-Танюшь, мы решили снести стену между комнатой и кухней.
– Какую стену? В моей квартире?
— Танюш, я тут с мамой посоветовался, — сказал Денис, листая какие-то бумаги. — Мы решили, что лучше сделать перепланировку. Снести стену между комнатой и кухней.
Я оторвалась от книги и посмотрела на мужа.
— Какую стену? В моей квартире?
— Ну да, — кивнул он, не поднимая глаз. — Будет студия. Современно, модно. Мама говорит, так сейчас все делают.
— Денис, это моя квартира, — напомнила я. — Досталась от бабушки. Я не хочу никакой перепланировки.
Муж наконец поднял голову и посмотрел на меня.
— Таня, конечно твоя. Но мы же семья. Должны решать вместе. А мама у меня в строительстве разбирается, она лучше знает.
— Лучше знает что? — не поняла я. — Что мне нужно в моей собственной квартире?
— Ну да, — пожал плечами Денис. — Она же опыт имеет. Три ремонта делала у себя, у сестры, у брата. Знает толк.
Я закрыла книгу, отложила в сторону.
— Послушай, давай сразу договоримся. Квартира моя. Решения по ней принимаю я. Если хочешь что-то изменить, спроси сначала моего мнения, а не маминого.
Денис нахмурился.
— То есть я вообще не имею права голоса? Я твой муж, между прочим. Живу здесь.
— Имеешь право голоса, — согласилась я. — Но последнее слово за мной. Это логично, не так ли?
— Не так, — отрезал муж. — Квартира твоя, согласен. Но распоряжаться будем мы с мамой. Иначе какой смысл в браке?
Я уставилась на него. Неужели он это серьёзно?
— При чём тут твоя мама? — спросила я медленно.
— При том, что она разбирается! — повысил голос Денис. — А ты нет! Ты вообще понятия не имеешь о ремонте!
— Не имею, — согласилась я. — Но это моё жильё. И если я не хочу ломать стены, значит, их ломать не будут.
Денис встал, швырнул бумаги на стол.
— Вот всегда ты так! Упёртая, как баран! Нельзя с тобой договориться!
Он вышел из комнаты, хлопнув дверью. Я осталась сидеть, пытаясь осмыслить произошедшее.
Квартира досталась мне от бабушки Клавдии. Она всю жизнь прожила в этой двушке, растила здесь маму, а потом и меня, когда я приезжала на каникулы. Маленькая, уютная, с видом на парк. Когда бабушка умерла, оставила квартиру мне по завещанию.
Мама не возражала. У неё было своё жильё, большая трёшка в центре. А мне как раз было нужно где-то жить. Я только закончила университет, начала работать юристом в конторе. Снимать квартиру было дорого, а тут своя.
Дениса встретила на работе. Он приходил к нам по делу, мы разговорились, он пригласил на кофе. Начали встречаться. Он был обходительный, весёлый, внимательный. Работал менеджером в торговой компании, неплохо зарабатывал.
Когда узнал, что у меня есть квартира, очень обрадовался.
— Танюш, это же здорово! Не надо снимать жильё, тратить деньги!
Я тогда не обратила внимания на эту фразу. Думала, он просто рад за меня.
Мы поженились. Денис переехал ко мне. Первое время всё было хорошо. Мы обустраивали быт, покупали мебель, планировали будущее.
Потом в нашу жизнь начала активно вмешиваться свекровь Галина Михайловна. Она приходила без предупреждения, осматривала квартиру, давала советы.
— Таня, ты это зачем сюда повесила? Надо туда. Вот это убери, некрасиво. А этот цвет вообще не подходит к обоям.
Я сначала слушала, кивала, но ничего не меняла. Потом начала возражать.
— Галина Михайловна, спасибо за совет, но мне так нравится.
— Нравится! — фыркала свекровь. — У тебя вкуса нет! Хорошо, что Денис у меня с головой, он всё исправит!
И Денис действительно начал исправлять. Переставлял мебель, перевешивал картины, менял шторы. Я возмущалась, мы ссорились, но он упорно гнул свою линию.
