Желтоморье - колыбель цивилизации Восточной Азии, а потому и Квантунский полуостров, гористое и изрезанное бухтами продолжение Ляодунского полуострова, был обжит задолго до Бохая, Ляо или Цзинь, писавших историю далёкой Маньчжурии. Вернее, начиналось всё как раз при династии Цзинь, но не той, чжурчжэньской, правивший Северным Китаем в 12 веке, а вполне себе ханьской империи от Ляонина до Хайнаня в 265-420 годах.
С тех лет известно селение Машицзинь, позже Дуличжэнь, позже Шицзыкоу, и лишь в 1371 году Люйшунькоу, дословно Бухта Спокойного Путешествия, так как посланникам новой династии Мин здесь очень повезло с погодой. И до поры до времени укромные бухты Квантуна оставались приютом рыбаков, а первыми разглядели в них военный потенциал англичане.
В заливе Даляньвань (где теперь Далянь) они накапливали флот во время Опиумных войн, а в Люйшунькоу в 1860 встала на ремонт канонерская лодка "Алжирец", построенная чуть ранее для Крымской войны, но в итоге ушедшая нести "бремя белых" на другой полуостров. Командовал ей Уильям Артур, по случаю чего (а заодно в честь 10-летнего принца Англии) на флагмане бухту нарекли Порт-Артур. Буднично: так, Вайхэайвэй за Жёлтым морем был известен ещё как Порт-Эдвард, а корейский остров Комундо - как Порт-Гамильтон.
У здешнего порта же было и третье название - японское Рёдзюн: построенная в 1884 году база Бэйянского флота империи Цин, созданного по европейским стандартам и формально самого мощного в Восточной Азии, прослужила китайцам лет 10 лет. На деле флот лучше всего показал себя в дипломатических визитах, но и там не склонный к пораженчеству наблюдатель замечал, что на стволах орудий сушатся подштанники, а капитан, сидя на корточках, играет с матросами в кости.
В 1894-м, в ходе японо-китайской войны, Бэйянский флот был разбит хоть не первым ударом, но - быстро и наверняка. Из Люйшуня 31 ноября 1894 года командование просто разбежалось, а японцы, опьянённые огромными трофеями, ещё и, найдя в подвалах останки своих пленных, перебили до 20 тысяч мирных жителей. И они планировали, конечно, остаться здесь, но 23 апреля 1895 года Россия, Германия и Франция не совместно, но синхронно объяснили самураям, что это - планета белых людей. Так оказалось, что Квантунский полуостров японцы отвоевали для русских - в обмен на увеличенную контрибуцию они согласились оттуда уйти, а Россия, в 1897 году поставив Китай перед фактом, назаключала с ним договоров, и начала строить военную базу на Жёлтом море. Название было выбрано наиболее понятное - Порт-Артур...
И вот, доехав сюда из Даляня на пригородном метро, мы покинули автобус на полпути до центра, среди привычных для Китая фанз, чифанек, мастерских и пылящих вокруг строек. В таком окружении ещё стоит несколько старых складов, но нашей целью были не они. Самое, пожалуй, сильное место Порт-Артура - его Русское кладбище:
Из-за ограды с нами по-русски поздоровался стройный китаец с интеллигентным лицом, и я сразу спросил его "Вы Саша?", на что он ответил - "Да". Саша уже был 11 лет назад героем поста Сергея Сигачёва (в ЖЖ - Перископ), а вот теперь и нас встречал в своих владениях. Учреждённое в 1900 году, Порт-Артурское кладбище - это целый небольшой мир. Русский мир:
У его ворот встречает огромный монумент Советским Воинам, в 1945 году освободившим Маньчжурию от японцев.
Возведённый в 1953 году, ещё когда на Квантунском полуострове стояла (но - уже на вещмешках и чемоданах) советская армия, первоначально он высился на главной площади Даляня. Показательно, что передвинули его не в годы Великой ссоры, а в 1999-м. В 2000-х выселили с главных площадей монументы Шэньяна, Муданьцзяна и многих других городов - без оскорблений и развенчаний, со всеми почестями в присутствии дипломатов и ветеранов, но всё-таки с глаз долой.
Выдворение Бронзового солдата из центра Таллина случилось в те же годы... Мир тогда свыкся с распадом Союза; поверил, что это не стратегическая уловка, и без стесняя отправлял нас на свалку истории - где-то с улюлюканьем и гыгыканьем, где-то - с вежливой улыбкой и почётным речами как перед одряхлевшим ветераном войны, под звон наград отбывающим в дом престарелых. Но теперь монумент вновь ухожен и чтим:
Больше всего впечатляет не стела с Воином-Освободителем, а барельефы, на которых проработано и неповторимо каждое лицо. Этакая Терракотовая Красная армия:
Вернее, армия - слева, а справа братаются навек рабочие и крестьяне двух красных империй:
Внутри мемориала спрятан ещё и музей. Открыт он бывает редко, но нам повезло - уже когда мы уходили, на кладбище приехала небольшая (удивительно!) экскурсионная группа.
