Муж, оказывается, обеспечивал меня грязными деньгами, а я поздно об этом узнала

— Лид, да зачем тебе эта работа? — мой муж Слава смотрел на меня с искренним недоумением, попивая утренний кофе. — Муж в доме для того и нужен, чтобы быть для жены каменной стеной. Сиди себе дома, занимайся детьми, готовь борщи. Я всё беру на себя. Честно? Когда мы поженились, у меня уже двое малышей-погодков было на руках, а потом и общая дочка появилась. Устала я безумно, мотаясь между работой, садиком и готовкой. Так что его предложение я восприняла как манну небесную. «Ну вот, Лида, тебе и выпал счастливый билет! — ликовал мой внутренний голос. — Женился на тебе с двумя чужими детьми, да ещё и кормилец! Тебе бы в раю жить, а не на кухне». Я, конечно, бросилась ему на шею, чуть ли не со слезами: «Славочка, ты у меня самый лучший! Спасибо тебе!». И закрутилась моя новая жизнь — домохозяйки-счастливицы. Я с упоением превращала дом в конфетку: полы блестят, еда как в мишленовском ресторане, дети ухоженные, довольные. Идиллия, да и только. Но однажды, вынося мусор, я увидела его вдалеке. Шёл в ближайший торговый центр. Решила сделать милый сюрприз — догнать. Припустила за ним рысцой, но так, чтобы он меня не заметил. Возле входа в магазин он остановился, зазвонил телефон. Слава ответил, и лицо его мгновенно изменилось. Стало каким-то... чужим. — Я же просил не звонить в это время, — отрезал он ледяным тоном, к которому я совсем не привыкла. Тот, кто был на том конце провода, видимо, настаивал на встрече. — Ладно. Буду на стоянке через десять минут, — сказал он и бросил трубку. У меня внутри всё упало. Сердце заколотилось где-то в горле. Я юркнула за соседний микроавтобус, затаилась, стараясь дышать тише. Руки дрожали. Силу воли нужно было прилагать невероятную, чтобы не выскочить и не устроить сцену прямо там. Минут через пять к стоянке подкатила шикарная иномарка, и из неё вышла эффектная блондинка. И тут началось... — Славик, ну сколько можно терпеть эту свою домработницу? — защебетала она. — Мы же договорились, что ты с ней разведёшься! Говоришь же постоянно, что у вас ничего общего нет! Мой «каменная стена» стоял, холодно оценивая её взглядом. — Зина, я сам решу, когда и с кем мне рвать отношения. Выберу тебя — сообщу. Не надо меня торопить. Я обомлела. Я никогда не видела его таким — жёстким, циничным, абсолютно безразличным. Со мной-то он был ласковым и тёплым. А тут... бабник со стальным взглядом. — Ну, Славочка, я же не против твоих увлечений, — не унималась Зина, — но жена — это перебор! «Да что в нём такого-то? — пронеслось у меня в голове. — Не олигарх, квартира в хрущёвке, подаренная родителями... И в постели ничего сверхъестественного. В чём секрет?» Было дико обидно, что меня так надули. Но любопытство в тот момент оказалось сильнее. Я ничего не сказала. А вечером, когда Слава, вернувшись с «корпоратива», отключился после душа как убитый, я провела своё маленькое расследование. Зная, что его пушкой не разбудишь, я аккуратно приложила его палец к разблокированному айфону. И вот оно... Вся правда. Мой муж, Слава, оказался... профессионалом. Альфонсом, если по-простому. У него был даже свой агент, который высылал ему прайс-листы на «сопровождение». Отзывы клиенток были восторженными. Видимо, его скромные таланты в нашей с ним личной жизни объяснялись обычным профессиональным выгоранием. Вы не поверите, но я снова промолчала. Просто на следующий же день вышла на работу. Я по профессии кондитер, и у меня была своя клиентская база. Начала потихоньку собирать деньги, закупила оборудование на кухню. Жизнь медленно, но верно возвращалась в мои руки. — Иннусь, а что это ты так взъелась на работу? — спрашивал Слава, видя, что я допоздна вожусь с тортами. — Устаёшь ведь. —Да не, это ж такое удовольствие! — отмахивалась я. Мне было критически важно уходить от него, уже встав на ноги. Своей квартиры у меня не было, а на какой ужин мог позвать обиженный «кормилец» — я боялась представить. В итоге, я сняла квартиру, перевезла туда миксеры и духовки, попросила подругу посидеть с детьми и выложила мужу всё как есть. — Чем тебя моя работа не устроила? — искренне удивился он. — Я же тебя обеспечивал! Ни в чём не отказывал! И ему совсем не было стыдно. Он искренне не понимал, в чём проблема. — Слава, я не хочу жить на деньги, которые ты зарабатываешь, будучи... содержанкой у женщин, — пыталась я подобрать слова. — У меня есть гордость. Но это был разговор глухого со слепым. Мы развелись. Он исправно платит алименты на нашу дочку, даже больше положенного. Я пока их беру, но цель — встать на ноги так крепко, чтобы эти деньги мне были не нужны. Чтобы полностью отрезать себя от этого «бизнеса». Иногда, конечно, думаю: а не погорячилась ли я? Может, стоило дать ему шанс, уговорить найти нормальную работу? Но потом я вспоминаю то его ледяное лицо на парковке и понимаю — он не изменится. Взрослых людей, как говорится, не перевоспитать. Они сами не хотят.