— Таня, мама права. Так действительно лучше.
— Лучше для кого? — спрашивала я. — Для меня или для неё?
— Для всех, — отвечал муж.
После разговора о перепланировке Денис обиделся. Целый вечер просидел в комнате, не выходил. Я готовила ужин, накрыла на стол, позвала его.
— Не хочу, — бросил он из-за двери.
— Как хочешь, — ответила я и села ужинать одна.
Ночью он лёг спать на диван в зале. Я не стала уговаривать. Если хочет дуться, пусть дуется.
Утром я встала, собралась на работу. Денис спал. Я тихо вышла, закрыла дверь.
На работе позвонила свекровь.
— Таня, это правда, что ты отказалась от перепланировки?
— Здравствуйте, Галина Михайловна, — вежливо ответила я. — Да, правда. Не хочу ломать стены.
— Но почему? — не поняла она. — Денис говорит, я нарисовала отличный проект! Квартира будет как картинка!
— Я довольна своей квартирой такой, какая она есть, — объяснила я.
— Таня, ты не понимаешь, — наставительным тоном начала свекровь. — Студия сейчас в тренде! Потом спасибо скажешь!
— Галина Михайловна, с уважением к вам, но это моё решение, — твёрдо сказала я.
— Денис тоже живёт в этой квартире! — возмутилась свекровь. — Его мнение тоже важно!
— Конечно важно, — согласилась я. — Но квартира моя. Последнее слово за мной.
— Ах вот как! — оскорбилась Галина Михайловна. — Значит, моего сына мнение не учитываешь! Эгоистка!
Она повесила трубку. Я убрала телефон и вздохнула. Начинается.
Вечером пришла домой, а там сидит Галина Михайловна. На кухне. Пьёт чай из моей любимой чашки.
— Здравствуйте, — сказала я сдержанно. — А ключи у вас откуда?
— Денис дал, — ответила свекровь спокойно. — Я же мать, имею право приходить к сыну.
— Имеете, — кивнула я. — Но лучше предупреждать заранее.
— Зачем предупреждать? Я что, чужая? — обиделась Галина Михайловна.
Я прошла в спальню, переоделась, вернулась на кухню. Свекровь всё ещё сидела за столом.
— Таня, давай поговорим по-хорошему, — начала она примирительным тоном. — Я же не со зла. Хочу вам добра. Перепланировка правда сделает квартиру лучше.
— Галина Михайловна, я не хочу перепланировку, — повторила я в который раз. — Мне и так всё нравится.
— Но Денису не нравится! — воскликнула свекровь. — Ему тесно, неудобно! Он же мужчина, ему пространство нужно!
— Тогда пусть снимет квартиру побольше, — предложила я.
Галина Михайловна уставилась на меня.
— То есть ты его выгоняешь?
— Не выгоняю, — покачала головой я. — Предлагаю вариант. Если ему здесь тесно и неудобно, может, ему действительно лучше жить отдельно?
— Да ты в своём уме? — возмутилась свекровь. — Вы же муж и жена!
— Вот именно, — кивнула я. — Муж и жена. Не муж, жена и свекровь. Галина Михайловна, я уважаю вас. Но не позволю решать за меня, как мне жить в моей квартире.
Свекровь встала, схватила сумку.
— Ну и живи! Одна! Без мужа! Увидишь, что будет!
Она вышла, громко хлопнув дверью. Я осталась на кухне, допила остывший чай.
Через полчаса пришёл Денис. Мрачный, злой.
— Мама звонила, плакала, — бросил он с порога. — Говорит, ты её выгнала.
— Не выгоняла, — возразила я. — Просто попросила не вмешиваться в мои дела.
— В твои дела? — переспросил муж. — Таня, мы семья! Всё у нас общее!
— Квартира не общая, — напомнила я. — Моя. По документам.
— Вот как? — Денис подошёл ближе. — Значит, ты этим козыряешь? Мол, квартира моя, что хочу, то и делаю?
— Я не козыряю, — устало сказала я. — Просто защищаю своё право распоряжаться своей собственностью.
