Правительство России совершило очередной подвиг экономической «рациональности»: продало «Союзмультфильм». Не просто продало — вычеркнуло из списка государственных ценностей, как ненужный актив, мешающий балансу. За 1,12 миллиарда рублей — сумму, которой хватит разве что на пару недель текущих расходов Минобороны или на один особняк для среднего чиновника — страна лишилась не студии, а части своей культурной ДНК.
Да, формально «золотая коллекция» — «Ну, погоди!», «Чебурашка», «Винни-Пух», «Малыш и Карлсон», «Трое из Простоквашино» — остаётся в государственной собственности. Но кто будет управлять этими правами? Кто будет решать, как, где и в каком виде покажут «Сказку о царе Салтане» новому поколению? Ответ прост: тот, кто купил студию. Это Сбер, возглавляемый Грефом.
Ирония в том, что «Союзмультфильм» — не просто киностудия. Это институт национальной памяти. Это то, что объединяло советских детей от Калининграда до Владивостока, от Таллина до Баку. Это был не бизнес, а миссия: воспитывать, вдохновлять, формировать нравственное ядро. Советское государство, каким бы мы его ни критиковали, понимало: дети — это будущее. Поэтому вкладывало в анимацию не ради прибыли, а ради смысла.
Современная Россия, напротив, спрашивает: «А сколько это стоит?»
И когда Минфин видит в «Союзмультфильме» не культурное достояние, а «источник поступлений», — это уже не экономика. Это духовная банкротство.
Конечно, нам скажут: «Государство — неэффективный собственник». Это мантра либеральных реформаторов с 1991 года. И каждый раз, когда они «оптимизируют» стратегический актив — от заводов до архивов, от школ до мультфильмов, — они доказывают обратное: государство может быть неэффективным, но частный собственник — почти всегда бездушным.
Что будет с «Союзмультфильмом» теперь? Возможно, его превратят в NFT-платформу. Или запустят подписку: «Смотри Чебурашку за 299 рублей в месяц». А может, просто заморозят архив, чтобы не тратить на хранение. Ведь прибыли в старых мультиках — ноль. А в новых — только если добавить тиктокеров и рекламу кока-колы.
Между тем, 1,12 млрд рублей — это меньше, чем стоимость недавно арестованных активов одного коррумпированного судьи. Это капля в океане бюджетных дыр. Но именно эту каплю власти выбрали, чтобы заплатить за иллюзию «финансовой дисциплины». Продать прошлое — чтобы чуть дольше протянуть настоящее.
И самое горькое: сегодняшние дети уже не увидят «Союзмультфильм» таким, каким его знали их родители. Не потому, что мультики исчезнут — а потому, что дух, который их создавал, продать невозможно. А без него — это просто картинки. Дорогие, глянцевые, но пустые.
Так что да — государство продало не студию. Оно продало детство.
И купило взамен… бюджетную строку.