БИОГРАФЫ ТАЙНЫХ КЛАДОВ
Научную опись, системный анализ всех обнаруженных на московской земле учтенных кладов составили их нынешние главные хранители — историки.
Отправимся открывать клады. Адрес подсказан точно, поиск труда не составит. Глухая ночная пора, лопаты, особые заклятья и вообще отработанные веками атрибуты кладоискательства не понадобятся. Все надежно укрыто, сохранено на века в потаенном месте. Вот и заветная дверца — не только за семью печатями, да еще для верности обитая листовым железом. Лязгают засовы, отворяем, но путь к сокровищам преграждает еще и крепкая решетка. Впрочем, с моим спутником все эти препятствия - пустяк. Оказываемся в тесной без окон комнате. Стен не видно — сплошные ряды высоких сейфов. Какой клад откроем?
— Давайте возьмем вот этот, у нас он под номером 178, — под металлический перезвон ключей извлекаем из глубины сейфа, нет, не кубышку с заветными сокровищами, а темные планшеты, «вышитые» серебристыми рядами монет.
Этот клад найден уже больше года назад, ученые успели его рассортировать, исследовать, выяснить возраст, систематизировать находки. А где же заветная кубышка, которая в течение четырех столетий укрывала монеты от людских глаз? Она превратилась в экспонат Музея истории Москвы. Находка не самая старая. Эти более тысячи неровных серебряных копеек отчеканены во времена правления Михаила Федоровича. Определить хронологию удалось легко. На ту пору указывал и способ чеканки из разрезанных и расплющенных кусочков проволоки — отсюда всегда неровная окружность монетки. Да и имя царя и великого князя на лицевой стороне — точный ориентир эпохи. Клад не из числа самых богатых, весом меньше полукилограмма, интересен сюжетом открытия.
Стройка жилого дома на улице Достоевского. Привезенной землей присыпался откос котлована. Помог сильный дождь, он-то и промыл-прочистил россыпь монет, и ее увидел бригадир П, Слюнченко. Стал собирать эти серебряные блестки истории. Нашлись рядом и остатки кубышки. Впрочем, если идти вспять по руслу истории, то лучше вынуть клад из другого сейфа. Он поувесистей — немногим меньше полутора килограммов. Коллекция монет — мечта нумизмата. Почти две с половиной тысячи, разного достоинства, разных времен — Василия III, Ивана Грозного и еще четырех последующих правителей. Может, и по сию пору оставаться этому кладу в темной земляной кладовой, если бы не маршрут метротрассы. Так он попал на глаза проходчиков.
А сколько же их вообще открыла нам московская земля? За ответом следует обратиться к авторам научной биографии кладов, видным специалистам в области московских древностей — главному нумизмату Государственного Исторического музея А. С. Мельниковой и А. Г. Векслеру — заведующему отделом археологии Музея истории города. Точная цифра на сегодняшний день — 467. Проведенное ими интересное научное исследование — документально выверенное, исторически обоснованное, читается как остросюжетный бестселлер, настолько привлекательна сама тема изучения.
Вот за эти три карты — исторического центра Москвы, столичной территории за Садовым кольцом и пригорода — авантюристы прошлого с охотой отдали бы все до последней рубашки. Впрочем, сегодня для охотника за сокровищами они уже не представляют никакого интереса. Зато для любителей московской старины эти карты, составленные исследователями, — немалая ценность. На них цифрами обозначены адреса обнаруженных кладов. Самый плотный ряд значков — на территории Кремля. А если выделить самую «кладоносную» улицу, ей окажется Ипатьевский переулок. Тут в земле была обнаружена оружейная коллекция с такими историческими редкостями, как ранняя ручная пищаль времен Ивана Грозного, шлем, стремена, боевые топоры, уникальный бронзовый рукомой с двумя носками в виде конских голов. В Ипатьевском схоронены были и денежные «кубышки». Стал переулок адресом самого богатого московского клада колониальных монет. В строительном котловане ковш экскаватора снял пласт земли и открыл медный сосуд типа таза. Некогда он был закрыт кожей, уже истлевшей. Внутри открылась оплошная масса слегка позеленевших монет с чужестранными эмблемами и гербами. Как и все клады, этот не донес до нас ни истории его сокрытия, ни имени владельца. И тем не менее, изучив находку, историки точно прочитали ее биографию.
