На улице гремела гроза и лил сильный дождь, время приближалось к полуночи.
Каждый ребёнок, находившийся в детском доме 50, знал правила поведения после полуночи в ночь 10 марта. Здесь и в обычный день было жутковато: то дверь сама по себе откроется, то слышно, как кто-то бегает по коридору и смеется. Но этой ночью боялись все, даже воспитателя!!!
В эту ночь запрещалось:
1. Вставать с кровати, даже если очень нужно, иначе тебя утащат и убьют.
2. Открывать глаза — их попросту вырвут. Несмотря ни на что, не открывать глаза!!
3. Если тебя зовут по имени и голосом твоих друзей, воспитателей, родителей или просто знакомых, не откликаться, иначе тебя убьют.
Меня, кстати, зовут Юлия, мне 11 лет, и я уже 3 года живу в этом детском доме, точнее — выживаю...
Хочу вам поведать историю нашего детдома...
Кстати, сегодня у нас новая воспитательница Татьяна Георгиевна.
Женщина средних лет, невысокого роста, худенькая, волосы убраны в пучок, глаза её отражали усталость, а синяки под ними только усиливали её уставший вид.
Конечно же, она, как и многие другие, не верит в этот "бред", чувствую — сегодня будет весело... Не то чтобы она мне не нравилась, но на все мои предостережения и ребят она только смеялась и отмахивалась рукой, говоря:
— У вас очень богатая фантазия, дети.
Ну что ж, начнем...
Казалось, минутная стрелка сегодня двигалась быстрее, чем обычно. В нашей комнате было четверо девочек: я, Машка — 13 лет, худая, длинноногая, блондинка с голубыми глазами. Её все любили, мало того что она была красоткой, так ещё умной и покладистой.
Лилия — 10 лет, очень творческая и душевная натура, обижалась на всё подряд. Внешне она уступала Машке, но не намного. Лиля была брюнеткой с темно-карими, почти черными глазами, бледной кожей и высоким ростом.
И последняя — Аринка, она самая младшая из нас, ей всего 7 лет. Аринка маленькая, пухленькая, с русыми волосами и голубыми глазами. Она самая веселая из нас, всегда улыбается и смеется, несмотря ни на что.
Вообще нас много ребят по всему детдому, но соседки по комнате — это как маленькая семья внутри большой.
Отбой у нас был по расписанию в 21:00, и не минутой позже. Старшим ребятам, конечно, разрешали посидеть и до 22:00, а то и до 00:00, но в эту ночь все ложились спать раньше, просто чтобы выжить...
И вот стрелка предательски, но своевременно перевалила на полночь, как и всегда.
В пустом, холодном и полумрачном коридоре стали слышны шаги, временами превращавшиеся в бег, сопровождаясь детским смехом. Для всех нас это был просто жуткий смех.
Смех смерти — все прекрасно понимали, что проснутся завтра не все...
И вот слышен голос нашей новой воспитательницы:
— Я кому сказала всем спать? Сейчас поймаю и поставлю в угол!
«Всё-таки не поверила», — подумала я.
Следом стал слышен скрип половиц в коридоре, а за ним и топот. Затем дрожащий от страха голос:
— Кто ты?
Резкий крик, звук волочения и этот ужасный детский смех... Все ребята понимали, что воспитательницы с нами больше нет и мы снова одни, без единого взрослого.
Следом стали одна за другой открываться двери комнат, наша не исключение.
Я залезла как всегда под одеяло, не открывая глаз.
Были слышны крики, крики о помощи, мольбы, чтобы их не убивали, плач... Всё это было далеко, но со временем приближалось всё ближе и ближе к нам.
И вот тот момент настал — стали слышны шаги в нашей комнате...
Я ещё сильнее закрыла глаза и начала молиться про себя, чтобы пережить эту ночь.
Вдруг раздается голос нашей воспитательницы:
— Девочки, а чего мы спим? Время просыпаться, давайте поиграем, многие ребята уже поиграли со мной.
Я молчала, и девочки тоже.
