Июнь 26
С утра дети получили обещанный бассейн. Точнее, получил старший — поврежденную руку Тимофея мы решили не мочить.
Но радость у Григория длилась недолго — началась гроза с громом и молниями. Супруга поначалу отнеслась к ней философски. Но когда шарахнуло явно рядом с нами, я забеспокоился и объяснил Анне, что в радиусе 10 метров от попадания молнии в воду можно легко получить травмы, несовместимые с жизнью. После этой информации дети были срочно эвакуированы. Именно в этот момент я обнаружил по навигатору, что нам ехать до Ялты больше шести часов…
Люди склонны жить в плену стереотипов и представлений. В этом нет чего-то фундаментально ущербного. Для многих эти представления и стереотипы являются правилами, страховкой от ошибок. Человек, живущий по правилам, вряд ли прыгнет выше головы, вряд ли станет следующим Стивом Джобсом или Илоном Маском. Но так ли это плохо?
Если бы завтра все стали предпринимателями, что бы произошло? Бурный рост, тысячи биллов гейтсов? Конечно, нет. Были бы разочарования, банкротства и депрессии. Кроме талантов, данных природой, есть еще множество факторов. И еще есть его величество Случай и его супруга Удача. Случай нередко обнуляет всю созидательную деятельность, длившуюся годами. Ты можешь годами созидать, а потом раз и свалиться с мотоцикла.
Но случаи не обязательно должны быть несчастными. Рулетка не всегда бывает только русской. Мы с моим другом закончили МФТИ в 1991-м году. Моя дипломная работа была связана с изучением залежей природных ресурсов в Антарктиде из космоса[1]. Очевидно, что в 1991 году было явно не до этого.
При этом параллельно с падением железного занавеса началась «охота за головами» со стороны наших заокеанских «партнеров». И Физтех был первой очевидной целью. У меня были приглашения из трех американских университетов, у моего товарища — аналогично. Но мы еще сомневались – все-таки это была явная эмиграция. А здесь осталась бы вся прежняя жизнь вместе со стареющими родителями.
Именно в этот момент некто Эд Лозански, вместе с первым мэром Москвы Гавриилом Поповым, создали «Американский университет в Москве». Идея заключалась в том, чтобы пригласить профессоров из Америки, которые бы обучали молодых и теперь уже свободных россиян экономике, финансам и прочим капиталистическим примочкам. Эту идею бурно рекламировали по всем вузам Москвы. Поступить могли лица с высшим образованием, успешно сдавшие два экзамена: школьную математику и английский язык. Перспективы рисовались радужные: после двух лет обучения интересная работа с международным уклоном. А чтобы еще больше подсластить пилюлю, двадцати лучшим студентам по итогам первого года была обещана трехмесячная стажировка в США.
Легко себе представить, как это заманчиво выглядело в 1991 году. Школьная математика нам, выпускникам Физтеха, казалась пустяком. Так что мы оба с товарищем пошли сдавать экзамены, абсолютно уверенные в успехе. Но мы не учли двух вещей. Первая: таких умных, как мы, была вся Москва. И поэтому для первого раунда были арендованы все аудитории МГУ. Говорили о нескольких тысячах претендентов. А мест было всего 60. Вторая: математика была действительно школьной, но формат был для нас непривычным. Нужно было за час решить 20 задач с нарастающей сложностью от «к четырем прибавить два» до параметрических уравнений.
Через день я поехал в МГУ смотреть результаты. Их я запомнил на всю жизнь. На следующий этап сдавать английский проходило 200 человек, набравших 58 баллов и выше из 100. У меня оказалось 59, у моего товарища — 57. Так, из-за двух баллов, наши пути навсегда разошлись. Он уехал в Америку и стал там почетным профессором физики в Университете Калифорнии. Я же остался в Москве и занялся экономикой и менеджментом…
Так вот, моим стереотипом было то, что Крым находится рядом с Новороссийском. И когда я увидел на навигаторе цифру больше шести часов, я был неприятно удивлен. Мое удивление сменилось нервозностью после звонка от нашего друга, к которому в гости мы собирались. Он позвонил в пол одиннадцатого и поинтересовался, выехали ли мы? А ведь мы только-только приступили к завтраку…
Да, Крым как бы рядом. Но он оказался не таким уж маленьким. Это не Люксембург, Андорра или Ватикан. И от Керчи на границе Крыма до Массандры еще полновесных 200 километров…
Я не был в Крыму уже 20 лет. Хотя раньше я его очень любил. Более того, моей юношеской мечтой было купить дом на побережье именно в Крыму и просто созерцать окрестности, сидя на балконе, выходящем на море. Это было для меня итоговым аккордом счастья. Удачным завершением жизненного цикла! Так мне казалось в 25 лет.
