Неведомый бульвар
Знакомясь с городскими новостями, в числе прочего я узнал, что полиция задержала некоего мужчину, стрелявшего ночью по кафе на Александра Грина. Никто не пострадал хотя бы просто потому, что в это время суток там никого не было, при этом одна из пуль - о горе! - пробила холодильник с напитками. Какие именно напитки - спиртные или безалкогольные стали жертвой стрельбы, в сообщении не говорилось. Совершив свое черное дело, хулиган, как обычно пишется в милицейских протоколах, "скрылся с места происшествия", но его быстро вычислили и оперативно задержали.
Происшествие, каких в большом городе случаются десятки, меня заинтересовало лишь одним обстоятельством - местом, где задержали стрелка, упражнявшегося, в отличие от американских ковбоев и русских дуэлянтов, не на бутылках, а на объекте, в котором они хранились - холодильнике. Местом же этим оказался Вилькицкий бульвар.
В заметке говорилось, что бульвар расположен не где-нибудь, а в Василеостровском районе Петербурга. Я достаточно часто бываю на Васильевском острове и был уверен, что неплохо его знаю, во всяком случае, что касается главных объектов и локаций. Добро бы местом, где укрывался нарушитель, был какой-то захудалый переулок, тупик или сквер. Но бульвар - это серьезно, между тем оказалось, что до этого момента я и не подозревал о его существовании. Быть может, корреспондент попросту спутал если не бульвар, то район - что неудивительно, учитывая с каким количеством событий и фактов, происходящих в самых разнообразных точках на карте города, ему приходится иметь дело? Убежденный в правоте собственной позиции, равно как и в ошибочности местоположения объекта, указанного автором заметки, я решил провести собственное мини-дознание.
Как известно, в любом расследовании главное - это не выйти в итоге на самого себя. Именно это и случилось, потому что результатом поисков явилось осознание моей собственной некомпетентности; оказалось, что мои знания географии, во-первых, неполны и, во-вторых, заметно отстают от темпов развития города и района.
"Вилькицкий" бульвар действительно существует, впрочем, с небольшой оговоркой - называется он на самом деле не бульваром, а улицей "Вилькицкий бульвар", и действительно расположен в пределах Васильевского острова. Имя это присвоено ему в честь не одного, а сразу двух людей, отца и сына - А.И. Вилькицкого и Б.А. Вилькицкого, русских морских и полярных исследователей, выдающихся гидрографов. Если верить информации Топонимической Комиссии СПб, название свое улица-бульвар получила еще в 2017 году.
Расположена она на самом краю острова, в зоне намывных территорий, равно как и находящийся неподалеку бульвар (именно бульвар, а не улица "бульвар") Александра Грина (таким образом, преступление и задержание произошли в соседних локациях, что существенно упростило работу полиции).
Но больше всего меня заинтересовал тот факт, что кроме улицы-бульвара и просто бульвара, упомянутых выше, я обнаружил неподалеку еще одно громкое название, которого раньше не знал - набережную Миклухо-Маклая. Ею, как оказалось, стал прежде безымянный проезд от ЗСД до улицы Челюскина.
Остров, а вместе с ним и город, увеличивается в размерах, и хотя отношение людей к планам намыва и проекту "Морской фасад" нельзя назвать однозначным, игнорировать это обстоятельство нельзя.
Честно признаюсь - фотографии я заимствованы из интернета, сам же пока не гулял по Вилькицкому бульвару (виноват, улице!) и не любовался закатом с набережной Миклухо-Маклая. Но рассказ об этом, я надеюсь, послужит темой одной из будущих заметок.
Пройдусь по Абрикосовой
Оnce upon a time Совсем недавно, по каким-то своим будничным делам, я очутился на Невском проспекте, а точнее, его пересечении с Литейным. Как раз в том самом месте, где когда-то находился знаменитый "Сайгон". Замечу - сначала я хотел написать "когда-то знаменитый Сайгон" но, вспомнив, что некогда популярного кафе больше не существует, решил, что правильнее будет изменить порядок слов, хотя едва ли кто-то из читателей обратил бы внимание на такого рода нюансы. История Сайгона стала легендой, однако едва ли я в состоянии что-то либо добавить к тому, что уже было сказано. На самом деле, в студенческой молодости я пару-тройку раз заходил туда с приятелями, но каких-либо воспоминаний, достойных того, чтобы поделиться ими с читателями, у меня не сохранилось.
