Представь себе университет. Неважно, какой — государственный, частный, с уютными коридорами или с вечными протечками на четвёртом этаже, где по ночам заваривают чай из пакетиков. Представь себе студента: усталый после занятий, с бич-пакетом лапши, с курсовой, висящей на волоске над дедлайном, с верой в то, что образование — это про знания, навыки и шанс уехать из коммуналки хотя бы в нормальную однокомнатную квартиру. И вдруг — бах! — ему говорят:
- «Мы создали приложение, которое измеряет твою духовность. Тебе присвоят цвет. Не успел порадоваться за сессию — вот тебе статус: оранжевый, красный, голубой, зелёный».
Источники:
Это звучит как чья-то очень плохая шутка, но нет: это реальный конкурс по администрированию душ и сердец. И вот что надо понять сразу: когда государство решает измерять «духовно-нравственные ценности» через алгоритм, это не про улучшение жизни. Это про классификацию, учёт и удобство управления. Приложение собирает ФИО, факультет, курс, форму обучения, пол, возраст — и добавляет к этому «духовную оценку», вычисляемую по таинственной формуле из пяти направлений. Образование — 20%, патриотизм и гражданственность — 25%, этика — 10%, культурные традиции — 15%, социальная ориентированность — 15%. Сумма, кстати, чуть не дотягивает до ста — но кто считает проценты, когда в кармане у кого-то уже лежит кнопка «оценить»?
И вот студент, измученный экзаменами, получает результат: 78% — голубой. Или 59% — красный. Голубой — «ещё работает», красный — «подозрительный». Что дальше? Что значит «подозрительный» в стране, где и так каждый второй документ может открыть доступ к нежданным проверкам? Кто определяет, какие ответы «правильные» — преподаватель-патриот, декан с ностальгией по пионерским галстукам, или чиновник, который считает, что «традиционные ценности» — это когда все едят одно и то же и все думают одинаково? Администраторы приложения подбирают формулировки вопросов сами. Что это, если не приглашение к местечковой охоте за душами?
И теперь самое сладкое: представь, что результат виден администрации. Протоколы, цветовые статусы по каждому студенту, доступные по щелчку. Отправить на воспитательную беседу? Пожалуйста. Отметить на учёте? Легко. Дифференцировать при распределении мест на практику, при выдаче рекомендательного письма, при помощи в трудоустройстве — тоже вопрос нескольких кликов. Это делается «ради блага молодёжи», ради «эффективности формирования традиционных ценностей», ради «развития личности». И всё это без всякой иронии звучит как инструкция для менеджера конвейера человеческих судьб.
А теперь — сравнение, которое и вызывает у меня одновременно раздражение и немалую, горькую усмешку.
Помнишь «Кин-дза-дза!» и систему цветовой дифференциации штанов на планете Плюк?
Там социальный статус людей определялся по цвету штанов, и люди обязаны были перед владельцами определённых штанов склоняться, «кукать» и проявлять покорность — потому что внешний атрибут обещал власть и привилегии. Это не трюк, не фантазия — это прекрасная, жёсткая метафора кастового общества, где видимый знак сразу даёт право на привилегию и лишает других обычной человеческой свободы. В фильме это обыграно трагикомично, но суть ясна: цвет штанов — символ тотального контроля и социального неравенства.
Так вот, это приложение — то самое «краш-тестирование» подлинной личности, только без юмора Домана и без сатирической дистанции Данелии. Мы берём реальных людей, их страхи и надежды, и раскрашиваем их по табличке: зелёный, голубой, оранжевый, красный. И если в «Кин-дза-дза!» система штанов была гротеском, то тут гротеск становится практикой. Не возникает ли у тебя сейчас стоп-кадр из фильма, где люди на улице машут руками и «ку» перед прохожим с малиновыми штанами? Только вместо штанов теперь — цифровой профиль, и «ку» означает согласие с предписанным набором ценностей.
И для чего это всё?
Для чего нужно измерять «традиционные ценности» в процентах и хранить результаты в реестре?
Формально — "Чтобы повысить эффективность работы по формированию у молодёжи традиционных ценностей».
На языке чиновников это звучит гордо: «формирование», «эффективность», «реестр».
Но переведи на обычный человеческий, и получится:
- «Мы хотим иметь удобную картотеку, по которой можно быстро отфильтровать тех, кто нам нравится, от тех, кто нам не нравится».