Барельеф с кадра выше выглядит алтарём: музей больше похож на храм, куда заходят не столько посмотреть на экспонаты, сколько преисполниться чувством братства и почёта. Экспозицию представляют несколько униформ Красной Армии - например, танкиста, разведчика, майора пехоты, женщины-медика и красного казака.
Немного оружия не крупнее пулемёта ДШКМ, принятого на вооружением в 1946 году:
А в основном - множество фотографий Великой Отечественной и советско-японской войн да мирной жизни в "братстве навек":
На коллаже выше в левой части советские солдаты освобождают Маньчжурию. Правый верхний кадр знаменит - это водружение знамени над Порт-Артуром, как раз по пути от Рейхстага до Окинавы. А справа внизу маршал Пан Дэхуэй провожает советских коллег. На других фотографиях красноармейцы помогают китайским крестьянам:
Обучают китаянок водить паровозы:
И даже поднимают местный спорт:
А вот уже подарки от российских делегаций. Которые здесь частый гость - настолько, что в чифаньке за оградой нам даже выдали вилки!
Даляньский монумент стоит не на самом кладбище, а на площади перед ним. Ворота некрополя, построенные в 1940-е годы - дальше:
А за ними ещё один монумент - поменьше и попроще, но зато "родной", никуда и никогда не переезжавший. Его поставили в 1955 году, с уходом Советской Армии из Порт-Артура:
Здесь тоже впечатляет не столько 20-метровая стела, сколько статуи, сделанные с вполне реальных людей - солдата Павелко и матроса Костина (увы, в интернете не найти их имён, лишь инициалы В. и Ю.). Эстет заметит, что проработан на них каждый волос, каждая ямка на обветренных скулах, а историк - символизм детально сделанных орденов и медалей.
Когда за кладбищем перестали следить - история умалчивает, но к 21 веку оно лежало в запустении: могилы заросли кустами, дорожки - травой, на многих надгробиях откололись таблички или треснул гранит, и даже сам Даляньский монумент, попав сюда, стоял в лесах ещё лет 10. Теперь вид некрополя идеален - с обилием цветов и трав он сохранил дух вечного покоя, но в опрятности и красоте.
Отдельно впечатлило знакомое имя: владелец горно-обогатительных комбинатов на Курской магнитной аномалии Андрей Скоч, человек с бурной биографией 1990-х, тогда не скупился на благотворительность. Немного перепало от него и мне - молодёжная Литературная премия "Дебют", в шорт-лист которой я выходил в том же 2007 году, дала и толчок вдохновения, чтоб завести вот этот вот ЖЖ.
Само кладбище не то чтобы огромно, скорее - концентрировано. Что в сущности и правда так: японцы в 1906 году уменьшили его территорию в несколько раз, аккуратно перенеся могилы, от чего у многих надгробий очень уж типовой вид. Советы - напротив, дополнили кладбище новыми участками ближе ко входу. Но время тут определённо важнее пространства, так что покажу участки некрополя в порядке, буквально противоположном их расположению от входа.
Итак, в 1897 году Российская империя приросла единственной с тех пор, как продали Аляску, заморской колонией - Квантунской областью. Формально арендованной на 25 лет, а по факту она определённо должна была стать лучшей частью Заамурского генерал-губернаторства. К 1903 году Порт-Артур разросся до 43 тыс. человек, вровень с Дальним (который строился как торговый порт), но только там российских подданных было 4 тыс. человек, а тут - без малого 18 тысяч (а также около 250 европейцев и 700 японцев).
Конечно, старики сюда не ехали, но... человек смертен, и иногда - внезапно смертен. Поэтому на кладбище Порт-Артура, как где-нибудь в Таганроге, много могил с замысловатыми надгробиями и эпитафиями в стихах:
Пускай и не всегда читабельными - видно, что поновляли многие из них китайцы, не знавшие русского языка:
На краю у ограды, за которой начинается кладбище китайских воинов - еврейский участок: чужбина уравнивала всех.
И весь вид "мирного" участка говорит о том, что Порт-Артур населяли люди образованные, интеллигентные, со статусами и происхождением. Те самые благородные морские офицеры из книг.