Если честно, я даже не осознавал тогда, что присутствую в культовом питерском месте, где по словам шоумена Олега Гаркуши "всегда что-то происходило". Впрочем, в тот самый момент, когда мы там находились, ничего особо примечательного в Сайгоне не происходило, если не принимать во внимание шумную ссору двух нетрезвых посетителей, вот-вот грозившую перейти в драку. На представителей богемы или неформальной молодежи драчуны мало походили, поскольку, во-первых, были немолоды, во-вторых, выглядели чересчур неопрятно и скверно даже для представителей богемы, а в-третьих на матерном языке они, что называется, не выражались, а говорили, и с лексиконом нормативным, равно как с поэзией Бродского очевидно были не в ладах. И на мой взгляд, совсем не обязательно было совершать экскурсию в Сайгон, чтобы насладиться зрелищем, являющимся частью репертуара любой захудалой пивной.
Теперь же помещение, которое раньше занимало кафе, равно как и все объемное здание, принадлежит отелю Radisson Royal Hotel, на месте же Сайгона находится бар, попасть в который можно только через сам отель, в чем я самолично убедился, подергав зачем-то ручку двери заведения.
Но в этот раз меня особо не волновал ни канувший в лету Сайгон ни, тем более, по сю пору действующий и процветающий Radisson. Почему-то мне захотелось узнать, что находится чуть дальше, по-соседству и пройдя недолгий путь по Владимирскому проспекту, я обнаружил, буквально в двух минутах ходьбы от шумного Невского, тихую и спокойную улочку.
Что же, самое время вспомнить песню Юрия Антонова:
Есть улицы центральные, высокие и важные
С витринами зеркальными, с гирляндами огней
А мне милей не шумные, милей одноэтажные
От их названий ласковых становится светлей
Как оказалось, эта нешумная улочка или улица имеет название Стремянной. Конечно, я десятки раз проходил мимо нее, но если бы меня спросили, где находится такая улица, я вряд ли смог бы дать вразумительный ответ на этот вопрос. Ну, разве что сделал бы предположение, что она, скорее всего, расположена поблизости от исторического центра города, раз уж носит имя, которое "пахнет стариной".
И действительно, свое наименование Стремянная получила давно, еще в начале XVIII века по причине того, что на этом месте располагалась слобода стремянных (служителей конюшенного ведомства). Улочка, протянувшаяся от Владимирского проспекта до Марата, недлинная, и никаких особых достопримечательностей тут, как будто нет, что неудивительно - весь блеск и величие жизни большого города, его свет и тени впитал в себя и поглотил знаменитый сосед, "высокий и важный" Невский проспект.
Но почему-то я был рад, что побывал на этой незнаменитой улице, и даже само ее название показалось мне ласковым. А осознание того, что я получил возможность узнать что-то новое о любимом городе, доставило мне неподдельную радость. Продлившуюся, впрочем, не слишком долго и смешившуюся раздумьем о том, сколько же еще в Питере таких вот нешумных и малоэтажных улиц, которые мы проходим, не оглядываясь по сторонам, не задумываясь об их истории и ничего не замечая.
Пройду по Абрикосовой, сверну на Виноградную
И на Тенистой (так и и хочется подставить - "Стремянной") улице я постою в тени
Вишнёвые, Грушёвые
Зелёные, Прохладные
Как будто в детство давнее ведут меня они
В нашем доме поселился замечательный сосед
Если честно, то мне если не всегда, то очень часто не везло с соседями. В юности мне доводилось жить в квартирах общих, коммунальных, но там, вопреки бытующим стереотипам, конфликты не то чтобы совсем не возникали, но были редки и не отличались какой-то особенной ожесточенностью.
С переездом в отдельную квартиру стали возникать проблемы с другой категорией жильцов - соседями по подъезду, лестничной клетке, и живущими за стеной в разных измерениях, сбоку и сверху, при этом каждая разновидность соседей вносила свою лепту в создание атмосферу тревожности и дискомфорта для окружающих.
