Многочисленные немцы и голландцы были здесь с самого начала, буквально с первых дней нашего города
Не то чтобы без них города на Неве не случилось, но всё было бы гораздо сложнее.
А когда новая столица Российской империи вошла в силу, именно они стали одним из движущих элементов её развития: странный, непривычный молодой город на самой восточной окраине Европы был подлинным магнитом для многочисленнейших младших сыновей благородных семейств, предприимчивых юношей, не вписавшихся в патриархальный уклад своих предков, просто ищущей лучшей доли молодёжи, готовой попробовать начать жизнь с нуля.
Они приезжали сюда с парой пфеннигов в кармане, но с головами, гудящими от новых идей, искали успеха, иной судьбы, чем в родных краях. И добивались всего этого… или погибали. Петербург был для них таким же фронтиром, как Клондайк для золотоискателей во времена Джека Лондона. Всё или ничего.
Побег «на рывок» из устоявшегося затхлого мирка их родины
Пользы нашему городу, — да что там, нашей стране! — они принесли немало. И это понимали и ценили все российские самодержцы. А потому — поддерживали и не «прижимали», как других иноверцев.
Практически с самого начала у петербургских протестантов была небольшая церковь на территории Петропавловской крепости, да ещё капелла во дворе дома адмирала Крюйса, но иностранных специалистов в городе становилось всё больше, община росла, и ей был нужен храм посерьёзнее. Землю для его строительства петербургским протестантам выделили в конце 1727 года, когда и Невского-то как такового не было, а была першпективная дорога.
На примыкающем к ней пустыре и появилась лютеранская церковь Святых Петра и Павла — кирпичная, с деревянной башенкой. А в комплекте к ней — пасторский дом и двухэтажная школа. Если верить описаниям того времени, храм был выстроен со всей полагающейся стилю барокко пышностью.
Просуществовала та первая церковь сто с лишним лет, но со временем обветшала, да к тому же перестала вмещать всех многочисленных прихожан. Настало время подумать о более серьёзной постройке — целом соборе. Храм, который мы знаем, — с двумя башнями и мраморными фигурами апостолов у входа, — появился на её месте в 1838-м.
Не всё получилось сразу
Для наших зыбких «песков Петербурга» здание оказалось чрезмерно монументальным, — через какое-то время фундамент «поплыл», стены просели, пришлось, чтоб не случилось беды, укреплять их дополнительно. Но, как бы там ни было, ещё без малого век Петрикирхе пережила благополучно. Мало того, ей удалось относительно спокойно просуществовать целых двадцать лет при советской власти. Храм был закрыт только в конце 1937-го. А вот дальше началась долгая история злоключений.
Всё было ещё более или менее нормально, пока здание пытались приспособить для светских нужд традиционным для советского времени образом, используя сперва как выставочный зал, а потом как склад, но в начале 1960-х было принято решение переоборудовать его в плавательный бассейн Балтийского морского пароходства.
Железобетонная чаша бассейна заняла практически всё внутреннее пространство собора, на алтарном возвышении разместилась вышка для прыжков в воду. И так тяжеловатому для петербургского грунта строению пришлось совсем непросто, не говоря уже о том, что стены его вовсе не были рассчитаны на повышенный уровень влажности. Собор начал разрушаться.
Верующим его передали только в 1993 году и последние три десятка лет постепенно приводят в порядок. С 2016 года в процесс восстановления и реставрации храма включился город: были приведены в порядок статуи апостолов, на крышу между башнями вернулся ангел с крестом, а на сами башни — исторические часы.
Но вот проблему бассейна решить пока что так и не удалось: его чаша по-прежнему остаётся в соборе, пол настелен прямо поверх неё, на уровне второго этажа, поэтому прежде просторный храм выглядит тесноватым. Ликвидировать «тяжкое наследие предыдущего режима» без проведения специальных исследований и расчётов слишком рискованно.
Оценка власти
Губернатор Александр Беглов встретился с руководителями протестантских объединений Петербурга. Темой обсуждения стало выполнение указа президента России о сохранении и укреплении традиционных духовно-нравственных ценностей.
Город выделяет средства на реставрацию религиозных объектов, принадлежащих протестантским общинам. За последние годы отреставрированы храм Апостола Петра (Петрикирхе) на Невском проспекте и церковь Святой Екатерины на Большом проспекте Васильевского острова.
«Своим указом глава государства подчеркнул незыблемость ценностей, которые веками хранили и передавали наши предки. Главными защитниками этих ценностей всегда были традиционные конфессии», — подчеркнул Александр Беглов.