Но и военные погибают не только в бою. Вот целый участок крейсера "Адмирал Корнилов", но даты все - до войны:
Первой же войной Порт-Артура стала не русско-японская: Россия пришла сюда как раз в те годы, когда "белые варвары" конкретно довели Китай до ручки. Ответ на Век Унижений дали в меру своих сил ихэтуани ("Отряды справедливости и мира"), также известные как боксёры, поскольку не последним оружием в их арсенале стали восточные единоборства. По разным версиям то ли буддийские фундаменталисты, то ли околобуддийская секта, врагами они объявили всё, что пришло в Китай с лаоваями - христианство, чуждую архитектуру, буржуазные реформы, новые технологии... Сами же они верили, что пока соблюдают свой особый воинский кодекс - бессмертны.
Первые их мятежи начались в том же 1898 году, когда в Люйшунькоу высадились русские строители, а к 1900 году, видя, что армия не справляется, вдовствующая императрица Цыси (своего сына-императора державшая под домашним арестом) объявила о поддержке восставших. От которой так же легко окрестилась в 1900 году, когда Альянс Восьми Держав, в первую очередь кулаками России и Японии, взял Пекин.
Крестьянская война унесла миллионы жизней, Век Унижений стал ещё унизительнее, в Маньчжурии очаги ихэтуаней добивались ещё несколько лет, а охрана КВЖД разрослась в Заамурский округ Охранной стражи, по сути - оккупационный корпус. Разгромленную дорогу тогда пришлось строить заново, Харбин едва выдержал двухнедельную осаду, а до Порт-Артура война не дошла, но он был важнейшей базой её русского тыла, и операциями против мятежников в Южной Маньчжурии командовал военный начальник Квантунской области Евгений Алексеев.
У типовых могил его солдат характерный облик, слегка подражающий китайским стелам. Ну а китайцы сработали изящно - могилы тех, кто убивал их, вроде и ухожены, и не забыты... а однако деревья вокруг посажены и дорожки проложены так, что близко к ним я подойти забыл, сделав лишь случайный кадр издали.
Расплата за успехи в Азии пришла потом... Ведь войну с Японией, у которой в 1895 году беззастенчиво украли победу, тормозила разве что "выученная беспомощность" Азии перед Европой да особое уважение японцев к русским как самым понятным из белых людей. Премьер-министром в те времена был пророссийский Ито Хиробуми, предлагавший заключить стратегический договор, проще говоря - делить Азию вместе. Начать предполагалось по Ялуцзяну и Тумангану - Япония не лезет в Маньчжурию, а Россия - в Корею, которую война 1890-х годов вывела из вассалитета Китая.
В России с одной стороны японцам не верили (поживи рядом с Европой...), с другой - не воспринимали жёлтых островитян достаточно серьёзно. И вот уже Хиробуми скрепя сердце подписал союз с Англией, а под видом лесных концессий в Корее, купленных швейцарским купцом Юлием Бриннером из Владивостока, статский советник Александр Безобразов строил укрепрайон.
Вокруг него сплотились отечественные "ястребы", в историю с лёгкой руки большевиков вошедшие как "Клика Безобразова", но покровительствовал этой клике министр внутренних дел Вячеслав Плеве, которому обычно приписывают фразу о "маленькой победоносной войне". Приписывают - потому что его противник, министр финансов и "отец" Транссиба Сергей Витте приводил её постфактум (когда сам Плеве словил бомбу эсэра), ссылаясь на частный разговор. Как бы то ни было, на стороне Плеве был царственный романтик со своим проектом Желтороссии, а Витте оставалось лишь подгонять стройку Кругобайкальской железной дороги, без которой самураи встретили бы в Маньчжурии ограниченный по численности и посильный для них контингент. Что они и сами понимали...
Без предупреждения вспыхнувшая 27 явнаря 1904 года на рейде Порт-Артура война традиционно считается эталоном недооценки противника, но я бы сказал иначе - это эталон переоценки себя: располагая достаточно мощными армией и флотом, Россия не располагала той волей к победе, что её враг. С почти выигранных битв под Ляояном или в Жёлтом море наши вдруг отступали, а с надорвавшейся в своей победе под Мукденом Японией, имея возможность отступить и накопить силы, предпочли заключить мир. Необратимым поражением оказалась лишь Цусима, а по-настоящему решительно, отчаянно, героически оборонялся с июля по декабрь 1904 года только Порт-Артур.
