Вчера играли в Уно

Вчера играли в Уно. И так получилось, что в конце я пытаясь помочь дочери, повлияла на исход событий не в пользу сына.

Он ужасно на меня обиделся. Я это видела, и не стала замалчивать эту ситуацию. Он начал говорить почему. я слушала, чем больше он говорил, тем больше эмоций у него поднималось.

Моя мама пыталась вмешаться несколько раз, со словами: "давайте жить дружно". Но это не было нужно ни ему не мне.

Нам было нужно другое. Мне услышать, а ему быть услышанным. И без эмоций никак!

Сын высказался и я объяснила ситуацию со своей стороны. Что я не желала зла, что я вообще не подумала, и просто хотела помочь дочери, потому что она самая младшая. Дать ей защиту, опору и поддержку. Он немного выдохнул. Через какое-то время я спросила ещё раз и дала возможность ему опять говорить. Обиды уже было меньше.

Через какое-то время я снова подняла эту тему и было видно что обиды уже нет.

Тяжелее всего в этой ситуации было моей маме. Жуткий страх того, что кто-то обижается, выражает злость или какую-то обиду для неё невыносимо. Потому, что как всегда в таких случаях мы резонируем своей внутренней болью с тем, что происходит вокруг.

Я знала, что сын больше не обижается, он принял ситуацию и понял что я просто видела ситуацию по-другому. Вечер закончился хорошо.

Но на следующий день, утром, когда я садилась машину, случайно вспомнив эту ситуацию я осознала. Мне нужно было подыграть сыну. Я привыкла поддерживать Миланию, потому что она самая младшая. Потому что она ещё не может так, как могут взрослые и ей нужна поблажка. Но при этом я не учла, что Саша это не просто взрослый, который живёт с нами. Это мой сын. И он всегда останется моим сыном. Мне нужно было стать на его сторону тоже. Не потому что он не справляется, а просто потому что он мой сын.

Его обида была оправдана. Дело не в том, что я вмешалась. Дело в том, что я его мама. Мама, которая могла бы принять его любым, даже таким азартным. Я могла бы выдержать нейтральную позицию, что дало бы возможность ему делать то, что он хочет. И тем самым немного подыграв ему. Я была чересчур объективным наблюдателем, слишком правильной. А нужно было быть мамой.