- Вот это поворо-о-от! – протянул Роман Евгеньевич, подходя ближе к калитке.
- Интересно, Лика знает об этом? - пробормотал Артём, разглядывая обгоревшие стены, скорбно торчавшие чёрными неровностями.
- Похоже, что пожар случился недавно, вон видишь утварь даже какая-то стоит на столе, - показал отец рукой в сторону забора, граничащего с соседним участком, где притулился слегка покосившийся навес, служивший, очевидно, летним местом отдыха.
Артём увидел там стол, на котором действительно стояли какие-то плошки да кастрюли, как будто нерадивые хозяева не захотели убирать со стола после обеда или ужина.
Роман Евгеньевич оглянулся вокруг в надежде увидеть кого-то из соседей, но улица была пустынной. Дома находились далеко друг от друга, отделяемые большими участками земли, на которых были огороды, укрытые сейчас лёгким слоем снега, или сады, темнеющие голыми ветвями яблонь и вишен. Напротив сгоревшего дома были два участка с полуразвалившимися строениями, явно давно уже оставленные своими хозяевами.
Отец с сыном подошли к машине, решив поехать и найти местную администрацию в надежде там узнать о случившемся в этом доме.
- А они будут с нами разговаривать по этому вопросу? – спросил Артём у отца. – Что мы им скажем… мы знаем девушку, у которой прописка по этому адресу?
- Ну увидим, как дело пойдёт, во всяком случае мы скажем истинную правду… Конечно, лучше бы у соседей спросить, но как-то тут нелюдимо… Даже печки не топятся, дыма нет из труб, только вон на соседней улице где-то…
- И правда… Может, люди на работе, - нерешительно предположил Артём и вдруг обрадованно воскликнул: - О, вроде кто-то есть! Вон мужик вышел на улицу, нас, кажется, увидел…
Роман Евгеньевич повернул голову в сторону, куда указывал сын. Метрах в пятидесяти от них на противоположной стороне улицы стоял добротный дом с высоким крыльцом. Он был обшит деревянной вагонкой, выкрашенной зелёной краской и обнесён крепким забором из штакетника такого же зелёного цвета. Калитка была распахнута, а возле неё стоял мужик в стёганой ватной куртке и с любопытством разглядывал незнакомцев, приложив руку ко лбу наподобие козырька. Орлов махнул ему рукой, давая понять, что хочет поговорить, и сразу же направился в ту сторону, подав Артёму ключи от автомобиля.
- Подъезжай к его дому, а я перехвачу его пока, - сказал он.
- Да тут же не пройти! - сын указал на раскисшую грязь, подтаявшую под активными лучами дневного солнца.
- Нормально! – отмахнулся Орлов и, быстро дойдя до местного жителя, вежливо поздоровался с ним: - Добрый день, любезнейший!
- Добрый, раз так говоришь! – снисходительно ответил тот. – Заблудились, али как?
- Да не то чтобы заблудились… Мы тут… - Роман подбирал слова, не зная, как будет выглядеть его любопытство по поводу сгоревшего дома, имён обитателей которого он даже не знает.
- Дачники, что ль? – подсказывал ему версии мужик. – Так вроде уже не сезон, летом-то у нас тут много вашего брата… Да нонче и так некоторые приезжают, сымают дома на этот… как бишь его… а, уикенд, вот! – вспомнил слово довольный мужичок. - Да на Новый год вот едут обычно… правда, опасно сдавать зимой, они тута хвейверки энти запускают, да мангалы свои жгут, как ошалелые, словно не едали целый год жаренного мяса… А зима ведь - как есть непогода опять же, так ведь что делают-то… холодно им, вишь, так они под навесы с дровниками или какие другие сарайки-то свои эти мангалы запихивают, но всё равно жгут! Каженый раз то сараюшку чью подожгут, то баньку подпалят, не умеючи-то… в обчем, одна маята с них!
- А соседей ваших тоже… дачники спалили?
- Губовых-то… Не-е-е… энти сами… по дурости своей, по пьяне! – сообщил словоохотливый мужичонка и уселся на одну из нагретых солнцем чурок, стоявших возле калитки, очевидно предназначенных как раз для таких вот бесед на злобу дня.
Он кивнул Роману, приглашая присесть и его, а потом и Артёму, присоединившемуся к ним.
- Пьянство – это, конечно, бич всех времён, - направил его к нужной теме Роман, усаживаясь рядом, – это я про ваших соседей… сами-то живы хоть остались?
