Уезжать от матери в большой, красивый город не было страшно. Евгения поступила в вуз и, нисколько не сомневаясь, оставила свой родной посёлок, променяв его на мечты. Звонила она часто, но приезжать не тянуло, юность и свободная жизнь не скучали по детству.
Мать сама выбиралась раз в полгода посмотреть на ребёнка, привозила соленья, варенья, другие гостинцы, которые бережно готовила по любимым рецептам для Женечки. Год за годом продолжал нанизываться на жизненный путь. Казалось, что может случиться.
Женя мать любила, по-своему. Их взаимоотношения нельзя было назвать идеальными, но хорошими - это точно, оттого и уехать было просто и легко. Отца Евгения не знала, мать вечно переводила тему, и дочь перестала интересоваться, кто её папа. Мама никогда не рассказывала много о своей молодости, о своих друзьях, о тех, кто был ей дорог до появления Жени в её жизни. Словно не хотела вспоминать. Женя не обижалась, каждый имеет право на свою жизнь.
Дедушки с бабушкой не стало давно, когда Женя была маленькой, и это никак не врезалось в память, стёрлось. И вдруг телеграмма... Не позвонили, а прислали бумажку. Жестокую, жёсткую, которая каждым словом, словно наждачкой с крупным зерном, чтобы было больнее, шоркала по сердцу. Женя плакала всю ночь. Мать была единственным родным для неё человеком, а теперь её не стало...
***
За поминальным столом сидели люди, половину из них Женя не знала и видела в первый раз.
За столом сидели пожилые женщины с добрыми, морщинистыми лицами, которые иногда переглядывались с Женей, словно пытаясь что-то сказать, но останавливались, не находя слов. Рядом с ними – мужчины, сильные, жилистые, и тоже молчаливые. Были и люди помоложе, чьи лица были знакомы по редким, случайным встречам, но чьи имена Женя никогда не запоминала.
Раньше она никогда не ходила на поминки к малознакомым людям, а мать её за это отчитывала: "Горе у людей - им важно, что ты помнишь".
А Жене казалось, что сейчас им не до неё, зачем кому - то стандартные дежурные фразы и незнакомая девочка за столом. А когда это коснулось её - поняла. Обязательно нужен тот, кто поддержит. Один словом, другой делом. Это оказалось важно - знать, что кто-то есть рядом!
- Мама твоя была настоящим ангелом, - прошептала одна из пожилых дам, протягивая Жене тарелку с пирогом. Её глаза были влажными, а голос дрожал. Женя кивнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. Ангел? Мама была для неё просто мамой, человеком, который всегда был рядом, который любил, заботился, иногда ругал, но всегда прощал - совершенно обычный человек с разным настроением.
Все начали расходиться, какие-то женщины убрали со стола и помыли посуду. Они не спрашивали ничего, просто пересадили Женечку со стула на диван и убрали.
Дядя Миша, прощаясь, обнял Женю и сказал:
- Ты знаешь, твоя мама всегда говорила о тебе с такой любовью и гордостью. Она очень тебя любила.
Эти слова тронули Женю до глубины души. Она знала, что мама любила её, но услышать это от человека, который знал её мать так давно, было сейчас особенно важно.
Молодой, высокий парень сложил складной коричневый стол, за которым Женечка с мамой проводили все праздники. Он аккуратно поставил его точно на место, у стены с выцветшим ковром с красивыми и благородными оленями. Раздал все стулья, которые принесли от соседей, и подсел к Жене.
- Женя, Ваша мама сдавала мне комнату. Если нужно, я съеду, скажите.
Женя молчала. Потом опомнилась и попросила повторить. Услышав, она прошептала:
- Не важно, надо - живите, я в городе.
В последний свой приезд к дочери мать, действительно, обмолвилась, что сдала комнату. Одной жить было очень скучно. Но Женя не придала значения: главное не её комната, а там мать пусть сама решает.
***
На следующий день Женя проснулась от запаха оладий. Мама готовила их часто по воскресеньям. Запах заставил её вскочить и выйти на кухню.
- Женя, я приготовил завтрак. Ваша мама готовила мне оладьи в выходные, а потом меня научила.
Она увидела вчерашнего молодого человека, который свободно ориентировался на маминой кухне и что-то готовил.
Женя очнулась. Мамы больше нет. Девушка села за стол. Оладьи пахли мамой. Женя откусила кусочек. И на вкус - мамины, Женя разревелась. Она ревела не останавливаясь, тяжело хватая воздух ртом.
Он подошёл и обнял её. Гладил по голове и успокаивал.
- Мне тоже её будет не хватать, - сказал он и глубоко вздохнул.
Вскоре Женя успокоилась, отпила из чашки чай и посмотрела на молодого человека.
- Как Вас зовут?
- Андрей. Давай на ты.
- Хорошо, ... давай.
***
Понемногу знакомство переросло в дружбу. Женя всё так же училась в городе, погружённая в студенческую суету, а Андрей оставался в посёлке, где их пути пересеклись.
Сначала средством общения с Андреем была переписка в социальных сетях, но потом она трансформировалась в многочасовые разговоры по телефону. Но время шло, и виртуальные нити становились всё крепче. Выходные они стали проводить вместе. И отношения переходили на новый уровень.
