Среди блистательной плеяды арабских диктаторов второй половины XX века, в которой каждый персонаж по-своему безумен, трагичен и комичен, выделяется собиратель земель арабских Гамаль Абдель Насер.
Обладатель звучной фамилии и неуëмных амбиций. Президент Египта.
От своих собратьев-диктаторов он выгодно отличался отсутствием любви к пышным титулам и павлиньим мундирам.
Насер стал правителем Египта в 1954 году на волне подъема арабского национализма и был проводником идеи создания Единого арабского государства. Что характерно - республики. На этом пути Насер развернул бурную деятельность и борьбу с внутренними и внешними врагами.
Строя, сражаясь и договариваясь, мечтал сделать арабов снова великими и вошëл в историю Египта и народную память как отец нации и великий гражданин.
Вот тут-то и заключается самое странное! Дело в том, что он получил такую репутацию, при том, что на своём бурном пути, по сути, шёл от поражения к неудаче.
Начиная от его участия в первой арабо-израильской войне, которая закончилась поражением арабов. Окей, тогда он был простым офицером и вряд ли виновен в этом. Но, позже, уже став президентом, Насер проиграл и вторую арабо-израильскую войну. Она же Суэцкий кризис. Тогда Египет спасли (что удивительно) совместное вмешательство СССР и США.
Но дальше по хронологии шла третья война с Израилем - Шестидневная. Она обернулась эпичнейшим разгромом египетской армии в самые короткие сроки.
Параллельно, большая египетская армия много лет проявляла некомпетентность в войне в Йемене, поддерживая местных республиканцев.
На политическом поприще вроде бы нарисовался крупный успех в виде объединения в единое государство с Сирией, но через пару лет Объединëнная Арабская Республика развалилась.
За что не брался отец нации - получалось не очень. Но это не помешало Гамалю Насеру стать великим египтянином в сердцах соотечественников.
Почему так?
При Насере были проведены масштабные экономические преобразования, включая национализацию Суэцкого канала в 1956 году, строительство Асуанской плотины и индустриализация экономики. Эти меры способствовали росту национальной гордости и улучшению качества жизни многих египтян.
За внутриегипетские победы, а не внешеполитические фиаско он остался в народной памяти.