- Какое там! – махнул рукой мужик. – Как есть обоих пожарные и обнаружили, когда потушили всё… Ох и полыхало тут, ох полыха-а-ало! Рядом-то, почитай, никого нет, только мы вот, да Рябинины, - он показал рукой на дом напротив, участок которого граничил со сгоревшим домом, - но тех тоже дома не было, они аккурат в тот день на свадьбе гуляли у дочки сестры Ванькиной жинки в соседнем селе, в Белополье… тут в сорока километрах от нас… Там кум мой живёт в соседях с Нинкиной сестрой-то, во-о-от, значит…
- А давно случился пожар-то? – вновь выправил ход беседы Роман.
- Да не-е-е, - махнул рукой мужик, - меня, кстати, Григорием кличут! –решил он, что самое время познакомиться.
- Очень приятно, я – Роман, а это мой сын Артём, - вежливо ответил Орлов и посмотрел в сторону сгоревшего дома.
- На октябскую это… - спокойно сказал Григорий.
- Что? – не сразу понял его Роман.
- Дык… пожар-то… сам же спросил, давно ли… вот и говорю… хоть и отменили праздник-то, а они, Янка-то с Колькой, по старой привычке, видать, и решили отметить его… Вот и отметили, значитца!
- Одни, хоть, отмечали? – старательно притворяясь равнодушным, спросил Артём.
- Да разве ж им нужон кто! В этом деле, как говорится, ещё один рот хуже пистолетa! - хохотнул Григорий и тут же рассудительно добавил: – Но, знамо дело, ежели хороший человек с дармовой выпивкой заглянул бы, то оно конечно… а так… - он махнул рукой и, будто вспомнив о чём-то, прищурился и спросил: - А вы сами-то знавали их, что ль? – и не дожидаясь ответа, покрутил головой, присмотревшись сначала к отцу, потом к сыну. – Или вы из милиции… так вроде уже всё выяснили и сказали, что дело в сигарете Колькиной, он же дымил, что тот паровоз всё равно…
Роман Евгеньевич тяжело вздохнул, понимая, что пора уже как-то рассекречиваться, иначе можно потерять доверие Григория, а до сих пор так и не было понятно, какое отношение Лика имеет к этому дому и пoгибшим.
- Да нет, мы не из милиции и погибших мы тоже не знали, – помотал он головой, - и даже не знаем, по адресу мы или нет… Лика, молодая девушка… знаете такую?
- А как не знать, дочка она ихняя! – хлопнул Григорий себя по коленке. – Ну как ихняя… Янкина дочка, Кольке-то она никто, Колька-то недавно с Янкой сошёлся, а раньше у неё Лёнька был, дальнобойщик… Они как сошлись, он к ней и переехал, а квартиру в городе жене бывшей оставил, но сын евонный почти всё время с ними тут жил, потому как бывшая супружница Лёнькина замуж тоже выскочила и у пацана с отчимом никакого контакта не образовалось… Жили поначалу они все тут неплохо, но потом Янка хвостом вертеть начала… Вот и довертела, что Лёнька плюнул, забрал свово сына и уехал, а она этого Кольку на базаре в городе встретила, когда там торговала в палатке у одного коммерсанта… Но видно же, что он пиявка самая настоящая, годков на семь-восемь моложе её был, нигде не работал, а боров такой, что хрен прокормишь! Машина у ей была, от мужа ещё, так они быстро её продали, мамашку Славкину, это ейный мужик самый первый, спровадили, она забрала внучку и уехала к сестре куда-то далеко отсюдова. Куда точно, моя жинка знает, но её нету щас, на почту ушла за пенсией… - откровенно поделился с ними Григорий.
- А Лика? – Роман понял, что Григория не переслушать, но им важно было только то, что связано с девушкой, а остальные факты биографии её матери пусть растворяются в небытии.
- Я же говорю, она дочка Янкина… Янки и Славки, он из армии эту Янку привёз, её на самом деле не Яна звать-то, а мудрёно как-то… а, Янина, вот! Привёз он, значитца, её, матери и всем остальным объявил, что это, мол, моя жена! – начал Григорий с упоением рассказывать историю, произошедшую два десятка лет назад. – Ну, жена так жена, она вскоре дочку родила, девку назвали тоже не слава Богу – Ликой… Что за имя! Я в город к сыну как-то приехал, так у него во дворе одна дама собачку так свою кликала…
- И что дальше? – в нетерпении спросил Артём, уже уставший от разговоров с Григорием, явно страдающим жаждой общения.