— А я что, не имею права голоса? — спросил Денис.
— Имеешь, — кивнула я. — Но не твоя мама. Она вообще не имеет права решать, что мне делать с квартирой.
— Она хочет помочь! — возмутился муж.
— Не нужна мне её помощь, — отрезала я. — Справлюсь сама.
Денис злобно посмотрел на меня.
— Знаешь что? Может, мне правда съехать? Раз тут всё твоё, я только мешаю!
— Если хочешь, съезжай, — спокойно ответила я.
Он не ожидал такого ответа. Растерянно посмотрел на меня.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно, — кивнула я. — Я устала от того, что твоя мама лезет в нашу жизнь. Устала от того, что ты её во всём поддерживаешь. Если тебе важнее мать, чем жена, пожалуйста, возвращайся к ней.
Денис молчал. Потом развернулся и вышел из квартиры.
Он вернулся поздно ночью. Тихо разделся, лёг на диван. Я не выходила из спальни.
Утром встала, он уже уехал на работу. На столе лежала записка: "Прости. Давай поговорим вечером".
Весь день я думала, что же делать дальше. Люблю ли я Дениса? Да. Хочу ли с ним разводиться? Нет. Но и терпеть вмешательство свекрови больше не могу.
Вечером мы сели за стол, налили чай.
— Таня, давай начистоту, — начал Денис. — Я не хочу разводиться. Но и не хочу, чтобы ты относилась к маме как к врагу.
— Я не отношусь к ней как к врагу, — возразила я. — Просто не хочу, чтобы она решала за меня.
— Она не решает за тебя, — попытался объяснить муж. — Она даёт советы. От доброты душевной.
— Советы это когда спрашивают мнение, — поправила я. — А когда приходят и говорят "будет так", это уже не советы. Это диктат.
Денис задумался.
— Может, она действительно слишком настойчивая, — признал он. — Но она так привыкла. Всю жизнь всех опекала.
— Пусть опекает кого-нибудь другого, — предложила я. — Я взрослая женщина. Сама могу решать, как обустроить свою квартиру.
— Хорошо, — согласился Денис. — Я поговорю с ней. Попрошу не вмешиваться.
— Спасибо, — кивнула я. — И ещё. Забери у неё ключи. Пусть приходит только по приглашению.
Муж нахмурился.
— Это обидно для неё будет.
— А для меня обидно находить чужого человека у себя дома без предупреждения, — ответила я.
— Чужого? Это же моя мать!
— Для тебя мать, для меня свекровь, — напомнила я. — И пока она не научится уважать мои границы, буду относиться к ней соответственно.
Денис вздохнул.
— Ладно. Заберу ключи.
На следующий день Денис съездил к матери. Вернулся мрачный.
— Она в слёзах, — сообщил он. — Говорит, что ты её от сына отбиваешь.
— Я никого не отбиваю, — устало ответила я. — Просто хочу, чтобы нас было двое в браке, а не трое.
— Мама всегда была рядом, — напомнил муж. — Я один у неё. Отец давно умер, она одинокая.
— Денис, мне её жалко, — призналась я. — Правда жалко. Но это не значит, что она должна жить нашей жизнью.
— Она не живёт нашей жизнью, — возразил он.
— Живёт, — не согласилась я. — Приходит когда хочет, переставляет вещи, даёт указания. Это называется жить нашей жизнью.
Денис помолчал, потом спросил:
— И что ты предлагаешь?
— Установить правила, — ответила я. — Галина Михайловна приходит в гости только по приглашению. Советы даёт, только если мы сами просим. И не лезет в вопросы, касающиеся квартиры.
— Она обидится, — вздохнул муж.
— Пусть, — пожала плечами я. — Зато у нас будет нормальная семейная жизнь.
Денис задумался. Видимо, взвешивал все за и против.
— Хорошо, — согласился он наконец. — Попробуем так.
Прошла неделя. Галина Михайловна не звонила, не приходила. Денис ездил к ней сам, я не возражала. Пусть навещает мать, это правильно.