Позиции у кладбища были потеряны ещё в сентябре 1904 года, и хотя тут есть несколько могил первых месяцев обороны, в основном судьбой останков павших в Порт-Артуре распорядился победитель. Но тут стоит сказать, что Япония тех лет то ли прониклась идеалами гуманизма, то ли не растеряла самурайской чести, но в войне, если только не с китайцами, старалась вести себя как в книгах благородно. Рёдзюн они уставили памятниками побеждённым, всячески подчёркивая, что им противостояли не пьяные ванятки, а героический "воинственный народ" (это уже китайское клише о русских), который побеждать - почётно.
В 1908 году русская делегация во главе с генералом Николаем Чичаговым (который в войну готовил к обороне Северную Маньчжурию) принимала в Рёдзюне открытие мемориального кладбища. Останки павших японцы собирали кропотливо, в том числе - руками водолазов: под металлическими крестами покоятся моряки с затонувших кораблей, включая подорвавшийся на минах флагман "Петропавловск".
Опознать усопших после месяцев в воде, понятно, невозможно, но где-то под этими крестами лежат адмирал Степан Макаров и художник Василий Верещагин, автор "Апофеоза войны", в итоге сам в нём оказавшийся. Место для морского участка определила белая пирамида братской могилы моряков с канонерок "Гиляк" и "Бобр" - несколько десятков человек их экипажей погибли в июне 1900 года в бою с береговыми фортам Дагу близ нынешнего Тяньцзиня.
А под каменными крестами - грандиозные солдатские могилы. Хотя и не настолько, как гласят многократно и вслепую поновлённую таблички: всего на этом кладбище было захоронено тогда 14 873 праха.
Всё это завершают памятники - от Японии (1907):
И от России (1912). Японский памятник слегка похож на хоандэн - хранилище святынь вроде портрета императора масштабов двора, фабрики или школы, но только здесь он крупнее и на мощном цоколе. Русский крест же имеет почти полного двойника на Путиловской сопке под Шэньяном, господствующей высоте Мукденской битвы.
В углу кладбища, за оградой...
...стоит миниатюрная Князь-Владимирская часовня (1912):
Вид её ухоженный, но открывать нам её не стал даже Саша, а в окна не видно толком ничего: кажется, богослужения тут проходят пару раз в году, а убранство монтируют перед ними.
Вновь актуальным русское кладбище стало лишь после 22 августа 1945 года, когда Рёдзюн занял авиадесант генерала Владимира Иванова. Ну как десант? К тому времени император уже объявил о поражении Японии, и десять самолётов, взлетевших из Мукдена, беспрепятственно сели на здешний аэродром. 10-тысячный гарнизон не оказал сопротивления, а комендант Кобаяси лично вручил Иванову свой самурайский меч... и был добит ответом, что холодное оружие сдавать не обязательно.
Десант был нужен лишь за тем, чтоб над Квантунским полуостровом не успел взметнуться звёздно-полосатый флаг - 24 августа "морские котики" на скоростных лодках с удивлением наткнулись на предупредительный огонь из автоматов и повернули. Осенью 1945 года, как бы для поддержки Гоминьдана, американцы подходили ещё дважды - эскадрой с моря, простоявшей несколько дней на внешнем рейде, и имитацией атаки с воздуха. Американцам было, с чего психовать: Народно-освободительная армия Китая наступала из Харбина, а Советы по сути поставили затычку, мешавшую поддерживать Гоминьдан с моря.
Как я понял, Квантунский полуостров был взят без потерь, а несколько стел (кадр выше) видимо появились на кладбище в 1945 году как памятник всем красноармейцам, павшим в Маньчжурии и Корее.
И вот Китае бушевала Гражданская война, а Квантунская область, оказавшаяся в итоге чуть долговечнее царской, превратилась в уголок Советского Союза. Хотя и довольно своеобразный: в Порт-Артуре жили те же, что и в начале ХХ века, 40-45 тысяч человек, в том числе 25 тысяч китайцев и 15 тысяч японцев, фаталистично принявших новую власть и работавших на неё - например, на железной дороге.
Советское население, не считая гарнизона, уже к 1947 году достигло 3,5 тысяч человек, в основном инженеров и рабочих. Китайские чиновники назначались "с учётом интересов советской военной базы", проще говоря - для галочки и чтоб не мешать. Жизнь шла своим чередом, то и дело приходя к своему неизбежному финалу - меж сопок Маньчжурии понемногу росло уже советское кладбище. Несколько могил конца 1940-х:
В 1949 году СССР формально вернул Квантунский полуостров Красному Китаю, а фактически оставался здесь хозяином до вывода войск, намеченного на 1952 год. Но вскоре китайцы то ли позволили, то ли попросили (на Востоке умеют делать то и другое одновременно!) остаться ещё: новая война коммунистов и капиталистами полыхала в Корее, и осенью 1950 года всё больше было похоже, что американцы и Ли Сын Ман возьмут в ней верх.
