ПОЧЕМУ ЕГО НЕНАВИДЯТ?
О Царе Иоанне Васильевиче Грозном (1530—1584), сыне великого князя московского Василия III и Елены Глинской, мнения самые противоречивые. От почетания его, как святого, до уверенности, что Иоанн Грозный «был безумным Царем, развратником, залившим кровью всю страну».
В этом ключе размах и масштабы клеветы иногда просто ошеломляют! Чем же так не угодил Царь Иоанн?
Помимо того, что Иоанн Грозный создал Великую Русь, есть еще один момент. Царь яростно боролся с ересью жидовствующих, которая в то время так и не была искоренена, что бы там не утверждали. Его антиеврейская позиция и тогда и сейчас широко известна.
Как, например, польский король Сигизмунд Август IIписал Иоанну Горозному: «Ты не впускаешь наших купцов-ереев с товарами в твое государство‚ а некоторых велел задержать и товары их забрать… А между тем в наших мирных грамотах написано‚ что наши купцы могут ездить с товарами в твою Московскую землю‚ а твои в наши земли‚ – что мы с нашей стороны твердо соблюдаем».
На это Иван Грозный ответил в 1550 году: «Мы тебе неоднократно писали о том раньше‚ извещая тебя о лихих делах от жидов‚ как они наших людей от христианства отводили‚ отравные зелья в наше государство привозили и многие пакости людям нашим делали… Мы никак не можем велеть жидам ездить в наше государство‚ ибо не хотим здесь видеть никакого лиха‚ а хотим‚ чтобы Бог дал моим людям в моем государстве жить в тишине без всякого смущения. А тебе‚ брат наш‚ не следует впредь писать нам о жидах».
И есть определенная нация, которая даже спустя века, такие дела не прощает! Иоанн Грозный, осмелившийся на подобное противостояние, был и остается врагом, и по воле этих некоторых, не может войти в историю, как «хороший Царь», и уж тем более как святой!
ЕРЕСЬ ЖИДОВСТВУЮЩИХ
В русской летописи за 1471 год сказано так: «Отселе почала быти в Новегороде от жидовина Схария ересь». При великом князе Иване III еретики жили долгое время вольготно‚ «в ослабе».
Приверженцы ереси отдавали предпочтение Ветхому Завету перед Новым Заветом, выступали против церковной и монастырской организации, сложившейся к тому времени на Руси, против священства, церковно-монастырского землевладения, обеспечивавшего материально духовные учреждения. Они отрицали божественную природу Иисуса Христа, отрицали Его жертву на Кресте, богоизбранность Девы Марии, не верили во Второе Пришествие, так как по их мнению, Мессия еще не приходил, отвергали иконы и поклонение святым.
Жидовствующие действовали максимально скрытно. И цель их была совсем не переход всех русских в иудаизм. Это было не только религиозное, но и политическое движение, преследующее иные, далеко идущие цели. Ересь проникла во княжескую, в церковную, в боярскую и в купеческую среду и вела фронтальное наступление на весь церковный уклад и на сам государственный строй России. На русское самодержавие.
С Божией помощью, в лице представителей Русской Православной церкви: Иосифа Волоцкого, Нила Сорского, архиепископа Геннадия Новгородского, еретикам был дан отпор.
Видя, что попытки святителя Геннадия призвать к активным действиям правителя государства Иоанна III остаются без последствий, Иосиф Волоцкий начал писать послания иерархам, архимандритам, священнослужителям, всем, кого можно был привлечь к борьбе с опасным лжеучением. Параллельно он работал над главным трудом своей жизни – «Просветителем», который по праву можно назвать первым русским «Догматическим богословием», где он не только дискутировал с еретиками, обличая их заблуждения, но и излагал основные истины христианского вероучения, обращаясь к Священному Писанию и святоотеческим трудам.
Иосиф Волоцкий‚ основатель монастыря со строгим уставом‚ стал главным борцом с жидовствующими. Из его посланий можно понять‚ в каком состоянии было тогда всеобщее брожение умов. Он писал: «С того времени‚ как солнце православия воссияло в земле нашей‚ у нас еще никогда не бывало такой ереси: в домах‚ на дорогах‚ на рынке все‚ иноки и миряне, с сомнением рассуждают о вере‚ основываясь не на учении пророков‚ апостолов и святых отцов‚ а на словах еретиков‚ отступников Христа; с ними дружат‚ пьют и едят и учатся у них жидовству. А от митрополита – сосуда сатаны и дьявола – еретики не выходят из дома и спят у него».
В 1489 году новым митрополитом Руси стал архимандрит Зосима. Иосиф Волоцкий требовал‚ чтобы священники отказались от всякого общения с митрополитом Зосимой‚ не приходили к нему и не принимали у него благословения‚ потому что Зосима – «скверный‚ злобесный волк в пастырской одежде» – защищал еретиков.
