В кабинете филиала Фонда социального страхования в Нижнем Тагиле 24 августа 2010 года раздались выстрелы. Это событие стало точкой в затяжном конфликте, длившемся почти два десятилетия.
Рано утром 24 августа 2010 года в офис вошел мужчина, которого сотрудники знали достаточно хорошо. Им был 50-летний Сергей Рудаков, житель города Качканара, на протяжении 18 лет судившийся с организацией из-за страховых выплат. Поводом для многолетнего противостояния стала тяжелая производственная травма, полученная им еще в 1991 году, в результате которой он лишился левой руки. На момент происшествия мужчина работал помощником машиниста вахтовым методом.
Рудаков прошел мимо нескольких кабинетов и без лишних слов распахнул дверь помещения, где работали юристы фонда. Он был вооружен карабином «Сайга». Не говоря ни слова, мужчина навел оружие на 70-летнего юриста Юрия Столярова и выстрелил. Сотрудник погиб на месте. Под оглушительные крики испуганных сотрудников Сергей вышел из кабинета и, не скрываясь, с ружьем наперевес направился по коридору в сторону приемной руководителя ведомства.
Он ворвался в кабинет к 49-летней директору филиала Елене Скулкиной и также убил ее. После этого Рудаков покончил с собой.
«Надо немедленно звонить в полицию»
Спустя сутки после трагедии стали всплывать шокирующие подробности, указывавшие на то, что преступления можно было избежать. Причем счет в этой ситуации шел буквально на минуты.
Как выяснилось, накануне утром, примерно в 9:15, в редакцию местной газеты «Тагильский рабочий» пришел молодой человек. Он оставил конверт, завернутый в бумагу и адресованный ответственному секретарю издания Владимиру Маркевичу. Не дожидаясь ответа и не представившись, незнакомец покинул здание редакции. Как позднее рассказывал сам Владимир Маркевич, письмо содержало прямую угрозу.
– Я развернул письмо, пробежал глазами первые строчки, потом глянул вниз и понял, что нужно немедленно звонить в милицию, звонить в ФСБ, – рассказывал Владимир Маркевич. – Речь шла о готовящемся преступлении.
К огромному сожалению, предотвратить трагедию не удалось. На то было несколько причин. Во-первых, сама редакция газеты в начале года переехала с улицы Газетной на новый адрес — проспект Ленина, 11. Возможно, курьер не знал об этом и потратил драгоценное время на поиски.
Во-вторых, милиции потребовалось время на проверку информации и координацию действий. Когда сотрудники ФСБ получили информацию и начали действовать, в здании фонда уже прозвучали выстрелы.
Прибывшая на место происшествия скорая помощь констатировала смерть мужчины и юриста. Директор филиала Елена Скулкина была еще жива, но по дороге в больницу она скончалась. Личность молодого человека, принесшего письмо, установить не удалось.
Подготовка к «судному дню»
Как показало расследование, Сергей Рудаков готовился к 24 августа заранее и очень методично. Его действия говорят о твердом намерении довести задуманное до конца и не оставить себе пути к отступлению.
За несколько месяцев до трагедии он официально приобрел охотничье ружье. Этот факт подтвердил начальник штаба ОВД Качканара Равиль Нуриев:
– Сергей проходил медкомиссию, был и у психиатра. Ружье он приобрел официально. Уже в этом году он вступил в общество охотников и получил лицензию на использование оружия для добычи зверя.
Непосредственно перед намеченной датой Рудаков продал свою квартиру в Качканаре. Соседи рассказали, что перед его роковой поездкой в Нижний Тагил в квартиру приходили новые владельцы.
– Сергей Рудаков еще в июле нашел покупателей. По условиям договора, он должен был съехать из нее как раз 24 августа, то есть в день, когда пошел на убийство, – рассказали соседи.
Новым хозяевам жилья он сообщил, что едет в Нижний Тагил, чтобы уволиться с работы. Ничто не выдавало его истинных намерений.
18 лет судебных тяжб
Все началось с затяжных судебных процессов с Фондом социального страхования. После потери руки Рудакову была присвоена вторая группа инвалидности.
Страховщики назначили ему единовременную выплату в размере 250 тысяч рублей и обязали выплачивать ежемесячную компенсацию в размере 7 тысяч рублей. Именно этой суммы, которую мужчина считал унизительно маленькой, ему было категорически недостаточно для жизни.
Сотрудники фонда, включая погибших Юрия Столярова и Елену Скулкину, оставались при своем мнении и отстаивали правомерность своих расчетов в суде. Казалось бы, ситуация должна была кардинально измениться 5 августа 2010 года, когда суд Нижнего Тагила, наконец, вынес вердикт в пользу Рудакова: ежемесячную выплату увеличили с 7 до 21 тысячи рублей.
Однако за 18 лет изматывающей борьбы мужчина перестал верить не только чиновникам, но и самой судебной системе. Он был убежден, что справедливости добиться невозможно, и продолжал следовать намеченному им же плану мести.
«Возможно, он не был в курсе»
Следователи, расследовавшие это дело, высказали предположение, что трагедии могло и не произойти, будь Рудаков в курсе последних судебных решений.
– Судя по содержанию записки, погибший инвалид или не знал, или не захотел проверить один очень важный момент в этом деле, – говорил сотрудник СК Александр Шульга. – В начале августа суд Нижнего Тагила пересмотрел его дело. Ему все пересчитали и все компенсировали – 250 тысяч единовременно и еще 21 тысячу каждый месяц! Возможно, погибший просто был не в курсе.
Консультант Ленинского суда Нижнего Тагила Елена Балицкая предоставила более детальную хронологию судебных разбирательств 2009-2010 годов:
– Впервые Рудаков пришел к нам с иском в начале 2009 года. 6 октября по решению судьи Ирины Зайцевой получил право на ежемесячную страховую выплату — 19 962 руб. 50 коп. Кроме того, ему сделали перерасчет — 249 834 руб. 37 коп. Но юрист фонда соцстраха (впоследствии погибший от выстрела Рудакова Юрий Столяров) подал кассацию. 20 апреля областной суд оставил решение в силе. 5 августа Рудакову отправили официальный приказ из соцстраха — там было написано, что фонд подчиняется решению суда.
«От меня требуют взятку»
Однако в своем восприятии ситуации Рудаков зашел в тупик. Он был глубоко убежден, что от него требуют взятку. Воспитанный в советское время, он счел такое предложение оскорбительным и неприемлемым.
По материалам «КП»-Екатеринбург