О романе Достоевского "Подросток"
Что внутри?
Герои не употребляют синтетических наркотиков, не думают матом, не кривляются на камеру и не занимаются плотской любовью напоказ... Однако. Мелодраматический триллер с элементами детектива в таинственной форме "дневниковых записей" рассказывает нам о том, что у молодых парней, как и у пятидесятилетних отцов семейства всё самое странное и роковое в жизни случается из-за баб-с...
Кто герой?
Федор Достоевский от первой до пред-предпоследней страницы разговаривает с читателями от имени двадцатилетнего юноши. Как великий русский вживался в эту роль — одному богу известно. Но, надо признаться, черно-белое мышление, отсутствие жизненного опыта и тяга к зрелой женщине переданы со свойственной писателю дотошностью и убедительностью: с движениями души, переживаниями, винопитием и всегда провальными попытками героя расхлебать последствия собственной глупости.
На что похоже?
После прочтения романа, которое у меня по причине занятости растянулось аж на семь месяцев, я понял, что кто-то из семидесятых годов ХХ века забросил Федору Михалычу по почте времени сценарий индийской фильмы о семье и любви, в которой всё смешалось и запуталось. Федор Михалыч, разумеется, исключительно потому, что никогда не видел киношедевров, сначала положил сжечь "проклятый вздор!", однако в самое что ни на есть последнее мгновенье, волосистые брови его были подброшенны вверх внезапной идеей, и участь сценария решилась окончательно. "Ну уж я заставлю вас попереживать, мои хорошие!" — прошептал великий русский, и дъявольская улыбка задрожала в упрямом лице его. — "Прочтете, как миленькие! Залистаете!". Далее, решительно сплевывая, он удалил переводы песен, хореографию и сцены с драками (когда все, кто в кадре, с грохотом отпускают друг дружке пощечины).
Скучно? В конце — нет!
Что касается последних пятидесяти страниц романа "Подросток" — здесь Ф. М. слово свое (которое я выдумал выше) сдержал: дух захватывает в лучших традициях индийских мелодрам. А вот что до вводных трех сотен текста — я бы назвал их ситом, через которое кто не проскочит, тот непеременно книгу закроет, зевая и подводя итог популярной нынче формулой:
"Достоевский — не мой писатель, слишком сложный".
Берегите нервы
Придерживаясь своего оригинального стиля и нисколько не желая прослыть дамским угодником, а также, упаси бог, дать повод хоть сколько-нибудь считать себя последователем Тургенева (додумываю, сочиняю), Федор Михайлович, включил в роман:
- сцены издевательств учителя над еще совсем юным главным героем;
- детский и взрослый суицид, как женский, так и мужской, в количестве не менее двух женщин и двух мужчин;
- смерти детей от голода и болезней;
- визиты подросшего Аркадия (главного героя) в подпольные игральные дома;
- подонков, мошенников и вымогателей Стебелькова, Ламберта и Альфонсинку;
- князя Сережу, который сам рассказал про себя, какая он мразь;
- убитую горем Лизу — сестру Аркадия (горе ее было связано с Сережей);
- мудрого старца, перед которым всем, включая читателя, неловко;
- доброго старика, которого собственная дочь (та самая, из-за которой и завертелось бы кино, будь у Ф. М. своя киностудия) собиралась признать сумасшедшим и которую старик бесконечно любил;
- поругание иконы, за которое вы не можете в полной мере осудить поругателя;
- притчу о скупердяе и душегубе, который (а вот найдите и прочтите!) стал в конце жизни богоборцем и меценатом;
- симптомы раздвоения личности (совсем немного).
Кроме того, в "Подростке" вас ждут:
- несколько занятных (хотя и спорных с моральной стороны) историй о том, как заработать, не создавая аккаунтов в запрещенных соцсетях;
- прекрасная помещица и всеобщая тетушка Татьяна Павловна Пруткова, в изложении которой, возьмись она за перо, предварительно выгнав Федора Михалыча на воды, роман занимал бы не более одного листа.
Вместе с писателем и главным героем от первой до последней главы вы будете разбираться:
- почему биологический отец Аркадия Андрей Петрович Версилов предпочел скромную Софью Андрееву сенной девушке Анфисе Константиновне Сапожковой и благородной Катерине Николаевне Ахмаковой, которую впоследствии Версилов саморучно чуть было не застрелил из пистолета и в которую также был влюблен его сын Аркадий;
- какой идеей был одержим Аркадий, и почему все его называли князем Долгоруким, хотя он таковым никогда не являлся;
- как его обворовали в казино и сделали крайним;
- как его троллила Татьяна Павловна, и почему они впоследствии подружились;
- на какие шиши, кроме помощи от Татьяны Павловны (замечательная женщина!) и князя Сережи, живут главные действующие лица (до конца так и не понял, придется перечитывать).
И в заключении о том "что же хотел сказать автор", а то школьные учителя разочаруются и никогда меня не простят. Возможно, Ф. М. хотел сказать, что подростком был не один только Аркадий, но также и его взрослый отец — во всяком случае до тех пор, пока не осознал, что рядом с ним всегда жила настоящая, всепрощающая любовь.