Во время управления русской митрополией Филиппом I с 1464 по 1474 года, иудей Феодор, прибыв в Московское государство, вероятно, из Литвы, крестился и так повел свои дела, что митрополит поручил ему, как знающему иудейский язык, перевести на славянский язык Псалтырь, что тот и сделал. «Псалтырь» эта сохранилась в собрании рукописей Кирилло-Белозерского монастыря и оказалась иудейской молитвенной книгою «Махазор». Причем, по словам одного из исследователей, М.Н.Сперанского, «ни в одном из псалмов нет пророчеств о Христе», которых так много в истинной Псалтыри. Оказалось, что Феодор, «фанатически преданный иудейству» перевел вовсе не Псалтырь Давида, а иудейские молитвы, употребляемые при богослужении, в которых ярко просвечивает иудейская неприязнь к учению о Святой Троице.
Поэтому следует отметить, что борьба с ересью жидовствующих стала сильным стимулом к развитию просвещения, особенно среди пастырей Церкви. Святитель Геннадий одним из первых высказал мысль о необходимости открытия специальных школ для духовенства. По его же инициативе была проделана работа по созданию полного свода книг Священного Писания, которого прежде на Руси не существовало. Архиепископ Геннадий поручил большой группе переводчиков под руководством Дмитрия Герасимова выполнить полный перевод Библии с латыни, который был окончен в 1498 году.
Деятельным помощником его был поп Наум, раскаявшийся в принадлежности к ереси и передавший Геннадию тетрадки с псалмами и молитвами. Геннадий Новгородский, рассказывая о расследовании ереси в послании Иоасафу Ростовскому, писал: «… их товарищ, поп Наум. Да и псалмы ко мне принёс, составленные ими по иудейскому образцу, и те псалмы я послал к митрополиту же со следственными делами». Рассказывая об их поведении, митрополит свидетельствовал, что ложь еретиков исходила из иудейских наставлений: «Когда же мы тех еретиков велели перед собой поставить, все они стали запираться во всех обвинениях да начали бесстрашно клясться, называя себя православными христианами».
Эти два духовных подвижника– архиепископ новгородский Геннадий и преподобный Иосиф Волоцкий в конце-концов побудили великого князя Иоанна III предать еретиков соборному суду. В 1504 году был созван церковный собор, на котором Иосиф Волоцкий был обвинителем; собор постановил предать смерти главных еретиков. Некоторые из них объявили‚ что раскаиваются‚ но их раскаяние не было принято: Иосиф Волоцкий отклонил его под тем предлогом‚ что раскаяние‚ вынуждаемое страхом казни‚ не может быть искренним. Многих отправили в заточение по тюрьмам и монастырям; всех еретиков предали церковному проклятию‚ и даже через два столетия после этого ежегодно предавались анафеме Кассиан‚ Курицын‚ Рукавый‚ Коноплев и Максимов «со всеми их поборниками и соумышленниками».
Однако ересь до конца искоренить все же не удалось. Многим жидовствующим удалось скрыться, а затем и приставить своего представителя в лице попа Сильвестра к Ивану IV Васильевичу Грозному. Продолжателями дела этих святых мужей являлись царь Иоанн Грозный и митрополит Макарий.
После князя Иоанна III, царем стал Иоанн IV – Иоанн Грозный (1530—1584), который не впускал евреев в Москву даже на время. Антиеврейская позиция Ивана Грозного была поддержана митрополитом Афанасием в официозной работе «Степенная книга царского родословия» 1560-х годов, где он с одобрением повествует об убийствах при взятии Полоцка и изгнании «богоубийственных» евреев из Литвы в 1495 году.
Иван Грозный в послании Стоглавому собору также призывал защитить чистоту христианского учения от «душегубительный волк и от всяких козней вражеских», потребовав принять решения против чтения и распространения «богомерзких», «еретических» и «отреченных» книг.
Ересь, подрывающая не только авторитет Церкви, но и устои государственности должна быть быть искоренена.
ЗАСЛУГИ И ОПРИЧНИНА
Иоанн Васильевич первым из русских государей был помазан на царство. Над ним совершил чин миропомазания митрополит Макарий. Он сделал это в качестве представителя Вселенского и Константинопольского патриарха, от которого тоже было получено благословение. Несмотря на то, что благословение было получено задним числом — оно, между тем, было законно. Таким образом, возобновилась Византийская императорская традиция — обязательное соблюдение чина миропомазания при вступлении на императорский трон.
