Мой друг Саша - невероятно харизматичный, балагуристый парень. На четверть (как он сам любил рассказывать) - башкир. Его еле заметный раскосый прищур (видимо, это и есть та самая башкирская четвертинка) свёл с ума не один десяток девочек, девушек, женщин и даже дам. Единственным способом не остаться с разбитым сердцем была только искренняя дружба с ним.
Примерно десять лет назад Саша на какое-то время уезжал жить в Италию - к темпераментной итальянке по имени Франческа. Франческа точно так же, как и множество других женщин, была без ума от Саши. Она искренне хотела приручить этого почти двухметрового богатыря, заставить его крутиться возле своего итальянского каблучка.
Саша пожил примерно с год в Италии - и… затосковал. Широкой русской душе стало невероятно тесно в цепких итальянских объятиях. Да и ностальгия по Родине делала пребывание Саши в Италии все более и более невыносимым…
…-Ну если бы я не вернулся домой, то, наверное, сейчас бы меня заставили там высказываться против СВО, чего я точно бы не хотел, - говорил мне Саша ранней весной, сидя на кухне в своей питерской квартирке и раскуривая сигареты одну за другой.
Осенью Саша подписал контракт и ушел воевать. Он попал на один из самых сложных участков фронта (впрочем, а есть ли там легкие?) в качестве штурмовика. В декабре был ранен и чудом спасся, пройдя с ранениями несколько километров до точки эвакуации.
То, что Саша тогда пережил и о чем рассказал мне, останется со мной до конца моих дней.
Саша вернулся на фронт весной. Вернулся туда же, на тот же жесточайший участок фронта.
Он позвонил мне перед заходом на боевое задание. Сказал, что почти никто не возвращается оттуда, куда ему нужно зайти. Что между его позицией и точкой эвакуации - два километра так называемой открытки, то есть полностью просматриваемой и простреливаемой дронами местности. Серой зоны, куда не заходят эвакуационные команды.
Опять же, Сашины слова перед заходом на БЗ навечно впечатались в мою память. Я отчетливо помню, как сидела в своей машине на парковке возле крупного супермаркета - и плакала после разговора с Сашей. Плакала от услышанного. Плакала от осознаваемого. Плакала - от самой жестокой, убивающей наповал реальности, больше похожей на кошмарный сон, чем на явь…
Саша пропал без вести в конце июня. Со слов представителей его части, он был ранен фпв-дроном и пытался самостоятельно эвакуироваться. Но в итоге пропал со связи и до точки эвакуации так и не дошел, оставшись где-то там, в серой зоне. Не дошел… Двухкилометровая открытка в этот раз оказалась сильнее воли отдельно взятого человеческого индивидуума.
Франческа, конечно же, никогда не узнает, что случилось с русским богатырем Сашей, с которым когда-то давно ее свела судьба. Она, эта Франческа, наверняка продолжает где-то там, у себя в Италии, пить вино, курить тонкие сигареты и быть отчаянной феминисткой…
… Знаете, я и про Сашу обязательно что-нибудь напишу. И даже не книгу, а целый сценарий для фильма. И в моем сценарии, в созданном усилиями моей воли мирке итальянка Франческа обязательно узнает про то, что Саша пропал без вести на фронте. Она узнает - и не сможет спокойно жить свою прежнюю жизнь в своей прежней Италии. Она приедет в Россию, станет сестрой милосердия и поедет на фронт - искать своего богатыря с четвертинкой башкирской крови. И, может быть, в финале она даже спасет его от неминуемой гибели.
Я еще не придумала финал, но в моем сценарии он обязательно будет хорошим. Пускай в отдельном взятом выдуманном мной мирке, пускай всего лишь раз - но жизнь вопреки войне победит смерть и тлен.
И любовь - восторжествует…