- Мы продолжаем серию наших встреч, - сообщила, появившаяся на экране телевизора молодая ведущая. – Наш гость, академик Иванцов, поделится своими видениями на тему передачи. А тема всё та же, почему европейцы очень лояльно отнесшиеся к возникновению в Германии фашизма, встретили своих освободителей, мягко говоря, с напрягом? Почему вчерашние союзники Англия и США, вдруг стали врагами СССР? И чуть ли не начали с нами третью мировую войну. Что скажете Анатолий Владимирович?
- Знаете, - кашлянул академик, - для меня в этом нет ничего удивительного. Возьмём хотя бы Англию. Начиная с Октябрьской Революции 1917 года отношения между СССР и Великобританией, оставались натянутыми. Наверное, англичанам не понравился приём, оказанный бойцами Красной Армии СПСР (Силам Поддержки Северной России) — экспедиционные силы интервентов численностью в 28.000 в изрядно потрепанном состоянии полностью (с позором выгнали) эвакуировали в октябре 1919 года.
В период между Первой и Второй Мировыми Войнами отношения между странами регулярно омрачались политическими скандалами, а в 1927 дипломатические отношения были даже временно разорваны.
- Они не обиделись, случайно за то, что Россия раньше времени вышла из войны в 1917-м?
- Ну, тут они должны винить только себя, - развёл академик руками. – Это их агенты во всю раскачивали российский царизм и помогали его свергать. Будучи центром мирового капитализма и колониализма британские элиты видели в политическом строе СССР естественного соперника и угрозу собственному финансовому благополучию. Даже в годы Второй Мировой Войны Великобритания видела в СССР лишь меньшее зло, что наглядно подтверждается новой порцией рассекреченных документов.
Речь идёт о «Operation Unthinkable» — нападении на Советский Союз сразу после разгрома немецко-фашистских сил. Считается, что таким образом Уинстон Черчилль хотел наказать Иосифа Сталина за «предательство» и нарушения условий договоренности в Ялте.
- О каком предательстве речь? – вскинула голову ведущая. – Ведь союзники договорились о взыскании с Германии репараций, половина из которых должна была достаться СССР, наиболее пострадавшему от действий нацистов. Лидеры Антигитлеровской коалиции подписали в Ялте совместную Декларацию об освобождённой Европе, которая предусматривала ликвидацию союзных нацистам властей в оккупированных Германией государствах и установление демократических учреждений на основе всеобщих выборов.
- Наивно предполагалось, - усмехнулся академик, - что после окончания войны, освободившие половину Европы бойцы Красной Армии вернуться к себе, оставив Европу целиком в сфере английского влияния.
Тем, кто увлечен советской истории, должна быть хорошо известна Операция Pike — кодовое название возможной операции по атаке на ключевые объекты нефтяной инфраструктуры СССР, планировавшиеся на начало Второй Мировой Войны. «Операция Немыслимое» ещё один из подобных коварных планов так и оставшихся на бумаге, рассекретили его довольно давно, но новая порция документов из архива Великобритании, а также публикация в интернете всколыхнула новый виток обсуждений не случившегося предательства.
- А что из себя представляла операция «Немыслимое?» - наморщила лоб ведущая.
- Операция с предполагаемым началом военных действий 1 июля 1945 года ставила своей целью силой, навязать СССР волю Британской Империи на оккупированных (с точки зрения Британии) территориях. Если идейным вдохновителем операции был Уинстон Черчилль, то детали операции принадлежали имевшему опыт в в Восточной Европе командующему королевской артиллерией генералу Джеффри Томпсону.
- Я думала, это американцы придумали этот план, - хмыкнула ведущая.
- Этот нет, - качнул головой академик. – Этот план предполагал массированное наступление на Берлин и далее вглубь, с финальной битвой в окрестностях населенного пункта Pila в Польше.
- И что помешало его реализации, так сказать?
- На момент подготовки операции силы Советского Союза в Европе кратно превосходили силы союзников. Против 170 закаленных в боях дивизий Красной Армии, предполагалась выставить 47 объединенных английских и американских дивизий. «Маловато будет» — подумал Уинстон Черчилль и решил задействовать против СССР ещё десять немецких дивизий СС, сдавшихся в плен и ещё не растерявших боевой потенциал.
- Даже так? – дёрнула головой девушка. – И что?
- Стоит ли говорить, - усмехнулся академик, - что операцию посчитали безумной и неприемлемой даже в собственном штабе? А от идеи использовать дивизии СС большая часть командования была в ужасе. Правда, Черчиллю план нравился..
- И всё-таки были ли у операции шансы на успех?