Иоанн Грозный расширил свое государство в два раза, сделал его централизованным, устранил остатки удельных княжеств вместе с их боярским самовольством и самоуправством, с их заговорами, явной и скрытой политической борьбой.
Он укрепил Святое православие на всей русской земле, поборол опять распространившуюся ересь жидовствующих.
Опричники – это было «православное воинство, православного царя, который имеет санкцию на правление от Бога, дарованное ему Православной Церковью».
Опричники носили монашеские и священнические скуфейки и подрясники, таким образом показывая, что они своеобразный «церковно-государственный» орден. Александровская слобода была перестроена и являлась внешне и внутренне подобием монастыря. Сам Иоанн Грозный именовался «игуменом» опричников, а их ежедневные богослужения, в которых Иоанн Васильевич пел на клиросе в церкви, занимали до 9 часов. Можно сказать, что опричники являли собой военно-монашеский орден, предназначенный для защиты единства государства и чистоты веры. При поступлении на опричную службу давалась клятва, напоминавшая монастырский обет отречения от всего мирского.
Жизнь в этом мирском монастыре регламентировалась уставом, составленным лично Иоанном, и была строже, чем во многих настоящих монастырях. В полночь все вставали на полунощницу, в четыре утра — к заутрене, в восемь начиналась обедня. Царь показывал пример благочестия: сам звонил к заутрене, пел на клиросе, усердно молился, а во время общей трапезы читал вслух Священное Писание.
Известно, что потом, перед смертью Иоанн Грозный приймет великую схиму с именем Иона.
Татьяна Грачева «Когда власть не от Бога»: Тем, кто твердит о ханжестве Царя, предлагаем пожить «по-царски» хотя бы месяц, чтобы убедиться, что без глубокой веры подобный ритм жизни просто невозможен. А ведь Иоанн жил так годами!
Святая Русь, какой грезилось всегда народу Русское государство, не может опираться на безбожные принципы власти, на многомятежное человеческое хотение. Народ глубоко инстинктивно чувствовал, что ждать добра от власти, которая опирается на одни человеческие желания, не приходится. Царь в представлении народа должен не только миловать, но и карать. Поэтому Царь не может отличаться только одной кротостью. «Овых милуйте рассуждающее, овых страхом спасайте», — говорит Грозный. «Всегда Царям подобает быть обозрительными: овогда кротчайшим, овогда же ярым; ко благим убо милость и кротость, ко злым же ярость и мучение; аще ли сего не имеет — несть Царь!» Обязанности Царя нельзя мерить меркой частного человека. «Царское же управление требует страха, запрещения и обуздания». Царь сам наказуется от Бога, если его «несмотрением» происходит зло. «Опричнина» замышлялась и осуществлялась царем по совету с державным духовенством иосифлянского направления, то есть учениками и последователями преподобного Иосифа Волоцкого (борца с ересью жидовствующих).
Игорь Фроянов, доктор исторических наук, говорил в 2005 году об опричнине: Царю пришлось бороться против ереси жидовствующих, которая пустила корни во многие поры русского общества. Особенно заражена ею была боярская верхушка и высшая московская служилая бюрократия. В этих условиях Царю Ивану требовался охранный корпус, не зараженный ересью.
Конечно, казни были! Еще святитель Иосиф Волоцкий (борец с жидовствующими, святой Русской православной церкви, почитается в лике преподобных), понимая опасность ереси для народа и государства, писал: «Таким образом, совершенно ясно и понятно воистину всем людям, что и святителям, и священникам, и инокам, и простым людям — всем христианам подобает осуждать и проклинать еретиков и отступников, а Царям, князьям и мирским судьям подобает посылать их в заточение и предавать лютым казням».
Также известно, что все первоисточники, все свидетельства о ЧЕРЕЗВЫЧАЙНЫХ жестокостях и разврате Царя и опричных князей известны только из описаний непримиримых противников Грозного, изменивших ему, таких, как князь Курбский, Таубе или Краузе.
За несколько десятилетий у Иоанна Грозного в личном синодике накопилось около 3-х тысяч имен и он лично поминал их всех, чужих, даже врагов. Царь сам себя обвинял «в скверне, во убийстве… в ненависти, во всяком злодействе», в том, что он — «нечистый и скверный душегубец». Он отдавал большие средства на «помин души» казненных. (Впоследствии эту самокритику использовали как аргумент его «кровавости»).
Протоиерей Олег Трофимов, доктор богословия, магистр религиоведения и философских наук говорит о Царе Иоанне так:
«Опричник олицетворял в себе небесного воина-монаха и земного воина-князя. Над каждым опричником совершалось церковное пострижение в монахи и обряд посвящение во князи. Эта идея: игумен Руси – соединение небесной и земной власти, сквозь душу прошла в самого Царя. Он жил идеалом опричнины, как святого Божьего органа управления тут на земле. А раз так, то он должен быть образцом этого идеала.
