Максим Гамалей
Мурат Джусойты - примечательный человек. Долго, упорно и целенаправленно
он шёл к работе в кино. Ранние картины по сценариям М. Джусойты обещали зрительскую любовь и место на Олимпе авторов боевика, слабо представленного в отечественном кино того времени. Однако путь оказался иным. Неожиданно он привел в историческое кино, разделенное двадцатью годами документалистики. И в этом выборе было больше позиции, чем судьбы.
Радость делать то, что хочешь и не делать нежеланного - подлинное богатство любого времени.
Одной из первых самостоятельных работ мастера стала картина "Горец (Хохаг)"
1992 г. Она необычно смотрится из дня нынешнего. В плотной череде
экранных событий нашлось место погоням и схваткам, бессловесным сценам,
этнокультурным стереотипам, но в последних нет карикатуры. Очевидная
бюджетность лишь подчеркивает, насколько грамотно творческий коллектив
распорядился имеющимися средствами. Это фильм своего времени, но
лишённый начисто его характерных признаков. "Горец" говорит с нами, а
его слова современны и по-прежнему важны.
Небогатому, из-за развитого чувства справедливости, абреку Джиго
приходится вернуться домой ради мести за брата. Она затягивается, а семью
требуется обеспечивать. И герой, в сопровождении племянника Ахшара, не особенно обрадованного поездкой, отправляется в Моздок, чтобы обменять
сыр у терца-побратима на зерно. Обычная и недолгая поездка туда-обратно
демонстрирует нам сколь тугим узлом переплетены судьбы людей в горах
Северного Кавказа. И от этой панорамы перехватывает дух сильнее, чем от
вида самых живописных вершин и перевалов. Однако в поездке каждый герой
совершает своё путешествие.
Джиго – проводник. Полярная звезда, вокруг которой вращается небосвод.
Условия вокруг изменяются каждую минуту, и он должен вновь и вновь
сводить обязательства, законы и действия. Цена ошибки этой арифметики -
жизнь. И при самом идеальном раскладе лишь твоя. Встречи с разбойниками,
известным абреком Бега, кунаком Степаном демонстрируют разные способы
следовать этому пути. А в арке с дуэлями мы видим в мелочах: живет ли
благородный абрек в согласии с провозглашенными принципами. Лишь краткие
минуты отдыха даны ему для мечты о счастье. История Джиго не трагедия
маленького человека, не история пленника системы. Иное он несёт в сердце
и иначе связан с миром, в котором живёт.
Его племянник, напротив - как и положено герою истории взросления -
ограняется миром. Мы видим как стремнина дороги с нарастающей яростью
несёт его от скуки и захватывающей игры через угрозы и спасения к новой
жизни. Приключение из фантазии обращается в действительность. В игре и
соперничестве рождается доверие и дружба. Взаимоуважение нельзя принять,
а можно только пережить. Короткая история встречи Ашхара и сына Степана
подталкивает к мысли: а не так ли казак и абрек-осетин начали своё
братство? Взгляд мальчика - взгляд отстранённый, который меняется по
мере вовлечения в жизнь. В конечном итоге все вернутся в фактическое и
символическое начало пути. И там снова будет покойник, хлеб, дядя и
племянник. Но никто уже не будет прежним.
История развивается на сломе эпох. В ней ещё есть место большим абрекам,
любви, кровной мести, башням, кунакам, Б+огу и св. Георгию. Но река
времени приносит и нечто новое. Главный оппонент Джиго не чеченский
кровник и его братья. Напротив. Он другой, но живущий в той же
убийственной системе координат. Способен разделить своё и общее,
похвалить чужую храбрость. Антагонисты не кровники-односельчане
аристократы Дударата. С ними можно помириться. Месть - опасная сила,
для которой традиция предусмотрела аварийные выходы. Главным соперником
выступает такой же абрек-осетин, как и сам Джиго. И хотя они в одной
банде, тот грабит ради собственного удовольствия. Согласен убить
товарища за деньги Дударата. И даже на пороге смерти не видит ничего,
кроме собственного желания.
Но разве эпоха определяет человека? Разве наша эпоха невиданная? Да, в сущности, ничего в ней нет совсем уж нового. "Всё было на Земле," - замечает старейшина. В большом монологе ему вторит и Джиго: "Это законы гор". Что сетовать на них? Различай вечное и сиюминутное, не отвлекайся на ненужные вопросы и ложные заманчивые примеры:
Твой отец пахал землю. Почему ты не хочешь быть похожим на него? Всё просто. Будь мужчиной, а пастух ты или князь - не важно.
А быть мужчиной значит выполнять долг, заботиться о тех, кто нуждается в твоей заботе, быть честным с друзьями и уж тем более с врагами. Быть мужчиной значить не только отдать этому жизнь, но и смерть подчинить тем же принципам. Несовершенство мира исправляется не лицемерным осуждением, а искренними поступками. Неизбежный и печальный вывод там, где недопустима сама мысль о сопротивлении. Но и это глоток свежего воздуха.
Отдельное удовольствие - просмотра "Горца" как фильма. Оператор, актёры и режиссёр находит яркие ходы, чтобы передать глубину и окраску переживания или ситуации. Кульминационная сцена фильма полностью лишена слов и намеренных звуков. Однако она держит тебя в физически ощущаемом напряжении. Ненавязчиво встроенные в ткань повествования этнографические детали играют на убедительность. В этом "Горец" одинаково лишен ориентальной фантазийности толстовского и романтической отчужденности лермонтовского Кавказа. Хотя автор перестал быть Джусоевым, это и не националистическая грёза "Рая под тенью сабель" (1992). Искренняя любовь к достоинствам и недостаткам своего прошлого – часть картины и авторского взгляда. Вникнуть в него глубже может помочь последний фильм режиссёра "Рудник".
Кажется, что в показанной истории для Джусойты важен не конечный ответ.
Важен путь к нему. Тут бьётся живая мысль. Линии напряжения между героями и обстоятельствами оставляют фильм современным. В самом первом приближении он предлагает размышление о природе того, что сейчас модно называть "традиционными ценностями". Только без пафоса, ханжества и прагматичного поиска личной выгоды. Это глубокое погружение в культуру и традиционное воспитание осетин. Однако, в нём есть что почерпнуть и другим народам, и в другие времена. Оказывается, что как любая большая картина, "Горец" говорит о простом и маленьком, чтобы рассказать о сложном и значительном. А значит точно стоит отправиться на этой скрипучей арбе в путь, чтобы такой рассказ услышать.