Тогда голос стал более детским:
— Девочки, пошлите играть, там очень весело, неужели вы верите во все эти сказки?
В ответ стояла полная тишина. Мы все понимали, к чему приведёт малейшее нарушение правил...
И тут резко голос стал жутким, как будто бы севшим и прокуренным одновременно:
— Девочки, давайте играть!
Следом ужасный смех...
Я почувствовала, как с меня слетело одеяло, стало до ужаса холодно — то ли от ситуации, то ли из-за вечных сквозняков. Вдруг раздался топот и крик — это была Аринка.
Видимо, она напугалась и решила убежать. Крик был всё дальше и дальше, и было непонятно, удалось ли ей убежать или нет...
Тишину прервал голос Машки:
— Девочки, вставайте, всё хорошо, я открыла глаза и стою перед вами, вы смешны.
Я лежала и прекрасно понимала, что этого быть не может. Но резко мои размышления перебили крики Лилии: видимо, она не удержалась и открыла глаза, чего не следовало делать, ведь я предупреждала...
Затем начался такой шум: крики, грохот — всё смешалось воедино, и в один момент утихло. Это значило только одно — наступило утро.
Ещё минут 10, а то и 30, я просто лежала с закрытыми глазами, а потом открыла и увидела лучи солнца. Я повернулась боком, ведь лежала на спине, и увидела картину, которую видела уже 3 года подряд...
Тело Лильки лежало разорванным пополам, без глаз.
Машка лежала на кровати, дрожа, как осенний лист.
Я подошла поближе.
— Маш, как ты? — спросила я.
Но Машка ничего не ответила, она лишь смотрела на меня пустыми глазами, казалось, ничего не понимая. Часто бывало: дети переживали ночь, но, открыв глаза, уже не были прежними...
Выйдя в коридор в окровавленной кровью пижаме Лильки, я увидела не менее ужасную картину — множество детей лежало без глаз, разорванных на части, среди них и Аринка.
Ей всё-таки удалось убежать...
И лишь некоторые, кто остался в живых и в своём уме, показывались из проёмов своих комнат.
Мы все собрались в коридоре у воспитательской и дружно вышли на улицу.
Позже подъезжала полиция и скорая, нас отвозили в больницу, но почему-то всегда после осмотра и лечения возвращали обратно в детский дом номер 50.
Как рассказывает Тося, она у нас самая старшая, и ей рассказали другие ребята, которым удалось выбраться отсюда, достигнув 16 лет.
Когда-то давно один из чиновников (филантропов) на какое-то мероприятие по благотворительности привёл сюда свою дочь.
Её звали Елизавета, ей было 9 лет, и пока отец произносил речь и наслаждался овациями, девочка решила подружиться с местными детьми.
Но, как мы знаем, все люди разные, и дети тоже, к сожалению. Она подошла не к той компании — это были местные задиры, которые всегда всех обижали, хотя с виду казались обычными ребятами.
Они подружились с Елизаветой и позвали её в комнату показать свои игрушки, но до комнаты так и не дошли...
Во дворах детдома они забили её камнями насмерть, крича:
— Почему у тебя есть папа, а у нас нет?
— Почему у тебя есть всё, а у нас нет?
Вскоре отец потерял свою дочь, и начались поиски. Когда её нашли, было уже слишком поздно, обидчиков так и не наказали, никто не сознался, а кто что-то видел — просто молчал.
Кто-то считает, что дух девочки, погибшей мучительной смертью, остался здесь и теперь мстит. Но есть версия, что её отец обезумел от потери дочери и обратился к черной ведьме, чтобы отомстить обидчикам... А также он может видеть её без вреда для себя каждую ночь 10 марта, поэтому и не прекращается череда смертей.
И правда, в первый же год после смерти Елизаветы обидчики были убиты страшной смертью, а с ними и многие дети...
Я лично верю во вторую версию, ведь она объясняет, почему мы год за годом возвращаемся сюда, и ещё многие невинные дети остаются в этом месте...
#мистика🌙