Царь и опричнина боролись против ересей, магии и волхвования, против сатанизма во всех проявлениях, а так же против изменников царства.
Не стоит ассоциировать эту систему только с карающими палачами. В первую очередь, это были люди двора: прислуги, исполнители. Эти люди в случае необходимости служили в роли доверенных царских порученцев, осуществлявших охранные, разведывательные, следственные и карательные функции. Царь пытался также воспитать, говоря современным язиком, элиту Руси, отправляя опричников как по Руси, так и за рубеж, для получения образования. Это также были военные: благодаря царскому войску опричников был достигнут ряд значительных побед.
Воспитание Царя проходило под руководством благочестивого святого митрополита Макария, который окормлял в дни его детства и юности «до первой ратной славы». Как сообщают летописи, «влияние первосвятителя было велико и благотворно». Митрополит был учёнейшим книжником, он десятки лет работал над огромным трудом, Минеями-Четьями, знал несколько языков, был удивительным грамотным мужем и строгим аскетом. А значит и знал множество монашеских уставов и это, конечно же, повлияло на аскетический образ жизни Царя и устав будущей опричнины. Крестил Царя митрополит Иоасаф, который, будучи еще игуменом Свято-Троицкой Сергиевой лавры, положил его у раки преподобного Сергия. Воспреемниками будущего царя были призваны старец Иосифова монастыря столетний Касьян Босой, как сказано о нём в Никоновской летописи: «сопостник был преподобному Иосифу Волоцкому», старец Данила из Переяславля, старец Троицкий Иов Курцов. Особенно любил Царя Иоанна и его добродетельную супругу преподобный Антоний Сийский, просиявший святостью жизни в тундре далекого Севера. Он приходил в Москву, беседовал с царем и пользовал его своими поучениями до кончины своей в 1556 году. Особые тёплые отношения были между царём и юродивым Василием Блаженным, который умер на руках у Царя. В Новгороде Царь не раз посещал преподобного Арсения, затворника иноческой обители, чтобы получить от него наставления.
Бабушка Иоанна Грозного Софья Палеолог, жена Царя Иоанна III, когда она ехала на Русь, то в качестве приданого императрицы, были обозначены и книги (70 возов!). Именно эти книги впоследствии вошли в состав легендарной библиотеки Царя Иоанна Грозного. Царь знал историю падения Византии из-за распрей аристократии, он сам столкнулся на Руси с «лютым боярским правлением».
Остается ряд открытых вопросов. Опричнина стала мощной, по образцу ордена организацией, исполнила свою историческую миссию. Но почему о ней сохранилось мало фактов (письменных) того периода? Кто и зачем постарался подчищать историю? И что о ней сокрыто? Почему именно о ней столько вылито лжи? Куда, зачем и от кого спрятали опричники легендарную библиотеку Иоанна Грозного?»» (Протоиерей Олег Трофимов)
САМОДЕРЖАВИЕ
Иоанна IV обвиняют в том, что «потом наступила Смута». Тогда как между смертью Царя и Смутным временем прошло около 14 лет. И это немалый срок. Поэтому ставить в прямую связь правление Иоанна Грозного со смутой было бы не коректно. И если бы самодержавная власть, которую укреплял Грозный и которую он, собственно, оформил окончательно, произвела негативное впечатление на народные массы, к этой форме правления никогда бы не вернулись. Была и Семибоярщина, какое-то время поляки сидели в Москве со своими правилами и наставлениями – и тем не менее вернулись к форме именно монархической власти, окончательно созданной Иоанном Грозным. Это самодержавие. Русское самодержавие.
Татьяна Грачева «Когда власть не от Бога»:
Иоанн Грозный много сделал для осуществления своих целей. Но на его пути вставали две преграды: духовная — хазарская ересь жидовствующих в союзе с Католической Церковью и политическая — боярские семьи, связанные с еретиками и под их руководством рвущиеся к власти. Как считает историк Платонов, «в организации секты жидовствующих многое напоминало будущее масонство: строгая законспирированность, проникновение в высшие слои правительства и духовенства, ритуал, включающий «обряд» поругания святыни… Являясь непримиримыми врагами христианства, жидовствующие скрывали свою ненависть к нему, втайне рассчитывая постепенно разрушить его изнутри». Из ереси вытекали реформы, направленные в первую очередь на изменения традиционного государственного строя Московской Руси и в первую очередь отношений между Церковью и государством. К концу XV века главным нервом Русского государства была неразрывная связь трех звеньев: самодержавия, Церкви и народа. Стало быть, когда еретики целились в Церковь, то всякий раз они наносили удар и по государству. Таким образом, объективно проповедь ереси должна была привести к разрушению всей политической системы русского общества. По утверждению митрополита Иоанна, эта ересь, как угроза государству, напоминала «…идеологию государственного разрушения, заговора, имевшего целью изменить само мироощущение русского народа и формы его общественного бытия».»