Соседи по подъезду пили, шумели и скандалили, соседи по клетке - пили, скандалили, забывали выносить мусор из квартиры или оставляли его у дверей, а один даже баловался мелким воровством, соседи сверху - пили, шумели, скандалили и заливали, соседи сбоку, наверное, делали все то же самое, но конкретно нам создавали проблемы тем, что громко включали музыку в ночное время. Самыми неприятными из всех оказались соседи сверху; жившая над нами большая и недружная семья была своего рода сгустком или, выражаясь более пафосно, квинтэссенцией всех тех бед, которые влекут за собой пьянство и нездоровый образ жизни. Полубезумная алкоголичка-мать, многократно сидевший отец, великовозрастный дебил-сынок, непутевая дочь и ее сомнительные кавалеры, постоянно орущий ребенок - каждый из этих человеческих типажей, взятый по отдельности, создавал проблемы для окружающих, но собранные вместе (ребенка оставим в стороне - он не виноват, что у него такие родственники), они представляли настоящее змеиное гнездо или, скорее, звериное логово, по сравнению которым пресловутая "Воронья слободка" из романа Ильфа Петрова, что называется, отдыхает. Да, забыл еще добавить собаку... Когда обитатели квартиры, на наше счастье, куда-то исчезали, собака начинала громко выть. Когда они возвращались, собака замолкала, но эстафетную палочку подхватывали сами ее хозяева. Словом, когда мы уезжали оттуда, это был натуральный праздник.
Как будто, в новой квартире наступило долгожданное спокойствие. Дом был новый, квартиры в нем стоили недешево и, стало быть, вероятность появления маргиналов значительно снижалась. Разумеется, и здесь картина была далека от идеала. В одной из парадных жил какой-то сумасшедший отец семейства, который постоянно ругался с домочадцами, и не найдя способ доказать им свою правоту, начинал кричать на весь двор. Впрочем, он, как будто, на время угомонился. Быть может, его госпитализировали? Если так, то хочется верить, что его вылечат - ну, или запрут в психушке если не навсегда, то надолго.
Некоторые соседи в парадной относились к разряду пьющих, и время от времени кто-то из них начинал шуметь. Какие-то соседи сдавали квартиру в аренду, и как-то будто, кого-то из арендаторов зарезали - но скорее всего, это были лишь домыслы. Впрочем, большинство жильцов соблюдали чувство меры: пили, шумели и скандалили не очень сильно, и если даже очень, то не слишком долго. Двое самых пьющих из соседей вскоре куда-то исчезли - один съехал, а второй, по слухам, умер.
Так что и дом, и парадную можно было, как будто, отнести к разряду относительно благополучных - насколько это в принципе возможно в наше сильно непростое время.
На днях я возвращался с вечерней прогулки, ведя собачку на поводу, и мое внимание привлекло необычное оживление, царившее во дворе. Оживление это было окрашено в тревожные тона: карета скорой помощи, полицейский автомобиль, люди в мундирах и уже начавшаяся собираться вокруг толпа свидетельствовали о том, что имеет место быть какое-то происшествие, скорее всего, криминального характера. Так оно и оказалось.
Повинуясь стадному чувству, я влился в гущу толпы и вместе с ней наблюдал, как сначала из подъезда выбежала фельдшерица скорой помощи, характерный для работников ее профессии снисходительно-равнодушный взгляд которой сменился на беспокойный и почти тревожный, а затем сотрудники полиции вынесли носилки с телом незнакомого мне мужчины. У лежащего на носилках были завязаны нога и грудь, причем бинты на груди были в крови, но сам он был явно жив, и даже, как мне показалось, делал попытки что-то сказать или, скорее прокричать. Полицейский, как это обычно и показывают в детективных сериалах, что-то отрывисто и деловито обсуждал по рации. Впрочем, слов я не расслышал, но знакомый старичок, тоже собачник, услужливо подсказал мне: -Слышали, что говорят? Ножевое ранение в грудь! Проникающее!
Оказалось, что он знал и этого мужчину, и подъезд, в котором тот жил - кстати, соседний с моим. Которые (и мужчина, и подъезд) были весьма неблагополучными. К мужчине уже не раз вызывали полицию из-за скандалов и драк, а кроме него, в подъезде жили еще две проблемные семьи, причем в одной из них, как поведал мне старичок, бытовала привычка выбрасывать на улицу и во двор мусор, а особенно пустые бутылки.
Этой информации мне было достаточно, и мы с собачкой отправились, наконец, домой. Позднее я узнал новые подробности случившегося: оказалось, что мужчину порезала в ходе ссоры его сожительница, судя по всему, использовав в качестве оружия кухонный нож - история, увы, вполне тривиальная. Что же с жертвой? Как будто, через-пару тройку дней его уже видели прогуливающимся во дворе под ручку с той самой дамой, которая и нанесла ему "проникающие" (но, судя по всему, не слишком глубоко) ранения.
Подозреваю, что мне еще придется услышать об этой сладкой парочке - опыт показывает, что жизнь ничему не учит подобного рода людей. А соседей своих надо знать - как-никак, они тоже являются частью окружающего мира, ничуть не менее важной, чем улицы, бульвары и набережные.