Я мог сравнить тогда Ялту и Сочи, и Ялта мне нравилась намного больше. Сочи на рубеже веков выглядел хаотичной и грубой деревней в стиле «базар-вокзал». Крым, и конкретно Ялта, смотрелся более цивилизованно. Я, в основном, снимал квартиры в частном секторе. А еще два раза ездил в Симеиз, в пансионат, который непатриотично для Украины назывался «Зори России». Более того, каждый вечер в нем на всё побережье крутили песню «Как упоительны в России вечера», которую с тех пор я ненавижу лютой ненавистью, так она мне там надоела. Но «ошибку» исправили — в какой-то момент пансионат переименовали в «Зори Украины». Я уверен, что вышеупомянутая песня после этого озвучивать побережье перестала. Ну а сейчас — сюрприз-сюрприз! — данный пансионат снова называется «Зори России», и теперь уже никто не посмеет сказать, что это не патриотично.
Тогда я сделал несколько фотографий на пленку, поскольку цифровых камер еще не было. Ай-Петри и «Ласточкино гнездо»:
Вот дом на обрыве по дороге на Ай-Петри:
Ну, а вот я сам в Крыму 20 лет назад во время своего последнего туда приезда.
Почему же я перестал ездить в Крым? Сначала, наверное, потому, что захотелось посмотреть остальной мир. Затем — потому что в 2011 году мы купили квартиру в Сочи. Выбирая место, мы отдали предпочтение Кавказу из-за более удобной транспортной логистики, и под ожидания больших инвестиций в Олимпиаду. Оглядываясь назад, я о нашем выборе не жалею.
Живя в Сочи, мы периодически думали о Крыме. Но тут пошли политические напряжения, потом огромные пробки на паром, потом, уже после строительства моста — огромные пробки в районе Керчи. В общем, звезды сложились только сейчас…
Мы выехали еще в дождь, но он быстро прекратился, и стало очень жарко.
И вот, наконец, он Крымский мост! Я думал, что у нас будет хорошая возможность запечатлеть его во всей красе. Увы, нет. Единственное место, где он полностью просматривается, это участок метров сто сразу же после поста со стороны Новороссийска. Там, как и на протяжении всего моста, останавливаться нельзя. Но, по крайней мере, можно воспользоваться возможностью его сфотографировать на медленном ходу. Мы не воспользовались. Дальше уже ничего не видно. Можно только снять приближение основного пролета
и проезд по нему, что мы и сделали.
После моста начинается новая трасса «Таврида» — прекрасная «четырехполоска», которая пока что находится в идеальном состоянии. Лимит скорости на ней — 90 км/ч, и это очень странно, потому что если не здесь ехать быстро, то тогда где? Я и ехал 140 –150, мог бы и быстрей на пустых участках. Но кто знает нравы местных гаишников? Может быть, прячутся в кустах, а +60 уже тянет на лишение прав.
Для контроля скорости на Тавриде примерно через каждые 4 – 5 километров установлены камеры. Но об их приближении предупреждает не только Яндекс-навигатор, но и дорожные знаки, установленные метров за триста. Так что мы исправно сбрасывали скорость.
Посередине трассы мы попали в сильную грозу. Я уже начал беспокоиться о повторении природного катаклизма, накрывшего Крым всего неделю назад. Мама мне тогда звонила, называла нас окончательно свихнувшимися. Я ее успокаивал: «Мама, всё хорошо — за неделю завалы разгребут, и всё будет нормально». Но тут, сбросив скорость до 30, стал думать, а не была ли она права? Но, к счастью, гроза оказалась локальной, и снова засияло солнышко.
Трасса «Таврида» для нас закончилась в районе Симферополя. И дальше началась знаменитая дорога до Ялты. По ней, в частности, проложен самый длинный троллейбусный маршрут, вначале в СССР, а теперь и в России. Длина трассы Ялта-Симферополь 85 километров, время в пути — два с половиной часа. В наши дни, когда троллейбусно-трамвайные маршруты повсеместно сокращают, заменяя их, в частности, на электроавтобусы, этот, скорее, является историческим артефактом. Но он работает, и троллейбусы ходят по нему с хорошей регулярностью, судя по тому, что, отстояв пробку при обгоне одного троллейбуса, через несколько минут становишься в новую пробку по обгону другого. Я не фетишист — ни разу не был в Мавзолее Ленина и ни разу не катался на троллейбусе Ялта-Симферополь. При всей его знаменитости перспектива трястись два с половиной часа в троллейбусе, чтобы поставить галочку — не мое это. Наверное, так и останусь не познавшим культовость троллейбусного маршрута Симферополь-Ялта…
Мы достигли места назначения, побив первоначальную оценку навигатора на 40 минут. И на последнем участке пути столкнулись с особенностью крымских дорог. В некоторых местах они, скажем так, не очень обустроенные. И чтобы добраться по адресу, нужно преодолевать участки, больше пригодные для экстремального джиппинга. Я сначала подумал, что мы поехали не туда. Но всё было верно. С огромной осторожностью я дополз практически на брюхе до цели, смахивая пот со лба. В первый раз это показалось очень тяжелым испытанием. Но в следующие дни мы то ли привыкли, то ли смирились, и уже без особого стресса проходили эти сложные участки перед домом наших друзей…
Нас уже ждали вкусный шашлык и душевная беседа. Началось наше трехдневное путешествие по Крыму.
[1] Тема только сейчас становится актуальной с учетом запрета добычи полезных ископаемых в Антарктиде до 2048 года.