Но однажды, не предупредив Андрея, Женя приехала домой в пятницу. Обычно они чередовали выходные: одни у неё, другие у него, точнее у Жени в квартире в посёлке. В эти выходные они должны были встречаться в городе. Но Женя решила сделать Андрею сюрприз. Она представляла его удивленное лицо, его радостную улыбку, их долгие объятия. Она предвкушала этот вечер, полный нежности и тепла. Но сюрприз ждал её.
Женя открыла дверь. В коридоре было пусто. На том месте, где стояла тумбочка, пустота. Металлическую вешалку тоже сняли. Женя медленно прошла на кухню. В кухне тоже почти не было вещей. Она была пуста. Даже гардины были выдраны с гвоздями.
В комнате матери кое-какие вещи, в основном личные, лежали кучей на сломанном старом диване. Книги кто-то тщательно пересмотрел, видимо искал деньги. Женя схватила кофточку матери и прижала к себе. Как же сейчас не хватало Женечке мамы, очень!
Женя прислонилась к холодной стене, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. Это был не просто сюрприз. Это было предательство. Она доверяла людям. Она доверяла ему.
"Ладно! Переживём" - сказала сама себе Женя, собравшись. Её больше заботило душевное предательство, а не кража вещей. Ничего ценного у матери не было. Женя стала звонить и писать Андрею, но ответа не было. Женя вышла из квартиры. Второй ключ от нижнего замка был только у неё. Она закрыла дверь на оба ключа, и, прежде чем отправиться в город, решила зайти в отделение полиции. Оставлять так кражу вещей она не собиралась. Она только спустилась и подошла к подъездной двери, взялась за ручку, как дверь открылась, в проёме показался Андрей.
- Ты, ты..., что ещё ты...! - закричала она.
Он зажал ей рот рукой и, легко подталкивая, заставил зайти в подъезд.
- Я думал, успею, тем более в этот раз встречались у тебя в городе, - начал Андрей.
- Я тебя ненавижу! Слышишь! Как хорошо, что я застала тебя и сказала это прямо в глаза! - Женя раскраснелась и крепко сжала руки в кулаках.
Андрей ухмыльнулся.
- Я думал, у тебя ко мне любовь! А ты "ненавижу", эх. Тебе разве нужно всё это старьё? Женя, что на тебя нашло? Сделаем хороший ремонт, заживём как люди. Ну хочешь, я стол обратно принесу с помойки, он сломался? Я был уверен, что ты не дашь это всё выкинуть.
-Ремонт? - Женя сдвинула брови вместе и опустила голову.
- Я плохое про тебя подумала, - Женя уткнулась в грудь Андрею. На душе стало спокойно.
- Давай, провожу на вокзал, а завтра приеду.
- Давай.
Они шли по аллее, он приобнял её за талию и говорил, говорил..., а Женя слушала урывками, погружаясь в свои переживания и ощущения. "Жизненный опыт приходит с годами" - думала она. Вот так плохо подумала о любимом, могла всё испортить.
На вокзале она пошла покупать билеты, а Андрея попросила купить ей в дорогу воды.
- О, Женечка, привет, как дела? Квартиру приехала оформлять? - к Жене подошла грузная пожилая женщина в цветастой косынке с большим полосатым баулом.
- День добрый, тётя Маша, какую квартиру, Вы о чём?
- Ну как, твой Андрюха уже и задаток за квартиру взял, в автоматы проигрался, теперь долг отдаёт. Малышкины, вроде, купили.
Женя побледнела. Комок сдавил горло, стало трудно дышать, и потемнело в глазах ... Женя стала медленно оседать на землю.
- Врача! Скорую, - закричала тётя Маша.
***
- Вы не волнуйтесь, с ребёнком всё хорошо, витамины выпишем, такое бывает на ранних сроках, - успокаивал доктор Женю.
Неделя, проведённая в стенах больницы, казалась вечностью. Каждый день был наполнен ожиданием, тревогой и тихими молитвами. Но теперь, когда доктор дал ей разрешение, когда её выписывали, мир вокруг словно наполнился новыми красками. Женя уже думала не о себе, а о ребёнке. Жалела, что мать не дожила до этого момента.
Андрей ждал её у ворот больницы. Его лицо, обычно такое спокойное и сосредоточенное, сейчас было обеспокоенным. Он волновался, переминался с ноги на ногу. Увидев Евгению, спускающуюся с лестницы, тут же подскочил и затараторил, словно заученные слова:
- Привет. Я отдал Малышкиным залог, прости меня, Женька,...
Он не спросил, как она, как ребёнок, хотя знал о беременности.
Воздух снаружи был свежим, с едва уловимым ароматом талого снега и пробуждающейся земли. Женя глубоко вдохнула. Солнце, ещё не греющее по-летнему, но уже яркое и ласковое, пробивалось сквозь облака, освещая дорогу. На деревьях набухали почки, обещая скорое появление зелени.
Женя прошла мимо, без слов, без эмоций. Для неё этот человек перестал существовать. Под сердцем она гордо несла своего ребёнка, ребёнка любви, начавшейся с поминок и закончившейся на том вокзале.
Счастье, оказывается, может начинаться с предательства и расставания.
ТЕЛЕГРАМ канал по ссылке. Не теряйте меня, буду развивать две площадки. Переходите и подписывайтесь. На 1500 тысячи подписчиков разыграем мою книгу с автографом.