Поэтому за Туманган (текущий в Японское море) и Ялуцзян (в Жёлтое море) двинулись Китайские народные добровольцы - так официально назывались регулярные части НОАК Пэна Дэхуая. В полтора раза превосходя противника числом, они раз в десять уступали ему в технике... но во столько же превосходили боевым духом и опытом. На Полуостров отправились люди, у которых за плечами были десятилетия смертельной войны, причём - войны с врагом более технологичным.
Поэтому к тысячам тонн бомб на головы китайцы были морально готовы, умели спать на морозе и питаться кореньями, мастерски зарываться в землю, просачиваться по ночным горам малыми группами и нападать со всех сторон, координируясь свистками и горнами. И даже самолёты у китайцев вдруг откуда-то возникли - новейшие МиГ-15, а за штурвалами их сидели Ли Си Цын, Ван Ю Шин и другие герои дворовых песен...
Так от Порт-Артура до Владивостока пролегла "Аллея Мигов", на которой разворачивались воздушные бои сотен машин с участием асов ещё Великой Отечественной вроде Ивана Кожедуба. Появились тут и свои асы, как например Николай Сутягин, одержавший в воздухе 21 победу, или Евгений Пепеляев (20 побед). Или канзасский парень Джеймс Джаббар по прозвище Джабби, самый успешный лётчик той стороны, к концу войны имевший 15 звёздочек на фюзеляже.
Противостояли "Сталинским соколам" F-80 "Shooting Star" (выпускались с 1945 года) и F-84 "Thunderjet" (с 1947) - самолёты предыдущего, первого поколения, не справлявшиеся с главной своей задачей - защитой "Летающих крепостей". В историю американских ВВС 1951 год вписал Чёрный четверг (21 апреля) и Чёрный вторник (30 октября), когда ими были потеряны в одном бою соответственно 10 и 12 (по максимальным оценкам) Б-29. Причём - за несколько минут и без потерь с советской стороны. Лишь позже подтянулись F-86 "Сейбр" одного с МиГ-15 поколения, сравнявшие возможности двух держав. Ну а Аллея так и осталась узкой Аллеей - американцы не залетали в воздушное пространство Китая, наши - за пределы нынешней КНДР.
Кто был на этой аллее хозяин - не понятно до сих пор: достоверно, что над Кореей было сбито 86 "стратегов", а вот по истребителям и тем более причинам их потери цифры имеют десятикратный разброс. По одной инфосфере циркулирует информация, что янки набили 900 ванек, потеряв всего 78 машин, по другой - что Ли Си Цины победили 1106 Ричардов и Бобов, потеряв 335 самолётов. Более вдумчивые исследования сходятся на том, что потери были сопоставимы за небольшим преимуществом у звёздно-полосатых, и во всяком случае очевидно, что на Аллее Мигов американские ВВС, этот современный аналог римских легионов, встретили самого серьёзного противника эпохи реактивных самолётов.
Могилы "Сталинский Соколов", часто с самолётиками вместо крестов - "фасад" советского участка.
А с ними соседствует множество детских могил приблизительно той же эпохи:
Я спрашивал у Саши, что здесь было, и он отвечал неопределённо - чума, холера... На самом деле - энцефалит, причём особый, более тяжёлый и летальный, словом - японский. Отряд-731 не при чём - название своё он получил по первым описанным вспышкам 1930-х годов в Стране Восходящего Солнца, весной и осенью уносившим по несколько тысяч жизней. Более того, если клещевого энцефалита можно избежать, просто не лазая в лес, то эта хворь сама находит свою жертву: разносят её комары. В том есть особый рок Маньчжурии, где в 1910-11 годах бушевала последняя эпидемия чумы, а в 1930-40-х японцы изобретали бактериологическое оружие.
И прежде, чем советские медики смогли адаптировать вакцину и привить ей население, а военные осушили комариные выплоды по окрестным болотам, эпидемия убила в Порт-Артуре около 600 человек. В основном - детей, почти всех детей гарнизона...
В 1955 году Советская Армия покинула Квантунский полуостров, многое оставив братскому Китаю. Который вскоре и братским быть перестал, и вновь эти могилы услышали русскую речь лишь спустя десятилетия. Зато теперь она звучит здесь часто...
Напоследок - мы с Сашей. Всего за кладбищем приглядывают 9 человек, но лишь он владеет русским языком. Причём по специальности он работает в архивах, а здесь - скорее вдохновляет коллег относиться к могилам серьёзно.