- Пусть Ваш муж покупает Вам то, что Вы хотите, - сказал я теще, когда она украла у меня очередную вещь

Утро началось с того, что я не мог найти свой свитер. А мне он нужен был срочно, потому что другой не подходил к джинсам.

- Ты его сам не мог куда-нибудь переложить? – спросила Оля. - Нет, не мог, - ответил я жене. – Я бы запомнил. Ты же знаешь, что у меня в вещах всегда порядок.

Я догадывался, куда делась моя вещь. Ее наверняка забрала Анастасия Александровна, моя теща. У нее была привычка забирать все, что плохо лежит.

Анастасия Александровна любила приходить к нам в гости. И каждый раз, когда она появлялась у нас, у меня что-то пропадало. Началось это с самого начала нашей с Олей семейной жизни. Теща тогда уже обнаружила, что у нас с ней одинаковый размер, что телосложения у нас похожи. И с тех пор она стала брать мои вещи. Ей казалось, что в семье все должно быть общим. Я понимал, что молодость Анастасии Александровны пришлась на годы дефицита. Она привыкла все беречь, брать вещи у того, у кого есть что-то лишнее. Когда-то это нормально и естественно, но времена поменялись. Теща только не хотела этого признавать. Первым был случай с кашемировым свитером, который мне подарила жена. Его теща сразу же приметила. Тогда она спросила разрешения примерить его. Я добро дал, но не подумал о том, что теща его заберет. Сделала она это молча и незаметно. Мы с женой его долго искали. А потом Оля зашла к маме в гости. И мой свитер она увидела на ней.

- Я постираю и отдам, - сказала теща.

И Анастасия Александровна слово сдержала. Она свитер постирала, вернула чистым. Но все равно на нем остался какой-то запах, который был совсем чужим. Носить эту вещь мне больше не хотелось. Дальше были похожие случаи с моими байкой, джинсовкой, даже перчатками. Все это теща забирала у меня и не говорила об этом. Потом она возвращала вещи, но они оказывались непригодными для носки.

Кульминация наступила, когда пропала моя новая куртка. Я купил ее, чтобы осенью носить. А случай надеть подвернулся и в середине весны. Когда погода испортилась, я стал искать куртку. Я помнил точно, что оставлял ее на вешалке. Но там было пусто.

- Наверняка теща взяла ее, - сказал я жене.

Оля и отрицать не стала вины своей мамы. Она сказала, что ей нужна была куртка, чтобы на огороде поработать. У меня закончились моральные силы что-либо говорить. Поэтому я схватил ключ от машины и поехал на дачу к теще и тестю. Находилась она в часе езды от города. Когда я приехал, меня встретил Олег Назарович, отец Оли. Он сказал, что Анастасия Александровна на огороде, провел меня туда. Я поздоровался с тещей, после чего попросил ее вернуть мне куртку.

- Я же только на время ее взяла. Мне нужно в чем-то на огороде работать!

Я объяснил, что куртка дорогая, что она куплена для определенных целей, а не для того, чтобы ее снашивать на даче.

- Даже куртки вам жалко стало! – закричала Анастасия Александровна. – Забирай! Жадина!

Я забрал куртку, после чего уехал домой. Оля была без настроения, когда я вернулся. Видимо, Анастасия Александровна позвонила ей, рассказала, что я забрал куртку.

Несколько дней мы с женой не разговаривали. Потом мне позвонил Олег Назарович. Он стал извиняться за жену, объяснил, что она обрела определенные привычки во времена дефицита, поэтому так себя ведет. Через несколько дней Олег Назарович и Анастасия Александровна приехали к нам в гости. Теща извинилась за свое поведение, а также отдала мне новую куртку, которая была точно такой же, как я купил.

- Ту я испортила, испачкала, поэтому решила тебе купить новую, - сказала теща. – Я обещаю, что больше ничего не буду брать без спроса.

Что-то мне подсказывало, что теща лукавит. Поэтому я решил держать свои вещи под замком. И буквально на следующий день он был врезан в шкаф. Оля сначала смеялась, говорила, что у меня уже паранойя. Но в скором времени она убедилась, что я поступаю правильно. Анастасия Александровна, когда в следующий раз в гости пришла, стала открывать мой шкаф. А когда он не поддался, она пошла к Оле.

- Мама, там закрыто. Что ты там хочешь? - Я посмотреть хотела!

После того случая Оля ни слова мне не говорила по поводу одежды, замка. Думаю, что она и свои вещи скоро будет запирать, чтобы мама не взяла ничего.