И вопрос возникает сам собой: почему нашей заботой не будет сделать жизнь студентов приятной и безопасной вместо того, чтобы устанавливать им оценки духовности? Почему не улучшить общежития, не снизить плату за обучение, не дать нормальный доступ к психологической помощи и нормальную столовую, где можно спокойно поесть? Ведь всё это действительно повышает качество жизни и, косвенно, способствует формированию нормальных граждан.
Но удобнее, видимо, не вкладываться в инфраструктуру, а вкладываться в классификатор людей. Обучать алгоритм, собирать метрики, красить людей в букет удобных цветов. Так проще — и с точки зрения контроля, и с точки зрения PR: можно показать «персонализированный подход» и назвать это «воспитанием патриотизма».
И тут нужно задать более страшный вопрос, который многие и боятся произнести вслух:
- А что будет дальше, когда система уже будет?
Сначала — тесты.
Потом — «рекомендации по развитию необходимых качеств» (в переводе на человеческий: обязательные курсы, «корректирующие» мероприятия, возможно, практики в «верных» местах).
Потом — преимущества для «зелёных» при распределении на практику, стажировки, обмены, бюджетные места.
И дальше — по накатанной: те, кто «не того цвета», окажутся в невыгодном положении.
Кто будет красный — останется без возможностей.
Кто будет зелёный — получит доступ к лучшим ресурсам.
И вот тут мы подходим к моменту, где сарказм переходит в серьёзную тревогу.
Ведь раскраска людей по цветам штанов — это только начало превращения общества в сортировочный цех: «подходящие» и «неподходящие» по критериям, разработанным теми, кто указывает вопросы в тесте.
Кто будет решать: что такое «традиционные ценности»?
Какой ответ на вопрос «Любите ли вы Родину» считается «достаточно искренним»? Можно ли честно ответить:
- «Я люблю дом, где есть тепло и где мама не в долгах» не прибегая к пафосу о «духовной родине»?
И почему происходит подмена понятий "Государство" и "Родина"?
Родина у меня одна! А "государств" я уже на своей жизни и на своей "родине" насмотрелся много.
Коммунистов я видел, демократов я видел, ГКЧП я видел, Хрущева, Брежнева, Андропова, Черненко, Ельцина, Путина, Медведева, я все это уже видел. Мне глубоко нас***ть, кто именно стоит там у власти, поскольку жизненный опыт мне говорит, что от этого качество моей жизни не меняется!
У меня РОДИНА одна, а "государств" на ней я видел много, и не надо заниматься подменой понятий!
А если ты, в силу жизненных обстоятельств, предпочитаешь уехать на работу за границу — ты уже «подозрителен»?
Некоторые люди говорят:
- Это же всё преувеличение, никто никого не будет резать за цвет, давайте успокоимся.
Я соглашаюсь: прямого массового «расстрела по цвету» В БЛИЖАЙШИЕ НЕДЕЛИ не будет — и именно об этом мы должны говорить трезво.
Но вопрос в другом: когда общество привыкает к тому, что людей делят на классы по внешним идентификаторам, оно делает шаг к тому, чтобы воспринимать ущемление прав «неподходящих» как нечто нормально ожидаемое.
Сначала цифровой статус лишит доступа к стипендии, затем — к практикам, потом — к престижным вузам, а там недалеко и до работы, и до получения разрешений, и до «рекомендаций» от органов. И снова: никто не скажет «расстрелять» — достаточно тонких систем исключения, и власть получит желаемое.
И вот ещё жестокая, но честная шутка:
- Что если «зелёный» станет синонимом доверенного?
- Что если «зелёные» будут иметь право назначать «корректирующие программы» для «оранжевых», а «оранжевые» будут обязаны посещать «воспитательные курсы» и писать объяснительные?
- Что если «зелёный» — это новый «элитный»?
Помнишь, как в былые времена клеймили «неугодных» по любому предлогу? Здесь не нужно ни надписей, ни клейм: цифровой файл и доступ администратора. Всю «осудность» можно оформить как заботу о патриотизме.
И не стоит забывать о том, кому это выгодно.
Государству — потому что контроль удобен.
Вузам — потому что проще фильтровать «неподходящих» соискателей на бюджет.
Некоторым преподавателям — потому что это дополнительная власть: оценить не только знания, но и лояльность.
И ещё тем, кто пишет софт, — потому что государственные контракты кормят, а сроки «15 дней» почему-то никого не смущают, когда на кону — проект с красивым заголовком и очередной кабинет с видом на успех.
Так проще перераспределять ресурсы: не в ремонт общежитий, не в стипендии, а в классификаторы.
