Ольга остановилась перед зеркалом в ванной. Вглядывалась в своё отражение — будто впервые встречалась со знакомой… до боли привычной женщиной. Тридцать восемь. Из них пятнадцать лет — замужем. Всё как по учебнику: хорошая жена, заботливая мать двоих детей, уважаемый бухгалтер. Волосы — ни единого лишнего локона, макияж — самый лёгкий, платье — неброское. Всё с иголочки. Всё правильно. Всё удобно. Всё… до зевоты скучно.
Пальцы нащупали губы — и вдруг кольнуло желание. Острое, как иголка. Хочу помаду! Да не просто блеск — хочу яркой, красной, вызывающей. Чтоб сверкала. Чтоб бросалась в глаза.
«Оль, ты там надолго? – голос Дмитрия звучит напряжённо, из спальни».
«Сейчас выйду».
Она ещё на секунду задержалась у порога — и пошла в спальню. Там уже, под одеялом, муж, исчезнувший с головой в телефоне. Она легла рядом. Он даже не посмотрел.
«Дим, у нас в субботу годовщина… – голос едва слышен».
«Ага. Пятнадцать лет».
«Может, выберемся куда-нибудь? В ресторан, например?»
« Оль, у меня проект горит. В субботу на работу придётся. Потом как-нибудь отметим».
Он просто повернулся к ней спиной — и минут через пять уже посапывал. Ольга осталась лежать в темноте, уставившись в потолок. Когда они в последний раз были не просто мужем и женой, а парой? Когда он в последний раз посмотрел так, как когда-то – в начале? Когда…
Она не помнила.
На следующий день Ольга задержалась на работе. Когда собралась домой, Дмитрий написал: «Не жди меня на ужин, застрял на работе».
Ольга села в машину и вдруг поняла, что не хочет домой. В пустую квартиру, где дети уже спят, а муж неизвестно когда вернётся. Она позвонила подруге Свете.
«Светка, давай встретимся. Выпьем вина».
«Оль, ты что, серьезно? — в голосе Светы слышалось удивление. — У тебя что-то случилось?»
«Просто хочется отвлечься».
Они встретились в небольшом баре. Света внимательно посмотрела на подругу.
«Рассказывай».
«Ничего не случилось. Вот в этом проблема, — Ольга пожала плечами. — Ничего не происходит. Дмитрий как будто меня не видит. Я для него часть интерьера».
«Он изменяет?» — прямо спросила Света.
«Не знаю. Не думаю. Он просто остыл. Мы живём как соседи, а не как муж и жена».
Света налила ей вина.
«А ты сама-то хочешь что-то менять?»
«Иногда мне кажется, что я забыла, как это — чувствовать себя женщиной. Желанной. Я стала функцией. Мамой, женой, бухгалтером. А где я сама?»
«Знаешь, что тебе надо? Встряску. Мужское внимание. Чтобы почувствовать, что ты жива».
Ольга засмеялась нервно.
«Я скучная, Свет. Серая мышь, которая боится выйти за рамки».
«Ты не скучная. Ты просто забыла, какая ты. Помнишь нас в универе? Ты была самой яркой. Куда делась та Оля?»
«Та Оля вышла замуж и стала правильной».
«А правильно — это всегда хорошо?»
Они просидели до полуночи. Ольга приехала домой — Дмитрия не было. Она написала: «Где ты?» Ответ: «Заканчиваю отчёт, скоро буду».
Она прошла в ванную, достала яркую красную помаду, которую купила год назад и ни разу не носила. Медленно накрасила губы. Посмотрела на отражение.
Другая женщина смотрела на неё из зеркала. Яркая. Живая.
Ольга улыбнулась.
На следующий день Дмитрий уехал на работу рано утром. Дети остались у бабушки. Ольга осталась одна. Она открыла шкаф, перебрала одежду. Всё скромное, практичное. И поехала в торговый центр.
Через два часа она вышла с новым чёрным платьем, туфлями на шпильке, терпкими духами. Дома приняла ванну, сделала укладку, макияж. Надела новое платье.
«Боже, — прошептала она. — Я же красивая».
Телефон завибрировал. Сообщение от незнакомого номера:
«Ольга Сергеевна, добрый вечер. Это Алексей Громов, встречались на конференции в прошлом месяце. Не могли бы помочь с налоговым вопросом? Могу пригласить на кофе».
Ольга вспомнила. Высокий мужчина лет сорока, владелец IT-компании. Они разговаривали минут двадцать, он смотрел заинтересованно.
Пальцы набрали ответ: «Добрый вечер. Завтра в 12 вас устроит?»
«Отлично. Жду с нетерпением. Кафе "Арт-бюро" на Тверской?»
«Подойдёт».
Сердце бешено колотилось. Это просто кофе. Деловая встреча. Ничего такого.
Дмитрий вернулся поздно, измученный. Прошёл мимо на кухню, не взглянув.
«Есть что-нибудь?»
«В холодильнике суп».
Он сел есть. Ольга стояла в дверях.
«Дим, ты заметил, что я в новом платье? Сделала причёску?»
Он окинул её беглым взглядом.
