Четверть века, одиннадцать студийных работ, номинация на "Грэмми" и статус новаторов прогрессивного метала – кажется, Between The Buried And Me давно не нужно ничего доказывать. Но их свежий релиз The Blue Nowhere разрушает это впечатление. Это первая пластинка группы в формате квартета, и она звучит как экспериментальная мастерская, где каждая композиция открывает отдельное измерение. Альбом превращается в причудливый отель, где каждый трек представляет собой новую комнату с собственным характером, и только поселившись в ней, понимаешь, что стены начинают пульсировать.
Открывает пластинку The Things We Tell Ourselves In The Dark – вещь, которая сразу задаёт правила игры. Бас Дэна Бриггса пульсирует фанковым настроением, на этом фоне рождается нарочито простая мелодия, которая лишь кажется лёгкой. Томми Роджерс подаёт вокал почти в поп-манере, превращая хаотичность ритмов в иллюзию доступной песни. Эта комбинация "простоты и глубины" формирует основу всего альбома: здесь всегда можно за что-то зацепиться, но путь ведёт в неожиданную сторону.
Дальше – ещё более странно и тревожно. God Terror объединяет индустриальные импульсы, джазовые всплески, параноидальные синтезаторы и тяжёлый риффинг в гипнотическое путешествие. Absent Thereafter ставит рядом разрушительные гитарные атаки и раскачивающийся ритм, в финале украшенные хулиганским фортепиано и духовой секцией. В Door #3 слушатель попадает в сюрреалистичный карнавал, где цирковые элементы переходят во фламенко. Psychomanteum возвращает группу к истокам техничного дэт метала, но намеренно искажает картину диссонирующим пианино и безумными вокальными криками. А Slow Paranoia вдруг оборачивается джазовым вальсом в духе Гершвина, чтобы через мгновение разорваться оркестровым шквалом.
Главная особенность альбома заключается в расширенном использовании духовых и струнных. Если раньше они появлялись лишь эпизодически, то теперь занимают ключевое место. Саксофон, кларнет и другие инструменты создают богатую акустическую архитектуру, превращая музыку в кинематографический поток. С одной стороны, это даёт новое дыхание, с другой – создаёт ощущение перегруженности, словно музыканты сознательно пробуют пересечь ещё одну грань.
На уровне текстов Роджерс тоже меняет подход. Вместо масштабных концепций в духе The Parallax II, он выбирает более интимный путь. "Гостиница" The Blue Nowhere становится символом внутреннего мира, где каждая комната – это отдельная мысль, воспоминание или видение. Этот метод добавляет искренности, но лишает цельности: иногда возникает впечатление, что тонешь в калейдоскопе образов. И всё же финал собирает мозаику в единое целое. Заглавный трек растворяется в хрупком покое, а Beautifully Human завершает пластинку сияющим аккордом – с одним из самых проникновенных вокальных выступлений Роджерса и гитарным соло Пола Ваггонера, концентрирующим весь накопленный заряд. После семидесяти минут хаоса этот момент звучит как возвращение к сути.
И тут возникает вопрос: возможно ли продолжать удивлять, если сама неожиданность уже стала привычной? The Blue Nowhere поражает амбициями, соединяя фанк, джаз, саундтреки, дэт метал и даже элементы мюзикла. Но эффект постоянного шока со временем притупляется. Альбом остаётся ярким, но подчёркивает дилемму: Between The Buried And Me по-прежнему умеют превращать хаос в гармонию, но их виртуозность временами оборачивается дежавю.
В итоге The Blue Nowhere становится одновременно и праздником, и вызовом. Праздник двадцатипятилетнего пути, насыщенного экспериментами, и вызов самому себе: что дальше? Запутанное, перегруженное, но живое и искреннее высказывание. Словно группа, стоящая на грани перенасыщения, всё равно упорно ищет смысл в собственном хаосе.
©Автор: Валентина Катышева