Потом свекровь позвонила мне. Голос был холодный, натянутый.
— Таня, я хотела извиниться. Денис объяснил мне, что я была слишком настойчива. Прости, если обидела.
Извинения звучали неискренне, но я приняла их.
— Ничего, Галина Михайловна. Бывает.
— Можно я приду на чай в воскресенье? — спросила она. — Хочу внучат вам связать, принесу показать.
У нас детей не было, но свекровь вязала на будущее. Странная женщина.
— Конечно, приходите, — согласилась я.
В воскресенье Галина Михайловна пришла с огромным пакетом. Достала оттуда детские кофточки, шапочки, пинетки.
— Вот, связала, — сказала она. — Когда малыш появится, пригодится.
— Красиво, — похвалила я. — Спасибо.
Мы попили чай, поговорили о пустяках. Галина Михайловна больше не заводила разговоров о ремонте, о перестановке мебели. Держалась вежливо, но отстранённо.
Когда она ушла, Денис спросил:
— Ну как, нормально прошло?
— Да, — кивнула я. — Вполне.
— Видишь, можно же по-человечески, — обрадовался муж.
Я не стала разочаровывать его, но чувствовала, что это временное затишье. Галина Михайловна не из тех, кто сдаётся легко.
Прошёл месяц. Свекровь приходила в гости раз в неделю, вела себя прилично. Я начала расслабляться, думать, что всё наладилось.
Однажды Денис пришёл с работы и сказал:
— Танюш, у мамы проблемы с соседями. Они шумят, ей плохо. Может, она поживёт у нас недельку?
Я насторожилась.
— Недельку?
— Ну да, пока с соседями не разберутся, — кивнул муж. — Ей правда тяжело там.
Я понимала, что отказать сложно. Мать мужа, проблемы у неё. Но интуиция подсказывала, что недельку превратится в месяц, а то и больше.
— Хорошо, — согласилась я. — Но только неделя. Потом пусть возвращается домой.
— Договорились, — обрадовался Денис.
Галина Михайловна переехала на следующий день. Привезла две сумки вещей и сразу начала обустраиваться.
— Таня, можно я этот шкаф передвину? А то мне неудобно.
— Нет, нельзя, — твёрдо ответила я. — Шкаф стоит на своём месте.
Свекровь поджала губы, но промолчала.
Вечером, когда мы ужинали, Галина Михайловна сказала:
— Знаете, я тут подумала. Может, мне вообще продать свою квартиру? И жить с вами? Места хватит, и мне спокойнее будет.
Я поперхнулась супом. Денис радостно закивал:
— Мам, отличная идея! Правда, Тань?
— Нет, — ответила я. — Неправда.
Оба уставились на меня.
— Галина Михайловна, вы обещали неделю, — напомнила я. — А теперь предлагаете переехать насовсем. Нет. Это невозможно.
— Почему невозможно? — возмутилась свекровь. — Я мать Дениса! Имею право жить с сыном!
— Имеете право жить в своей квартире, — поправила я. — А это моя квартира. И я не хочу здесь никого прописывать.
— Таня! — возмутился Денис. — Как ты можешь?
— Очень просто, — спокойно ответила я. — Мы договаривались на неделю. Неделя пройдёт, Галина Михайловна вернётся домой.
Свекровь встала из-за стола.
— Я так и знала! Ты просто жадная! Квартира, квартира! Думаешь только о своём!
— Думаю о своей семье, — возразила я. — О муже и о себе. Извините, но больше двух человек в этом браке не предусмотрено.
Галина Михайловна схватила сумку и выбежала из квартиры. Денис бросил на меня злой взгляд и побежал за ней.
Вернулся он поздно ночью.
— Она плачет, — сообщил он. — Ты её обидела.
— Она сама себя обидела, — ответила я. — Я предупреждала, что пустила её только на неделю.
— Ты бессердечная, — бросил Денис и ушёл спать на диван.
Я осталась в спальне, думала о нашем браке. О том, что же дальше будет. И понимала, что развязка близко.