- Да ничего! – иронично воскликнул мужичок. – Жили себе и жили… Славка нормальный мужик был, правильный – работал трактористом, всякую копейку в дом - машину купили, к дому пристройку сделали, - он махнул рукой, улыбнувшись, - туалет и ванну, чтоб, значитца, на двор не бегать за всякой нуждой!
Роман улыбнулся, поняв, как этот факт в своё время зацепил соседей, и заметил:
- Так молодец он, что сказать - обеспечил семье комфорт!
- Мать его тоже так говорила всем, а уж Янку-то, невестку, нахваливала перед соседями, пока Славка был жив…
- А что с ним случилось?
- Да по весне как-то ехал с работы по мосту через реку, тут у нас перед селом, - показал он рукой, в какой стороне находится мост, - а трое пацанов как на то на льду шлындали, а лёд-то тонёхонек уж был, ну и провалился… Славка их-то вытащил из полыньи на лёд, оттолкнул подальше, а сам… сил уже не хватило, да и одёжа отяжелела, видать… - Григорий замотал головой. – Всем селом хорoнили… Лике тогда годков десять, что ли, было…
Григорий помолчал под тяжестью нахлынувших грустных воспоминаний, заодно решив, что сказал уже достаточно заезжим гостям, а сам так до сих пор и не знает, зачем им понадобилась соседская девчонка.
- А Лика-то зачем вам? Она ведь здесь мало когда появлялась с тех пор, как с бабкой уехала, - поинтересовался он.
- Понимаете, она дружит с нашей племянницей… - пустился в объяснения Орлов. – А тут внезапно уехала, сказала, что на неделю, но уже очень долго не появляется, вот мы и забеспокоились, подумали, мало ли что, может, помощь нужна какая… Узнали её домашний адрес в институте, приехали, а тут такое… Где теперь её искать?
- Так это только у бабки, вернее, у сестры бабкиной, моя-то знает, в каком она городе живёт, только адрес-то навряд ли… А вон она, как раз чешет домой, сейчас скажет! – Григорий вновь воодушевился, обрадовавшись тому, что будет до конца полезен, легко решив все вопросы приезжих.
- Добрый день! – Роман поднялся с чурки навстречу подошедшей женщине.
- Здравствуйте! – ответила она с холодным любопытством разглядывая незнакомцев. – Вы к кому?
- Да мы уже уезжаем, не могли бы вы сказать, где нам найти бабушку Лики Губовой?
- Так нет уж её, Клавдии Семёновны-то… - голос женщины задрожал. – Сама только что узнала, - ответила она больше мужу, который, услышав новость, оторопело уставился на неё.
- Вот те на-а-а! – только и произнёс он.
- Понятно, - вздохнул Роман, подумав, что они это, в сущности, уже знают.
- Вот ведь ещё недавно всё было хорошо, Лика мне говорила, что бабушка прекрасно себя чувствует, даже вместе с сестрой в каком-то там народном хоре поют, в конкурсе участвовали, ездили куда-то… - рассуждала женщина.
- А Вы виделись с Ликой? – остановился Роман, уже протянувший Григорию руку для прощания.
- Ну да, виделись… она недавно приезжала, они ещё с Янкой что-то сильно ругались… да прям в тот день, когда пожар случился, она здесь и была, я мимо проходила, во дворе её увидела… она, правда, не больно-то на разговоры в тот день настроена была после скандала-то, мне даже показалось, что заплаканная, но про бабушку в двух словах рассказала... Я спросила, надолго ли приехала, но она сказала, что на автобус собирается, уезжает уже…
- А чего ж ты милиции-то ничего не сказала, когда они тут спрашивали, кто был-не был? – предъявил ей претензии муж.
- Да я не сразу и вспомнила… такое пережить! - она кивнула на участок со сгоревшим домом. – А потом, Лика же сказала, что уезжает, а это всё уже позже случилось, зачем девчонку приплетать, ей и так несладко, теперь вот и бабушка… Ой, как же жалко Клавдию Семёновну! – она смахнула слезу и махнув пару раз рукой, направилась к калитке.
Отец с сыном тоже начали прощаться с Григорием, который с сожалением пожал им руки, не прочь ещё поболтать.
***
Авторское право данного произведения подтверждено на портале Проза.ру
_________________________________
___________________________________