Как-то Шаляпин поздравил Толстого на пасху -"Христос воскрес! " на что Толстой резко ответил: «Не воскресал Он!»
А меж тем апостол Павел писал - "Если Христос не воскрес, то и вера наша тщетна" - то есть для православных это событие важнее всех 4 Евангелий.
А как же тогда жили первые христиане триста лет вообще без Евангелий, хотя в I и II во втором веках их было написано около 70, причём об Иисусе писали его современники.
Только вот в 364 году, когда формировался канон Священного Писания Нового Завета, в него были включены всего четыре Евангелия от Марка, Луки, Матфея и Иоанна, первые три из которых повторяли друга процентов на 60, и потому были названы синоптическими.
Они вызывали множество вопросов, на которые и попытался ответить Лев Толстой.
Освобождение Евангелий от лишнего и непонятного.
Прежде чем излагать свои взгляды Толстой перевёл все Евангелия и пришёл к выводу что Писание нужно освободить от всего лишнего и непонятного. Церковь превратила религию в набор формальностей и условностей, навязывая рабскую покорность.
Прежде всего он избавил писание от чудес, трактуя всё мистическое рационально, либо попросту отрицая. Так, из «Евангелия» Толстого исчезло воскресение Христа — и текст заканчивался его смертью на кресте.
Хотя достаточно много свидетельств, что Понтий Пилат спас Иисуса и помог ему вместе с семьёй перебраться в Индию, где в Кашмире он и похоронен вместе с женой и дочерью, мусульмане охраняют его могилу. В Коране тоже отрицается распятие Иисуса.
Конечно, у Толстого возникал вопрос, почему в канон не вошли Евангелия, написанные современниками Иисуса, поскольку именно они и должны были представлять особую ценность, плюс синоптическая проблема?
Почему нет никаких биографических сведений об Иисусе до периода его служения?
Отношение Толстого к Троице
Толстой отвергал догмат о Троице, считая его слишком сложным и непонятным.
Он писал: «Догмат Троицы неразумен, ни на чём не основан, ни к чему не нужен, и никто в него не верит, а церковь исповедует его».
Догмат о Троице появился в 381 году на Втором Вселенском соборе, когда Богом был объявлен Святой Дух, до этого в 325 году Богом был объявлен Иисус, единосущным Богу Отцу. Это было внесено в Символ веры.
Получается, что в период с 325 года по 381 существовало двубожие – Бог Отец и Бог Сын, но догмата о двубожии нет.
Канон Священного Писания был принят в 364 году на Лаодикийском соборе
Церковь говорит, что Священное Писание – это Слово Божие, Его Откровение, посланное Святым Духом. И вот тут возникает вопрос - чьё это было Откровение? Двух богов в одном Лице - Отца и Сына, но Иисус не считал себя Богом, а только Его Сыном.
«Ибо, как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе» (Ин. 5:26)
Таким образом, признав Иисуса равным Богу церковь нарушила слово Христа: «Ибо Отец Мой более Меня» (Ин 14:2).
Вот эту путаницу и не понимал Толстой, да и верующие тоже.
Было и другое, что невозможно было понять – многочисленные правила, принимаемые на каждом соборе. На том же Лаодикийском соборе было принято несколько десятков правил, касающихся церкви. Чтобы было понятно, приведу несколько статей.
Многочисленные непонятные правила
Правило 10
«О том, что члены Церкви не должны без разбора сочетать своих детей браком с еретиками».
Правило 14
«О том, чтобы в праздник Пасхи не посылать Святые Дары в другие епископские области для благословения».
Правило 15
«О том, что не должно петь в церкви кому-то другому, кроме клириков-певцов, которые восходят на амвон и поют по дифтере».
Правило 17
«О том, что не должно в собраниях петь псалмы подряд, но в промежутке после каждого псалма должно быть чтение»
Правило 18
«О том, что молитвенное служение как на девятом часе, так и на вечерне должно быть всегда одно и то же».
Правило 23
«О том, что не должно чтецам или певцам носить орарь и так читать или петь».
Правило 27
«Священнослужители, клирики или миряне, когда их зовут на агапу, не должны ничего уносить с собой, потому что тем самым наносится оскорбление церковному чину».
Правила запрещали клирикам мыться в бане вместе с женщинами, им запрещено было путешествовать без канонических грамот, заниматься астрологией и другими науками, нельзя в Четыредесятницу заключать браки и праздновать дни рождения, а если и ходят на дни рождения, то не должно прыгать и плясать и так далее…
Это было фарисейство, а ведь Иисус предупреждал: «Бойтесь закваски фарисейской» (Мф. 16:6) и от Луки (Лк.12:1).
Он обвинял фарисеев в искажении слова Божия: «Горе вам, законникам, что вы взяли ключ разумения: сами не вошли, и входящим воспрепятствовали». Евангелие от Луки, глава 11.52.
Но фарисеи не только шли против Бога, но и вели за собой народные массы, для которых были авторитетами в богословии. Мог ли это принять Толстой. Нет, и он это не принял
Учение о Богочеловеке
Он верил в Богочеловека в то, что Бог живёт в каждом существе. Первым ввёл этот термин Ориген (185-254), который утверждал ещё в III веке, что Христос приходил в этот мир, чтобы сделать человека "новым творением" — Богочеловеком, имеющим возможность творить чудеса.
И эти идеи жили вплоть до середины VI века, а затем против них выступили в 553 году император Юстиниан и его жена Феодора. Императорская чета пришла к выводу, что учение Оригена о Богочеловечестве, согласно которому люди являются детьми Божьими, угрожает авторитету и престижу императора. Если люди – дети Божьи, то это уже не рабы императора, а Юстиниан в это время проводил жестокие репрессии против собственного народа
Предсуществование человеческих душ
Учение Оригена включает важный элемент концепции Богочеловека — идею предсуществования человеческих душ. Хотя Ориген не являлся создателем этой идеи, он внёс значительный вклад в её развитие и популяризацию в раннем христианстве, чётко сформулировав её и отделив от идей реинкарнации, встречающихся в индуизме и учениях Платона.
В своём труде "О началах" (около 230 года) Ориген утверждал, что судьбы душ после смерти зависят от их поступков при жизни. Некоторые души направляются в ад, другие возвращаются на Землю, перерождаясь в новых телах. Души, погибшие духовно, могут появиться вновь в разных местах планеты, вне зависимости от национальной принадлежности или семейных корней.
Этих же взглядов придерживался и Толстой, признавая реинкарнацию, которая тоже была отвергнута на Пятом Вселенском соборе в 553 году. Таким образом, Толстой ничего нового не придумал, он просто почистил Евангелие от фарисейской закваски.