«Даже не верилось, что этот маленький человек обладает такой огромной силой чувства, такой совершенной выразительностью», — писал Максим Горький о Сергее Есенине. А тот, будто нарочно эпатируя публику, старался играть на контрастах, изображая из себя простоватого деревенского мужичка, этакого Емелю в лаптях и с гармошкой.
В литературных салонах столицы Есенин и говорил, специально выделяя свой рязанский акцент: «Мы деревенские, мы этого вашего не понимаем... мы уж как-нибудь... по-нашему... в исконной, посконной». К нему и относились как в деревенской лапотной экзотике, не ожидая от стихов ничего прорывного. Но когда он начинал декламировать, происходила разительная перемена, и образ рязанского простачка без следа растворялся в потоке пронзительной лирики, открывающей душу тонкого и глубокого поэта.
Сегодня, 3 октября, исполняется 130 лет со дня рождения Сергея Есенина. «Самым русским поэтом» называл его Евтушенко, и с ним трудно не согласиться. Стихи Есенина, рожденные фольклором, постепенно сами превратились в фольклор. При этом поэт не очень-то и жаловал родину. Уехав из Константинова в 17 лет, он навещал родные места эпизодически и не особо там задерживаясь. Анатолий Мариенгоф вспоминал, что Сергей приезжал из деревни «отплевываясь, отбрыкиваясь и рассказывая, смеясь, как на другой же день поутру не знал, куда там себя девать от зеленой тоски». Однако стремление к городской жизни, к благам цивилизации и прогресса никак не отразилось на его творчестве. «Отговорила роща золотая», «Березка», «Пороша» — эти и многие другие стихи пронизаны любовью к родной природе и остаются верными деревенским корням Есенина.
Природа в творчестве поэта живая, полная красок и звуков. Она часть его самого, и даже когда Есенин пишет о трагическом распаде деревенского уклада после революции, его боль — это боль о потере именно красоты и гармонии.
Вот так Есенин и остается в нашей памяти «певцом русской деревни», раскрывшим не её лишения, а её душу. Он сумел сохранить в своих стихах тот образ крестьянской Руси, который, возможно, никогда и не существовал, но который стал для нас символом утраченного рая. Он был поэтом, который, живя в шумном городе, носил в сердце тихую рязанскую рощу и её золотое эхо, и именно за это мы его так любим.