- История не терпит сослагательного наклонения, - развёл руками академик, - но определенная логика в попытках Черчилля не дать закрепиться Советскому Союзу в Европе есть.
- Так на что же тогда рассчитывал премьер-министр Великобритании?
- Что у союзников:
— Мобилизованная армия, стянутая к границам имеющая боевой опыт, но ещё не сильно измотанная на полях сражений
— Экономика «на военных рельсах», перенесшая войну без особых потерь
— Значительные силы вчерашних врагов, которых можно использовать
Что у Советского Союза:
— Усталость от разрушительной войны и партизанские силы в тылу
— Значительные территории бывшего врага под слабым контролем
— Измотанная экономика и исчерпанные резервы (как рабочие, так и мобилизационные)
- Почему же план так и не был реализован? – усмехнулась ведущая.
- Краеугольным камнем плана была поддержка данного начинания силами Соединенных Штатив Америки, которым на тот момент было чем заняться в войне с Японской Империей в Тихом Океане. Да и предавший однажды, предаст снов, что в США прекрасно понимали. Даже в случае успеха операция лишь породит новую проблему в виде колоссального влияния Новой Британской Империи, что будет претендовать на роль мирового лидера (что с объединенной Европой было вполне реально) вместо США.
- То есть, Америка не стала поддерживать этот план из-за собственных глобальных, как сейчас говорят, амбиций?
- Именно, - развёл руками академик. - Так, что в США план решительно отвергли и он на долгие годы отправился пылиться в архив. Ещё одним существенным опасением было то, что нападение на вчерашних друзей приведёт к прокоммунистическим революциям на собственных территориях. В те годы, поддержка идей коммунизма была ещё довольно сильна. Да и деморализующий эффект от войны с вчерашним соратником нельзя было списывать со счётов.
- Я бы сто раз подумала, такое придумывать, - покачала головой ведущая.
- Вы молодец, - засмеялся академик. - Тем более, что шансы на успех операции были крайне сомнительными, а вот риски и репутационные потери были колоссальными. Так, что США поступила разумно, категорически отвергнув подобную авантюру.
- Вовремя сообразили, - усмехнулась ведущая. – Ведь они тогда ещё воевали с Японией в отличии от нас. Ведь СССР мог бы тогда договориться с Японией против США?
- Кто знает? – пожал плечами академик. - Вот только спустя шесть лет, в 1951 году заокеанские товарищи согласно национальному разведывательному бюллетеню (NIE) на полном серьезе рассматривали нанесение удара по Советскому Союзу. При этом, он считался гарантированно успешным так как развитие средств ПВО СССР не поспевало за возможностями американских средств доставки.
- Но я читала, что наша авиация хорошо потрепала американцев в корейской войне. И те задумались, как лететь в СССР.
- Хорошая тема, - улыбнулся академик. – Надо будет её продумать на досуге.
- Что смотрите? – в кабинет вошёл директор и Виктор выключил телевизор.
- Да вот вас ждал, включил, - Виктор улыбнулся. – А там всё про войну вспоминают. Пытаются наши заокеанские союзнички бывшие, историю под себя переписать.
- У них это не плохо, кстати, получается, - поморщился директор. – Мне тут пацаны часто задают такие вопросы, что я просто теряюсь, что ответить.
- Смотрите больше интернет, будете в теме, - усмехнулся Виктор. и поднялся. – Мне пора, передавайте привет отцу. Будет возможность, ещё зайду. Кстати, с деньгами у вас как?
- Нормально, нормально, - махнул Соловьёв рукой. – Ваши помогают когда нужно.
- Ну и хорошо, вы говорите, не стесняйтесь. Надо активнее отвлекать пацанов от улицы и сомнительных занятий. Сами видите, что творится в молодёжной среде сейчас.
- Да, да, в этом плане, мы с Петром Васильевичем стараемся союзничать. То он ко мне присылает кого, то я к нему. Часто выставки в Доме культуры проводим. Там места для кружков побольше нашего. Васильич хвалился, что хороший спортзал всё-таки сделал себе. Есть возможность спортивные секции держать. Всё приглашает посмотреть. Да мне недосуг, знаете ли, - директор виновато развёл руками.
- Вы б за шли к нему, порадовали. Он рад будет. Часто вас вспоминает. Печалится, что пропали.
- Дела всё, дела, - поморщился Виктор. – Сами ж говорите, что кругом творится. Вот приходится всё это творится и разгребать потихоньку.
- А побыстрей не получается? – дёрнул щекой директор.
- Побыстрей нет. Кадров мало нужных. А кадры решают всё, сами знаете. У вас как с кадрами, подобрали нужных?
- Да, да, у меня с этим нормально, - кивнул директор. – Коллектив дружный и заинтересованный.