«А, да. Хорошо выглядишь. Я устал, сейчас спать».
И всё. Никаких комплиментов. Просто «хорошо выглядишь».
На следующий день она встретилась с Алексеем. Он встал, когда она вошла, и в его глазах было восхищение.
«Вы прекрасно выглядите».
«Спасибо. Называйте просто Ольга».
Они заказали кофе. Алексей задал вопросы о налогах, она ответила профессионально. Потом разговор перетёк в другое.
«Когда увидел вас на конференции, подумал: женщина, которая точно знает, чего хочет. Уверенная, умная, красивая».
Ольга покраснела.
«А сейчас не спешите?»
«Нет. Сейчас не спешу».
Они просидели два часа. Алексей рассказывал смешные истории, внимательно слушал, смотрел так, что Ольга чувствовала себя желанной.
«Мне очень понравилось. Может, повторим? Но уже не про налоги».
«Алексей, я замужем».
«Знаю. Вижу кольцо. Я просто предлагаю общение. Мне интересно с вами».
«Мне интересно», — тихо ответила она.
Они начали встречаться. Раз в неделю, иногда два. Кофе, прогулки. Алексей дарил цветы, писал сообщения. Ольга расцветала. Новая одежда, новая причёска, минус три килограмма.
Дмитрий ничего не замечал. Приходил поздно, уходил рано, был погружён в работу.
«Оль, мне в командировку надо. На неделю. Послезавтра».
«Хорошо».
Раньше она расстроилась бы. Сейчас просто кивнула. Ей даже приятно, что он уедет.
На следующий день Алексей взял её руку на прогулке.
«Ольга, вы мне очень нравитесь. Не просто как собеседник. Как женщина. Мне хочется большего».
Её сердце колотилось.
«Не отвечайте сейчас, — он сжал её пальцы. — Просто подумайте. Я готов ждать».
Вечером Дмитрий позвонил: «Задержусь. Встреча затянулась».
Злость захлестнула её. Всегда работа. А она существует для него вообще?
Ольга поехала к Алексею. Он открыл, удивлённый.
«Что-то случилось?»
«Я хочу быть с тобой. Сегодня».
«Ты уверена?»
«Нет. Но мне всё равно».
Утром она проснулась в чужой постели. Внутри была пустота. Не вина. Просто пустота.
«Это что-то меняет для нас?» — спросил Алексей.
«Я не знаю. Мне нужно время подумать».
Дома она приняла душ. Дмитрий вернулся вечером, усталый.
«Как съездил?»
«Нормально. Спать хочется. Поговорим завтра».
Он мгновенно заснул. Ольга сидела рядом, смотрела на него. Её муж. Человек, с которым она прожила пятнадцать лет.
И она только что изменила ему.
Почему нет вины? Почему пустота?
Может, их брак умер раньше? Может, они изменяли друг другу каждый день — невниманием, равнодушием?
Утром она написала Алексею: «Мне нужна пауза. Прости».
Потом подошла к Дмитрию на кухне.
«Дим, нам надо поговорить».
«О чём?»
«О нас. Ты помнишь, когда мы в последний раз говорили? По-настоящему, не о детях, не о счетах?»
Он пожал плечами.
«А что?»
«Мы стали чужими. Ты меня не видишь. Мы не вместе».
«Оль, с чего вдруг? У нас всё нормально».
«Нет! Ты помнишь, что у нас была годовщина? Пятнадцать лет! Ты даже не поздравил!»
«Извини. Забыл. Работы много».
«Всегда работы много! А я? Я не имею значения?»
Дмитрий встал.
«Не надо драму делать. Я устал просто».
«Дим, я говорю, что мы теряем друг друга!»
«А что ты хочешь? Чтобы я танцевал вокруг тебя?»
«Я хочу, чтобы ты меня видел!»
«Мне на работу. Поговорим вечером, когда успокоишься».
Он ушёл. Ольга села на пол и заплакала. Не от обиды. От осознания.
Её брак мёртв. Может, он умер давно, а она делала вид, что всё хорошо.
Вечером она снова пыталась говорить. Он слушал, кивал, но не слышал. Он уже ушёл давно.
Через неделю Ольга собрала вещи и уехала к родителям. Дмитрий не удерживал. Просто кивнул: «Хорошо. Отдохни».
Алексей писал каждый день, но она не отвечала. Дмитрий не писал вообще.
Ольга смотрела на дождь за окном. Её брак закончился. Не когда она легла с Алексеем. А гораздо раньше. Когда они перестали быть важны друг другу.
Измена не разрушила семью. Семью разрушило равнодушие. День за днём, год за годом.
Она посмотрела на обручальное кольцо на руке. Медленно сняла его.
«Прости. Но я не могу больше».
И почувствовала облегчение. Наконец-то она была честна хотя бы с собой.
Впереди были разговоры, развод, боль. Но также впереди была жизнь. Её жизнь. Не чужая, не наполовину. Своя.
Красная помада, которую она когда-то боялась надеть, теперь лежала в сумке. Яркая. Вызывающая. Честная.
Как и она сама. Наконец-то.