Есть и ещё один аспект: технологический.
Приложение — это база данных, реестр, API, доступ администратора. А у любой базы данных есть течения и течения эти течения имеют последствия: утечки, манипуляции, искажения.
- Что если однажды база будет слита или её алгоритмы будут подстроены под нужды заказчика?
- Что если «оранжевые» окажутся «красными» потому, что некто захотел показать повышение эффективности?
Доверие к таким системам должно быть нулевым априори, потому что речь идёт о людях, их репутации и их судьбах.
Наконец, давай зададимся вопросом, который должен стоять в центре любой такой инициативы:
- Разве нельзя просто сделать жизнь для людей приятнее?
- Разве нельзя вкладываться в реальное благополучие, в человеческое достоинство, в образование, в здравоохранение и в возможность нормальной жизни?
Наверное, можно. Но это требует ресурсов, времени и честной работы с проблемами. Создать приложение для «измерения духовности» — кажется быстрее, красивее и эффектнее в отчёте. Ведь тогда можно показать цифры, графики, KPI, наградить программистов и получить статью на сайт с заголовком «новая система повышает эффективность воспитания молодёжи». А изменения в общежитиях и в студенческих столовых — это бесконечные бюджетные строки и неудобные правки.
И вот итог:
- Приложение, которое «оценивает традиционные ценности», — это не про воспитание, а про маркировку.
- Маркировка ведёт к разделению
- Разделение — к потере доверия
- Потеря доверия — к таким общественным последствиям, которые нельзя исправить кликом «обнулить».
Сначала будет смех — «ну, зато теперь понятно, кто патриот», потом — удобство для менеджеров, потом — ограничение прав для «неподходящих», и в конце концов общество окажется таким же, как в «Кин-дза-дза!»:
- Люди, склонившиеся перед теми, у кого «правильные» штаны, только что теперь уже раскрашены цифровыми пикселами.
Это не художественный гипербол — это возможная реальность, если мы позволим компьютерной колонке решать, кто достоин доверия, а кто нет.
Итак, вопросы, которые нужно задавать громко и требовательно, а не шепотом в соцсетях:
- Кто составляет эти тесты?
- По какому праву они влияют на судьбы студентов?
- Где гарантии, что база не будет использована позже в других целях?
Не проще ли вложить деньги в улучшение реальной жизни студентов, чем в очередной инструмент классификации? и, наконец, не опасна ли сама идея оценивать человека не по делам и по поступкам, а по некоему «цвету», присвоенному алгоритмом?
Если ты считаешь, что всё это перебор, подумай ещё раз.
Вопрос:
- «А что потом? Кто не того цвета — расстрелять?»
— застёгнут на самом деле как риторика, но не лишён практического смысла: масштабное лишение прав редко начинается с явных приказов «расстрелять». Оно начинается с дележа на пригодных и непригодных, с ограничений доступа к ресурсам и возможностям, с тонких способов «перенаправления» тех, кто не вписывается. И как только общество убедится, что такое деление «нормально», следующий шаг станет легче. Так что смешно удивляться, если кто-то и всерьёз спросит:
- «А почему бы не отправить красных на принудительные мероприятия, а зелёных оставить при привилегиях? Bли в рабство отдать тем, кто зеленый?»
— это уже почти чёрный юмор. Но юмор этот горький, потому что у него есть шанс стать реальностью, если система начнёт функционировать чисто в логике управления.
Заключение простое и, может быть, банальное:
- Не нужно измерять людей, если ваша цель — сделать их жизнь лучше.
- Не надо красить людей в цвета, если вы действительно хотите воспитать граждан.
- Делать добрые дела — это вкладывать в образование, в медицину, в нормальные общежития, в доступную психологическую помощь, в честные стипендии и в безопасные кампусы.
- Если же цель — иметь удобный инструмент учёта и контроля, то назовите это прямо: «мы хотим контролировать», и тогда люди хотя бы будут знать, что с ними делают.
Но выдавать это за «формирование традиционных ценностей» — значит прикрывать контроль благими намерениями.
И напоследок: если уж сравнивать с «Кин-дза-дза!», то пусть это будет последняя метафора не только в словах, но и в делах. Ведь фильм Данелии был предупреждением. Если мы этого предупреждения не слышим и не делаем выбор в пользу человеческого достоинства, то однажды окажется, что цвет твоих штанов — или цвет твоего цифрового статуса — решает всё. А это будет уже не смешно вовсе.
NStor
P.S.
Дзен, ты сам напросился...