Поэтому не только геополитические реалии оправдывали поход Грозного на Новгород в 1569 году...
Также и расследование дела Владимира Старицкого показало, что идеологическим знаменем заговорщиков была всё та же «ересь жидовствующих». Именно при его дворе нашли свой приют и убежище еретики. Ещё в 50-х гг. ближайшие родственники матери Старицкого (по своей матери, Евфросинья Старицкая была Борисовой), были видными носителями ереси. Тогда дело обошлось ссылкой Ивана Борисова-Бороздина, двоюродного дяди Старицкого, в монастырь. В 1567 г. второй двоюродный дядя – Василий, проходящий по делу Фёдорова-Челяднина, был обезглавлен.
Еще первая половина 1560-х годов ознаменовалась целым рядом предательств, отъездов в Литву и побегов: особенно болезненным для Государя было предательство Андрея Курбского, Юрьевского воеводы, который не только выдал литовцам все секреты и планы русского военного руководства, но и лично предводительствовал отрядом против своих же соотечественников и единоверцев. Идеологической основой изменников, от Курбского до епископов новгородской церкви, была «ересь жидовствующих».
Вообще Иоанн Грозный жил в обстановке непрекращающихся заговоров и измен и при постоянной череде смертей близких ему людей. 31 декабря 1563 г. умер митрополит Макарий. Две дочери, Анна и Мария, умерли, не достигнув и года. Евдокия умерла на третьем году жизни. При загадочных обстоятельствах в июне 1553 г., погиб его первенец Дмитрий. В 1560 г. умерла Анастасия Романова. Она была кроткой и благочестивой женщиной, истинно христианской женой, которую очень любил народ. С ней Государь повенчался в 1547 году. А перед этим таинством Царь с будущей царицей наложили на себя 40-дневный строгий пост и пешком прошли из Москвы в Свято Троицкую Сергиеву лавру на благословение к преподобному Сергию. Но Анастасию очень невзлюбили приближенные и доверенные царя и смогли ее отравить в 1560 году. Второй женой стала черкесская княжна Мария Темрюковна, а в 40-летнем возрасте Иоанн вновь овдовел. В мае 1563 г. на втором месяце жизни скончался Василий, его сын от второго брака с Марией. Третий выбор Царя пал на Марфу Собакину, которая также была отравлена и отошла к Господу после тяжелой болезни через 2 недели после свадьбы. Последняя, 4-я жена, Мария Нагая родила Царевича-Мученика Димитрия Угличского, ныне канонизированного (которому царские враги еще в отроческом возрасте помогли уйти из жизни) .
Как пишет В. Манягин, русский православный журналист: «В противостоянии Великокняжескому семейству, а, впоследствии, Царю, объединились и Старицкие князья, и аристократическая верхушка тогдашнего общества, и представители разгромленной, но недобитой ереси жидовствующих, и внешние враги Московского государства».
В конце 1564 года, Иоанн, после долгих государевых раздумий, покинул столицу в сопровождении избранных по всему государству дворян, детей боярских и приказных людей.
Взял он также с собой казну и «святости». После посещения Троице-Сергиева монастыря он направился в свою летнюю резиденцию — Александровскую слободу (ныне г. Александров в 100 км к северо-востоку от Москвы). Отсюда в начале января 1565 г. Царь IV выслал в Москву две грамоты. В первой — адресованной митрополиту Антонию, сообщалось, что Царь не может более «изменных дел терпеть», а вторая — адресована была простому люду, и в ней Царь объявлял московским посадским людям, что у него «гневу на них и опалы… нет». Послания Царя, прочитанные на Красной площади, вызвали в городе огромное волнение. Московское «людье» потребовало, чтобы Царя уговорили вернуться на престол, угрожая, что в противном случае они «государственных лиходеев и изменников» сами «потребят». К митрополиту шли письменные обращения людей всех сословий, суть которых, как пишет митрополит Иоанн, можно выразить такими словами: «Пусть Царь казнит своих лиходеев: в животе и смерти воля его, но царство да не останется без главы! Он наш владыка, Богом данный: иного не ведаем». Выбор народа был сделан. К простому народу присоединились купцы и мещане, которые свои твердые намерения выразили так: «Пусть Царь укажет нам своих изменников: мы сами истребим их!» Опасаясь смуты в Москве, к Царю прибыла депутация от духовенства и боярства во главе с архиепископом Пименом с просьбой вернуться и «вершить дело государево».