Они предполагают, что ценности попали в подземный тайник где-то около 1636 года во время царствования первого из Романовых. Все 3.398 монет чеканены в испанских колониях. С Испанией в ту пору у России тесных контактов не было, зато с Голландией развивалось деловое партнерство. Так что скорее всего монеты привез купец-голландец. Цель понятна — для перечеканки их в русские маленькие монеты. Правдоподобная версия — ценности эти были государственной собственностью, а укрытие их в земле практиковалось как самый надежный способ спрятать от похитителей. Что-то помешало вынуть монеты, возможно сильный пожар 1636 года.
Собственно говоря, в таких расшифровках сюжетов прошлого — одна из ценностей кладов для историков. Они добавляют новые строки в летопись города. Скажем, самые большие по размеру ценности — клады XVII века. Две тысячи монет для них — среднее число. А найдены и гигантские: свыше 20 и даже 30 тысяч. Это — одно из подтверждений того, как рос в ту пору торговый капитал, какими средствами ворочали русские купцы. Да и география находок позволяет дополнить и уточнить историческую географию города, указывая на расположение богатых усадеб, торговых лавок, вообще торгов. Эволюция денежного обращения рассказывает историку, как развивались экономические связи. Вот почему такую научную ценность представляет исследование.
В богатой коллекции московских кладов, из которых большая часть сегодня хранится в Историческом музее, каждый интересен по-своему. Вот уникальная серебряная чаша, вся в мастерской чеканке. Клад, который она хранила, до нас не дошел. Но он был. Чашу нашли в конце прошлого века в высоком земляном валу древнего городища Микулина, что в Лотошинском районе Подмосковья. От владельцев тогдашней усадьбы, пройдя через руки антикваров, она в итоге попала в Исторический. О чем рассказала исследователям? О том, что, прокняжив в Москве всего около месяца, известный Василий Косой бежал из столицы вместе с казной своего отца — Юрия Дмитриевича. Об этом владельце говорит надпись на чаше, которую историки расшифровывают так: «князя великого Гиоргия».
Ну, а теперь давайте откроем один из самых больших кладов. Он перенесет нас во времена стрелецких восстаний. Честь находки принадлежит метростроевцам. В большом, полуметровой высоты горшке хранилось 19 тысяч 733 серебряные монеты. Вес — несколько килограммов. А вот самый дорогой — по стоимости — ориентирует в пору революционных событий. На Марксистской улице после сноса дома мальчишки нашли коричневого стекла бутылку. А в ней — колье со 131 бриллиантом, брошь, серьги, кольца, драгоценные камни. Историки относят находку к числу так называемых буржуазных кладов. Самый интересный из них обнаружен в палатах Юсуповых в Большом Харитоньевском переулке. Обратили внимание на нишу под лестницей, заложенную кладкой. В тайнике оказался не только сундучок с драгоценностями, но и бесценная скрипка работы Страдивари. Теперь она — украшение коллекции уникальных музыкальных инструментов.
В описи московских кладов, составленной историками, рано ставить точку. Каждый год земля города присылает археологам какую-то весточку из далеких времен. Точно зная историческую географию, специалисты даже заранее предвидят, где ожидать находки. Для этого под руководством А. Г. Векслера действует своеобразная археологическая «скорая» Москвы. Она не только выезжает по «перспективным» адресам. При начале каких-либо строительных работ устанавливает свои посты наблюдения. Так что научный труд ждет своего продолжения. С его самыми любопытными моментами могут в нынешнем году познакомиться все, кто любит старину. «Московский рабочий» предпринял издание интересной книги А. Векслера и А. Мельниковой с интригующим названием «Московские клады»,
Н. ТАТАРИНОВА.