Лида стояла на кухне и смотрела на противень с пирожками. Половина из них была золотисто-румяной, а вторая половина... ну, скажем так, приобрела цвет крепко заваренного чая. Первая мысль была простой и привычной: "Хорошие - гостям, подгорелые - нам".
А ведь через полчаса должна была прийти соседка Вера Николаевна - занять денег до пенсии. В третий раз за месяц. И конечно же, Лида уже знала, какие пирожки окажутся на тарелке у соседки.
Театр одного актера
Помните эту игру? Когда мы надеваем маски перфекционистов перед чужими людьми, а дома можем ходить в застиранном халате и есть вчерашний борщ прямо из кастрюли. Своим можно показать усталость, раздражение, настоящее лицо без грима. А чужим - только парадную версию себя.
Муж Лиды, Михаил, работал слесарем у своего старого приятеля Валерия. Двадцать лет дружбы, совместные рыбалки, крестины детей. И вот уже полгода Валерий задерживает зарплату. "Потерпи, Миша, ты же знаешь - дела плохие. Ты же свой человек, поймешь." А новому сотруднику, которого взяли месяц назад, платят исправно и в срок.
Странная арифметика получается: чужому - уважение и пунктуальность, своему - понимание и долготерпение.
Когда "свой" становится синонимом "можно обидеть"
Дочка Лиды, Настя, училась в художественной школе. Талантливая девочка, руки золотые. Но когда родственники просили нарисовать что-то "для души" - портрет бабушки, открытку на юбилей - то само собой подразумевалось, что это бесплатно. "Ты же племянница, что мы, чужие люди какие-то?"
А вот когда соседи заказывали оформление детского праздника, то платили без торга. И благодарили. И рекомендовали знакомым.
Получается парадокс: чем ближе человек, тем меньше мы его ценим? Как будто близость дает индульгенцию на неуважение.
Лида вспомнила слова своей бабушки: "Дарёному коню в зубы не смотрят". Но почему же тогда своим мы дарим именно того коня, которому в зубы лучше не заглядывать?
Цена "понимания"
Вера Николаевна пришла, как и ожидалось. Села за стол, попила чай с золотистыми пирожками, заняла три тысячи рублей и, довольная, отправилась домой. А Лида осталась с подгорелыми пирожками и горьким привкусом во рту.
"Мам, а почему ты соседке всегда даешь лучшее?" - спросила Настя, откусывая угольно-черный край пирожка.
Лида задумалась. Действительно, почему? Из вежливости? Из страха, что подумают? Или просто потому, что "своим можно" стало универсальной отмазкой для лени души?
Михаил в этот вечер пришел домой мрачнее тучи. Валерий опять перенес выплату зарплаты. "Ты же меня знаешь, я не обману. Еще неделька, и все верну."
"А если бы это был чужой сотрудник?" - тихо спросила Лида.
"Чужому он бы давно все выплатил. Чужой ведь может уйти."
Горькая правда об "своих"
Вот она, разгадка этого абсурда. Мы плохо обращаемся со своими именно потому, что уверены: они никуда не денутся. Простят, поймут, стерпят. А чужие - нет. Чужие могут развернуться и уйти, хлопнув дверью.
Но что, если я скажу страшную вещь? Свои тоже могут уйти. И уходят. Сначала эмоционально - перестают делиться сокровенным, доверять, просить о помощи. А потом и физически.
Лида знала семью, где взрослый сын годами не разговаривал с родителями. Причина была смешная и грустная одновременно: они всю жизнь считали, что "ему можно сказать правду в лицо, он же родной". Говорили. Критиковали. Поучали. А гостям улыбались и подавали лучший сервиз.
Переворачиваем пирамиду
А что, если попробовать наоборот? Что, если своим дать лучшее, а не объедки с барского стола?
Что, если мужу говорить комплименты так же искренне, как говорим их коллегам? Что, если детям уделять столько же внимания и терпения, сколько уделяем чужим людям в очереди в поликлинике?
Лида решила начать эксперимент. На следующий день она испекла новые пирожки. Самые красивые и румяные положила на лучшую тарелку и подала семье за завтраком. "Это что за торжество?" - удивился Михаил.
"Просто так. Потому что вы - самые дорогие люди в моей жизни."
Когда свои остаются своими
Прошло несколько месяцев. Михаил нашел новую работу - у работодателя, который платит всем одинаково вовремя. Настя начала брать деньги за свои рисунки даже с родственников, но при этом рисует для них с особой любовью и тщательностью.
А Вера Николаевна? Она по-прежнему приходит занимать деньги. Но теперь Лида ставит перед ней ту же тарелку, что и перед семьей. И странное дело - соседка стала возвращать долги быстрее.
Может, дело не в том, что своим можно дать подгорелое. Может, дело в том, что когда мы даем своим лучшее, они остаются своими по-настоящему?
А подгорелые пирожки... их лучше вообще выбросить. И испечь новые. Для тех, кто действительно дорог.
Понравилась история? Подписывайтесь на канал и делитесь в комментариях: а как вы относитесь к своим близким? Может, у вас есть похожие истории?