- Вот когда у всех так будет, - они остановились на пороге музея, - то и в стране порядок сразу образуется и счастье.- Виктор засмеялся.
Попрощавшись, он направился к машине.
- Я уже выспаться успел, командир, - встретил его улыбкой водитель Олег. – Что так долго?
- А ты сам был тут хоть раз? – глянул на него Виктор.
- Нет, а что тут? – Олег оглянулся на вывеску у входа. – Музей?
- Музей, музей. Сходи, не пожалеешь.
- Запомнил, на выходной схожу. А то я всё не знаю, куда девушку свою пригласить. – Он засмеялся.
- Вот приведёшь её сюда, сразу сердце завоюешь, - усмехнулся Виктор.
- А не наоборот? Вдруг не понравится?
- В этом музее всем нравится, поверь.
Перешучиваясь, они подъехали к управлению. Тут Виктор отпустил водителя, сказав, что пробудет в здании до вечера. А вечером доберётся уже сам. Олег, смирившись, уехал.
................................................................................
Оглядев внушительное здание управления издали, Виктор покрутил головой по сторонам. Он стоял почти у дверей небольшого кафе. Глянув на часы, решил немного перекусить, мало ли как потом получится. Войдя, сел у окна и заказал лёгкий обед. Посетителей было немного. Два соседних столика оказались пустыми. Ожидая заказ, Виктор смотрел в окно. Посыпал редкий снег, кружа по улицам крупные снежинки. Перед окном остановился автомобиль с тонированными стёклами. Заднее стекло приоткрылось, выпуская клубы табачного дыма. В салоне сидел мужчина. Полностью его лица Виктор не видел, но видел, что мужчина разговаривает по телефону, пуская в окно дым. На среднем пальце державшей телефон кисти блестел чем-то ярким перстень.
Виктор поморщился. Его всегда удивлял вопрос: почему люди курят? Ведь все знают, что вредно, но курят. Он никогда не понимал такого отношения к своему здоровью. От курящего его отвлёк другой мужчина. Торопливыми шагами он пересёк улицу под носом у машины и нырнул в двери кафе. Через минуту Виктор разглядел его получше. Мужчина сел за соседний столик. Судя по выправке, мужчина принадлежал к касте военных. А маска лица явно носила пороки большого начальника. Небрежно сказав что-то официанту, мужчина достал из внутреннего кармана блокнот и что-то быстро в него записав, спрятал обратно.
Принёсший заказ официант отвлёк Виктора. Когда тот отошёл, он увидел, что за соседним столом мужчин уже двое. И второй, явно был главнее первого. Потому как у того сменилось выражение лица и даже посадка. Если с официантом он разговаривал пренебрежительно, можно сказать по барски, то теперь он сам, что называется, смотрел в рот соседу по столу. Тот что-то тихо говорил, глядя на собеседника холодными, какими-то пустыми, неживыми глазами. Официант принёс первому кофе и спросил у второго, его пожелание. Мужчина, видимо тоже заказал кофе.
- Куратор встречается с сексотом? – пришла в голову Виктора мысль и он, усмехнувшись, потеребил в ухе клипсу. – Интересно, что принёс? Мужик-то видный.
- Мы очень рискуем господин Нельсон встречаясь тут, - наклонившись к собеседнику, говорил первый. Виктор окрестил его ментом. – Почти на глазах моих коллег.
- Не дёргайтесь вы так Кулько, - дёрнул надменно уголками губ второй, которого Виктор принял за сексота. – Ваши коллеги добросовестно протирают штаны на рабочих местах, как видите, - сексот показал глазами на зал. – Ни одного нет. Вы лучше скажите, что у вас происходит?
- Ничего необычного, - пожал плечами мент, - обычный рабочий режим. Почему вы спрашиваете?
- Обычный, значит режим? – сексот посмотрел в окно. – Но у меня не вышел на связь мой человек из вашей организации. Вот я и спрашиваю, никого у вас не задерживали вчера, сегодня?
- Я ничего не слышал. Скажите фамилию, я проверю.
- А что у вас бывает, если кого арестовывают? Остальные как узнают?
- Нуууу, - мент поджал губы, - если связано с взятками или что-то подобными делами, сообщают на совещании с соответствующими наставлениями и пуганием карой других. Если что особо секретное, то всё равно в тайне не остаётся. Ползут слухи. Даже, если человек пропадает внезапно, то разговоры и предположения поползут по кабинетам.
- Понятно, - сексот взял принесённый официантом кофе и поднёс чашку к губам. Виктор напрягся.
Это был мужчина из машины. И перстень на его пальце имел серебрянную Муху.