Царь вернулся и объявил об учреждении опричнины. Царю предоставлялось право без совета с Боярской Думой судить и казнить изменников и еретиков, реквизировать их имущество, отправлять в ссылку. Освященный собор вкупе с Боярской Думой утвердил эти особые полномочия.
Государственной целью опричнины было уничтожение того родовитого боярства, которое было ориентированного на сепаратизм и удельные притязания, и замена его дворянством — новым сословием служилых людей, награждаемых государем исключительно за верную службу государству. Стремление создать особое войско, непосредственно подчиненное Царю, было связано еще и с тем, что Иван Грозный постоянно сталкивался с притязаниями боярской верхушки на власть, а влиятельные боярские семьи имели собственные наемные вооруженные отряды, что могло привести к попыткам её насильственного захвата. В тех исторических обстоятельствах, в условиях измены власти, это был единственный путь создания сильного православного царства.
Царь писал изменнику Курбскому, бежавшему в Литву:
«Посмотри на все это и подумай, какое управление бывает при многоначалии и многовластии, ибо там цари были послушны епархам и вельможам, и как погибли эти страны. Это ли и нам посоветуешь, чтобы к такой же гибели прийти? И в том ли благочестие, чтобы не управлять царством, и злодеев не держать в узде, и отдаться на разграбление иноплеменникам? Ты сам своими бесчестными очами видел, какое разорение было на Руси, когда в каждом городе были свои начальники и правители, и потому можешь понять, что это такое» «Поэтому ты и нашел себе такого государя, который – как и следует по твоему злобесному собачьему желанию – ничем сам не управляет, но хуже последнего раба – от всех получает приказания, а сам никем не повелевает. Но ты не найдешь себе там утешения, ибо там каждый о себе заботится. Кто оградит тебя от насилий или защитит от обидчиков, если даже сиротам и вдовицам не внемлет суд. Что вы, желающие для христианства бед, творите!»
Историк Николай Петрович Аксаков утверждал: «Время Иоанна Грозного — есть Золотой век нашего прошлого, когда получила свое наиполнейшее выражение, свойственная духу русского народа основная формула русской общности: "Сила власти - царю, сила мнения - народу". Собор и опричнина были ее столпами. Иван Грозный принял эстафету борьбы с Хазарией у Святослава и продолжил его дело. И если Святослав боролся с видимой Хазарией то Иван вступил в битву с Хазарией невидимой, духовной, с Хазарией, уже оформившейся тогда как сила антихриста. Его войском в этой битве была опричнина».
ДУХОВНОЕ НАСЛЕДИЕ
Иоанн Грозный был одним из образованнейших и одним из самых талантливых литераторов средневековой России. К сожалению, это наследие Царево до сих пор должным образом не издано, а первая попытка, напечатанная в 1951 году в серии «Литературные памятники», книга «Послания Ивана Грозного»- так и осталась первой и последней. Стоит особо отметить сочинение Царем Иоанном Васильевичем духовных текстов, где сочиняя стихиры и тропари, он проявил себя не только как литератор, но и как духовный композитор. Царь сам слогал тексты песнопений и перекладывал их на музыку.
В 1989 году фирма «Мелодия» выпустила альбом из двух грампластинок «Стихиры Ивана Грозного» в исполнении Музыкального вокального квартета под руководством Игоря Воронова.
У меня храниться замечательная книга «Царь Иван Васильевич Грозный. Духовные песнопения и молитвословия» изданная в Москве в 1999 году обществом Святителя Василия Великого. И эта часть духовного наследия Государя, к сожалению, так и остается совершенно малоизвестной!
УБИЙСТВО МИТРОПОЛИТА ФИЛИППА
В Синодик Царя Иоанна не попали сведения о казни князя Андрея Шуйского (1543), Кубенского и Воронцовых (1546), Шишкина (1563), об умерщвлении Никиты Шереметева (1564), Шевырева (1565), князя Рыбина-Пронского (1566), князя Михаила Воротынского (1573). Так же нет сведений и о «казни» митрополита Филиппа. А перед Богом Иоанн Грозный лгать бы не стал.
Святитель Дмитрий Ростовский (1651-1709) составил «Житие Филиппа, митрополита Московского» на церковнославянском языке. Однако, как утверждают некоторые исследователи: «…в начале XX веке профессора, "переводившие" труд Святителя на русский язык совершили явный подлог: они, под предлогом "исправления ошибок" Святителя, вместо жития Димитрия Ростовского, вставили, дополненное массоном Карамзиным "соловецкое житие" – где «с согласия царя Малюта задушил низложенного Филиппа».
