- Бабка, испеки мне колобка - стонал дед, шевеля бледными сухими губами. - Тебе не колобка, тебе бы хаш сварить, али щей кислых, это ж надо, такое похмелье, в твоем- то возрасте, как угораздило-то тебя, рухлядь старая? - причитала бабка, носясь по кухне и по очереди открывая пустые шкафчики. - Да с мужиками вчера "День Трезвости" праздновали, форма протеста у нас была, не хочу ничего, колобка давай, мне углеводы нужны. - Протестанты просроченные! Подшиться тебе надо, а не углеводы, алкота мшистая! Но делать нечего, пошла бабка по сусекам скрести, смотрит, а в сусеках как на прилавках в начале девяностых, какие-то листья и остатки чего-то непонятного. Мышь, как говорят - повесилась, да не просто повесилась, а похоже сводила счеты с жизнью всеми известными ей способами. Соскребла бабка все, что могла и замесила из этого тесто, ну или что-то отдалённо его напоминающее. Испекла она колобок, из кухни в этот момент почему-то нещадно таранило рыбой. Поставила бабка получившееся нечто на