- Ты тогда послушай там, но сам не светись, опасно, - сексот поморщился. – Фамилия Пятковский, полковник. Не мог он просто у вас исчезнуть. Не та фигура.
- Пятковский? – вскинул брови мент. – Слышал. Говорили, он прибыл по душу генерала Кожушного.
- Кстати, - сексот уставился на собеседника. – А самого генерала видел вчера, сегодня?
- Нет, - подумав, качнул головой мент. – Говорили ж, что он арестован. И весь его отдел тоже.
- Говорили на совещании и или опять, слухи? – скривился сексот.
- На совещании пока про него ничего не говорили, - покачал головой Кулько. – Так, слухи.
- Я смотрю, у вас не управление тут, а прямо восточный базар, - усмехнулся сексот. – Ладно, как что узнаете, позвоните. – Мужчина допил одним глотком кофе, положил на блюдце купюру и кивнув, встал. Попытавшемуся вскочить менту махнул небрежно рукой. – Посиди немного.
Кулько остался сидеть, задумчиво глядя в чашку с кофе. Сексот сел в машину, глянув на окно. Виктор, дёрнув щекой направил в его сторону левую руку. Выждав минут пять, Кулько встал и направился к дверям. Выходя, как бы невзначай оглянулся, окидывая цепким взглядом посетителей кафе. Виктор, накинув невидимку, бросился следом. И догнал мужика у самой машины.
- Замри, - ткнув в бок пальцем скомандовал тихо. Вздрогнув, Кулько остановился.
- В машину садись, и без глупостей, - Виктор за плечо развернул мужика к машине и легонько толкнул в спину. Тот послушно открыл дверцу. Откинувшись на спинку сиденья там смотрел на потолок неподвижными глазами сексот.
- Но, - попытался оглянуться Кулько.
- Двигай его и садись! – Виктор посильней ткнул его в бок пальцем. – Живо!
Подвинув сексота, Кулько втиснулся в салон. Вырубив его уколом в шею, Виктор закрыл дверь.
Передвинув водителя на сиденье пассажира, сел за руль. Для задуманного, ехать пришлось на окраину. Там, высмотрев обтянутый зелёной сеткой дом за забором, остановился.
Поиск лаза в заборе и перетаскивание всей троицы заняло почти пятнадцать минут. Обыскав водителя, Виктор усмехнулся. Тот оказался хорошо вооружён, да ещё и в бронежилете.
- Телохранитель, значит? – подвесив водителя в дверном проёме, Виктор привёл его в чувство. Покрутив глазами, мужик уставился на Виктора. Тот улыбнулся и подмигнул.
- Пой, соловей, пой.
- Ты кто такой? - с заметным прибалтийским акцентом спросил водитель. – Почему беспредельничаешь?
- А ты кто? – Виктор показал найденный пистолет, - почему разгуливаешь тут с оружием?
- У меня есть разрешение. Я сотрудник охранного агентства.
- Что-то я не нашёл у тебя этого разрешения, - Виктор демонстративно охлопал карманы водителя.
- Нашёл только вот это, - он покрутил перед носом мужика водительское удостоверение и паспорт.
- Ты у нас, получается, гражданин Литвы? Что тут забыл, Бурбулис?
- Я охраняю господина Шишковского, отвяжи меня. И отведи в полицию! Ты кто?
- А я партизан, вылавливаю таких вот как ты и твой господин, - усмехнулся Виктор. – Говорить будешь? Или сразу к деду отправить?
- Отведи меня в полицию! – завизжал водитель. – Ты не имеешь право меня трогать!
- Вот расскажешь всё и так уж быть, отведу. Говори!
- Что говорить, я ничего не знаю! Я просто водитель и охранник!
- Тогда говори, кто твой наниматель?
- Он бизнесмен! Приехал в Россию делать бизнес. Просто бизнес!
- Ага, понятно. Ничего личного, только бизнес, - Виктор кивнул, - слышали. Значит, говорить не будешь? Что ж, твой выбор, - Виктор стал навинчивать на изъятый у водителя пистолет глушитель. Тоже найденный у него в бардачке. – Как вы говорите, ничего личного. Просто это моя Родина и шляться тут с пукалками кому попадя, я не разрешаю.
- Да кто ты такой? – опять завизжал водитель. – Отведи в полицию!
- Я уже сказал, партизан. Читай молитву, - Виктор упёр ствол пистолета в лоб мужика. тот побледнел. Крупные капли пота побежали по щекам и лбу.
- Я скажу, скажу! Не убивай!
- Говори, - Виктор опустил пистолет.
- Этот, - мужик кивнул на лежащего у стены Бурбулиса, - прилетел сюда сегодня утром с проверкой из Риги. Меня приставили его охранять.
- Что за проверка?
