Многие из них мечтали доказать императору, что на поле боя они ни в чем не уступают французам.
БОРИС ЕГОРОВ
Их в «Великой армии» Бонапарта в 1812 году насчитывалось более 34 тысяч человек.
Апеннинский полуостров находился в полной политической зависимости от Франции. Многие его жители были рады тем изменениям, которые принесли с собой французы: крушение старых феодальных порядков, свобода печати, реформы судебной системы, оживление торговли и освобождение от засилья австрийцев.
Итальянцы с большой охотой отправились воевать в далекую Россию, желая доказать, что на поле боя они ничем не хуже французов. «Мы видим пред собой всеобщий мир, покорение вселенной, богатые и славные награды, чудесную героическую славу…» — отмечал в своем дневнике офицер Чезаре Ложье.
Наиболее крупным (23 тысячи) и подготовленным оказался контингент из Королевства Италия (занимало северо-восточную часть полуострова), где вице-королем был пасынок Наполеона Эжен де Богарне. Он хорошо показал себя в боях, заслужив похвалу Бонапарта: «У вас в жилах течет кровь римлян... Вы не должны никогда этого забывать».
Куда хуже проявили себя войска из Неаполитанского королевства, на троне которого сидел французский маршал Иоахим Мюрат. Им в основном доверяли охрану тыла и коммуникаций и борьбу с партизанами.
Большие потери теплолюбивые итальянцы понесли во время бегства «Великой армии» после наступления холодов. Из десятков тысяч солдат и офицеров до родины добрались лишь сотни.