Однако встаёт вопрос: какую же цель преследовал Царь, убивая митрополита в 1569 году? Конечно, если считать Иоанна Грозного патологическим садистом, то доказательств и не надо...
Митрополит Филипп, в миру Фёдор Степанович Колычев, в монашестве – инок Филипп, митрополит Московский, в возрасте 26 лет, был приближен к Василию III. Когда в 1537 г. дядя малолетнего Иоанна, Андрей Старицкий поднял мятеж, то бояре Колычевы примкнули к мятежникам. Последовавшие опалы заставили Фёдора искать спасения в Соловецком монастыре, где он становится послушником, затем монахом и, наконец, игуменом Филиппом. Мать Федора (по предположению М. Л. Боде-Колычева, издавшего в 1886 г. исследование «Боярский род Колычевых» под литерами Б. М. Л. Б. К.) была новгородкой: когда новгородцы молили Филиппа, направлявшегося в Москву, покровительствовать Новгороду, то просили его заступиться за «свое отечество». Поэтому есть мнение, что вот эти «заступления» в том числе и за сродников еретиков-предателей и вызывали недовольство Царя.
Вне всякого сомнения, конфликт между Иоанном Грозным и Филиппом был! Низложение митрополита произошло в 1568 году. Однако конфликт разворачивался на фоне событий ставивших под угрозу существования всей России. В 1566-1567 гг. в руки Иоанна Грозного попали перехваченные письма от Сигизмунда II и литовского гетмана к фактическому руководителю Боярской Думы И. П. Фёдорову-Челяднину. Вместе с ним письма из Польши получили князь Иван Куракин-Булгачов, три князя Ростовских, князь И. Д. Бельский и некоторые другие бояре. Из них только Бельский не вступил в переписку и передал Царю письмо, в котором польский король предлагал князю обширные земли в Литве за измену русскому государю. Остальные адресаты Сигизмунда продолжили письменные сношения с Польшей и составили заговор, ставящий своей целью посадить на русский престол князя Владимира Старицкого. Осенью 1567 г заговорщики предполагали, с верными им воинскими отрядами, окружить ставку царя, перебить опричную охрану и выдать Иоанна Грозного полякам. Во главе мятежников встал Фёдоров-Челяднин. Этот замысел на убийство Царя у Фёдорова-Челяднина был уже не первый. В 1546 г., после первой попытки убийства на Коломенской дороге (тогда ещё великого князя Иоанна), заговорщик Фёдоров-Челяднин избежал казни и был сослан на Белоозеро, а позднее и возвращен ко двору, где дорос до главы Боярской думы.
Митрополит Филипп был убит 23 декабря в 1569. А 1569 год для России был также исключительно сложным. 11 января предатель Тетерин, переодевшись в опричную одежду и приказав страже открыть ворота города Изборск, сумел впустить туда литовский отряд. Воеводе М. Морозову понадобилось полторы недели, чтобы принудить литовский гарнизон к сдаче. Проведённое расследование показало, что Тетерин был не одинок и местные дьяки готовили операцию сдачи ещё трёх городов. Следствие выявило неблагонадёжных лиц в Пскове и Новгороде, после чего последовало решение об их выселении из этих городов. Согласно летописной «Повести о погибели Новгорода», власти выселили 500 семей из Пскова и 150 семей из Новгорода. Удалось установить, что, знать Новгорода и Пскова, через Курбского сносилась с поляками и литовцами. Изменники, по убеждению Грозного, хотели сдать Псков королю, так как они сдали Изборск. В руки царя попало письмо Курбского к старцу Васьяну из Псково-Печерского монастыря, написанное им до побега к польскому королю. Курбский, обращаясь к монахам как к единомышленникам, писал, что о царе так: «Свирепее зверей кровоядцов обретаются».
Когда в сентябре 1569 г. началось следствие о новгородской измене, связях новгородского духовенства с московскими заговорщиками, то низложенный митрополит Филипп стал очень опасным свидетелем. Возглавил следствие Малюта Скуратов, однако опросить Филиппа ему уже не удалось... А кому была выгодна смерть такого важного свидетеля по делу о «новгородской измене», имевшего Новгород как «свое отечество» по матери, я думаю и так понятно.
В декабре 1569 года Иоанн Васильевич объявил опричникам свою весть о «великой измене» новгородцев и в начале января 1570 г. государь прибыл в Новгород. Во время торжественной встречи царя, устроенной новгородским духовенством на Великом мосту, Царь остановил Пимена, попытавшегося благословить его. При этом, как передаёт летопись, государь сказал ему прямо в глаза: «Злочестивец! В руке твоей – не крест животворящий, но оружие убийственное, которое ты вместе со своими злоумышленниками хочешь вонзить нам в сердце! Знаю умысел твой... хотите отчизну нашей державы, Великий Новгород, передать польскому королю. Отсель ты не пастырь, а враг церкви и Святой Софии, хищный волк, губитель, ненавистник венца Мономахова!». Передовой отряд арестовал знатных граждан, чьи подписи стояли под договором с Сигизмундом, и духовных лиц, виновных в ереси жидовствующих.
