольник нужно перекладывать, а не ремонтировать. И на все это требовались серьезные деньги.

- У нас закончились запасы средств, - сказала я, - но мы можем воспользоваться кредиткой. Потом разберемся с долгами. - Спасибо тебе, любимая, - сказал Паша и обнял меня.

Мы купили материалы, которые необходимы, принялись за работу. Еще две недели мы с утра до вечера работали. Порой приходил брат мужа, но от него не было никакого толку. Он не помогал нам.

- Завтра уголь привезут, выгрузят возле забора, - сказала в один день Виктория Викторовна. – Вы должны будете перенести его на место, чтобы дожди его не испортили. А они скоро пойдут.

На следующий день мы взяли за лопаты. С утра до вечера мы тягали этот уголь, но весь так и не перенесли. А перед сном я плохо себя почувствовала. У меня заболела спина, температура поднялась. Паша решил не рисковать, отвез меня в больницу. Там врачи осмотрели меня, сказали, что мне нужен покой, что я простудилась и перетрудилась. Виктория Викторовна, когда узнала, что я не буду больше работать, вышла из себя. Она сразу же стала говорить, что от нас никакого толку. Паша злился, но молчал, чтобы не ругаться с мамой. Только свекровь не оценила его жеста. Она решила накалить обстановку во время очередной трапезы.

- Вы больше съели, чем помогли, – сказала она. - А вам уезжать скоро, что мне прикажете делать? Я уже пожалела, что вас, бездельников, позвала к себе. Только отдыхать и умеете.

Это было обидно. Паша вскочил с места, напомнил матери. Сколько мы всего сделали, сколько денег потратили на еду и на материалы для ее забора, ворот и всего остального.

- Нам поездка на море дешевле обошлась бы, - добавил Паша. – А мы потратились на тебя, на твой дом. Еще и в кредит, мама, влезли. Ты «спасибо» не хочешь нам за это сказать? - А за что вас благодарить? Вы не только мало сделали, вы еще и схалтурили. Скоро все развалится. Только Материалы напрасно перевели на ваш «труд».

Следующим утром мы уехали. Не могли мы больше видеть свекровь и слышать. Она не умеет быть благодарной.