ПОЧЕТАНИЕ ИОАННА ГРОЗНОГО
В 1621 году был установлен праздник «обретения телеси царя Иоанна» (10 июня по юлианскому календарю), причем в сохранившихся святцах Коряжемского монастыря Иван IV упоминается как великомученик. Таким образом, уже тогда Церковь подтвердила факт убийства государя. Это было сделано патриархом Филаретом (Романовым), который был отцом царя Михаила Федоровича.
Мощи Царя, пролежав 4 века, полностью сохранились, в том числе и схимное облачение. Это имеет и документальное подтверждение, в том числе фотографиями, сделанными в 1963 году после вскрытия советскими учеными гробниц, - самого Царя, а также ближайших его родственников. Исследования мощей и останков также показали, что и сам Государь, и его старший сын Иоанн и первая жена Анастасия Романова были отравлены ртутьсодержащими веществами.
Еще по указанию государя Александра III, писались иконы Иоанна Грозного. Таких изображений Царя Иоанна с нимбом, говорящим о его святости, имеется около десятка. До наших дней сохранились изображения святого Царя в Успенском соборе Свято – Успенского монастыря г. Свияжска (1558г) и в Спасо – Преображенском соборе Ново – Спасского монастыря г. Москвы (XVIIв). Изображен Царь Иоанн и на иконе Тихвинской Божьей Матери в Благовещенском соборе Кремля. С нимбом святого он и на мозаичной иконе в Грановитой палате Кремля.
В фондах Святейшего Синода сохранился список подвижников благочестия, которые во время правления мученика Царя Николая Александровича II готовились и представлялись для всероссийской канонизации. И только война с Германией, начавшаяся в 1914 году, помешала этому богоугодному делу. В списке значатся и ныне прославленные: блаженная Ксения Петербургская и святитель Феофан Затворник, а также Государи - Павел I и Иоанн IV Грозный.
Старец, прот. Николай Гурьянов (+2002г), также очень почитал великого Царя, имел у себя его иконы и благословлял их писать. Старец говорил о нем так: «Клевета - дело безумное, и человеку, ставшему ее жертвой, нелегко, а иногда и невозможно, оправдаться. Святому Царю Иоанну Грозному не нужно оправдываться. Совесть его перед Богом и Церковью чиста: он хранил Господом врученное Царство и Церковь от врагов и ереси жидовствующих. Он был Первовенчанным Царем, собравшим воедино Святую Русь. Какое величие Духа и Веры в Царе Иоанне! И Царское, небесное, и человеческое, земное – все у него было очищено в очах Божиих, и было законное. Это был высокой духовной жизни и святости Царь! Хула же на одного из самых Благочестивых Государей - страшный грех пред Богом! Мне ведь Господом это открыто, я не от себя говорю… Пока вся Церковь не обратится в своих молитвах к Царю Николаю как к Великому Святому, к Грозному Царю Иоанну как Защитнику, и не обратится ко Господу с плачем – вернуть нам Царя, - мы будем страдать… Россия не поднимется».
В келлии Старца были его иконы. Пред ними возжигали лампаду и молились. Старец Николай говорил, что « Царь Иоанн Грозный не убивал Своего Сына- Царевича Иоанна, и никогда не допускал даже помысла об убийстве Святителя Филиппа и Преподобного Корнилия. Невозможно даже думать, а не только говорить, что Царь Иоанн убил Святых! Он не убивал! Это - диавольская ложь!» Батюшка утверждал, что об этом свидетельствуют Церковные Летописи, и Церковь об этом знает, поскольку Царь Грозный был местночтимым Святым Московской Епархии уже в XVII веке.»
Старец Николай Гурьянов также говорил: «Вы вот посмотрите, что написано на иконе царя Иоанна из Грановитой палаты Московского Кремля у него над главой: «Благоверный и христолюбивый, Богом венчанный Великий Государь Царь и Великий князь Иоанн Васильевич, всея Великия России, многих государств Государь и Самодержец» Это Церковь о нем так писала… А кто не желает, пусть не молится им, но не ругает и, – сохрани Бог! – пусть не хулят: это великий грех».
Паломники спросили батюшку: «За что же так клевещут и ненавидят Царя Иоанна?» - Старец ответил: «За то, что Он создал Великую Русь».
И да вразумит, да помилует нас всех Господь!