История женщины из Старого Оскола
Все началось в 1970 году, тогда мне было 13 лет. Я жила в городе, а на каникулы мама отправляла меня в деревню к тетке. У меня там были двоюродная сестра Ира и брат Вова. Ире уже исполнилось 18, она была умница, окончила школу с золотой медалью, поступила в пединститут. Руки у нее были золотые, за что ни бралась - со всем справлялась. Высокая, стройная, красивая - ну просто идеал.
После второго курса Иру вместе с другими студентами направили летом на сельхозработы. Неожиданно у нее начались головные боли, она стала плохо видеть. В итоге врачи признали опухоль мозга и взяли пункцию головного мозга. Спустя несколько часов Ира умерла. Когда ее привезли домой, я была у них. Те три памятные ночи у ее гроба запечатлелись в моей детской памяти на всю жизнь. В доме висели ее огромные портреты чуть не во всю стену. Все плакали, рыдали, а я не могла: считала, что слезы все показные, а истинная боль остается в душе.
А по ночам... Кругом полумрак, у гроба на столе горят свечи. А она в гробу такая прекрасная, ее черные локоны обрамляли белоснежное лицо, на челе красовался венок из ярких цветов, и платье было красивое, под стать венку. Полукругом у стола сидели бабки в черном и пели молитвы. Мама пыталась уложить меня спать в соседней комнате. Но постель была ледяная, словно до меня в ней лежал покойник. Эта мысль меня шокировала, к тому же от постели через двери было видно, что происходит в комнате, где стоит гроб.
Когда Иру похоронили, меня оставили еще погостить у тети. Теперь я спала с Ириной мамой, на ее постели. Я стала спать неспокойно, во сне кричала, вскакивала и, когда тети не оказывалось рядом, стала ходить спящая. Все ночи меня преследовали кошмары.
Один из таких снов я вам поведаю. Пустая комната подвального помещения. В комнате лишь один длинный стол. Я стою у двери. На секунду отвлеклась, глядь, а на столе уже стоит гроб. Из гроба вылезает Ирочка. Я хотела бежать, но дверь была заперта. Стала стучать, кричать, а Ирочка идет по направлению ко мне, все ближе и ближе. Мое сердце сковал ужас. Я стала ее умолять: «Ирочка, оставь меня, не забирай меня с собой, я еще маленькая, мне рано умирать». И проснулась в холодном поту.
Вернулась вскоре в город. Дома было хорошо, но я по-прежнему кричала во сне, ходила по ночам, а утром ничего не помнила.
Однажды легла спать, как обычно, долго не могла уснуть, а перед глазами - Ирин образ. Открыла глаза, глянула в окно, там ярко светит фонарь. Думаю: «Встану, в окно погляжу, отвлекусь от мыслей об Ире и тогда смогу спокойно заснуть». Так и сделала.
Гляжу: посреди двора столб фонарный, а рядом стоит Ирочка в длинной белой рубахе, с распущенными волосами и с венком на голове. Я протерла глаза, но она как стояла, так и стоит. Думаю: «Надо маму разбудить и позвать, пусть посмотрит сама». Мама подошла к окну и говорит: «Там нет никого». Я отвечаю: «Этого не может быть, я сама видела». Она стала успокаивать меня: «Иди ложись, это тебе во сне пригрезилось»...
Шли годы, я становилась старше, страхи и ужасы остались позади. Ирочка больше не пугает меня, наши отношения стали более приятными. Она является мне во сне, мы общаемся, а перед тем, как расстаться, договариваемся, когда снова встретимся. Иногда она меня оберегает от грехов и старается их мне облегчить.
Вот один из снов. Река, я стою на берегу. Вдали лодка ко мне подплывает, там Ирочка, в длинной белой рубахе и в венке. Она протягивает ко мне руку и говорит: «Не хочешь со мной на лодке поплавать?» Я с большой охотой соглашаюсь. Вдруг в воде, за бортом, вижу людские головы, они просят о помощи. Я говорю: «Ир, надо бы помочь людям». Она отвечает: «Это не простая река.
В этой реке должны искупаться все, чтобы с души своей снять грехи. У кого очень много грехов, тот утонет, те, у кого поменьше, обязательно спасутся, но мы не должны в это вмешиваться». Я сижу и говорю: «Значит, я тоже должна искупаться в этой реке? У меня тоже грехи». Она отвечает: «Конечно, и ты должна зайти в воду. Не бойся, зато после твои грехи от тебя отступят, и я здесь для того, чтобы тебе помочь». я пошла в воду. И вдруг замечаю, что стала хромать. Здесь Ира подошла, стала меня поддерживать: «Не печалься, это не смертельно, со временем пройдет, теперь душа твоя чиста. Все свои грехи оставила в реке». Мы сели в лодку и поплыли назад, на тот берег, откуда она меня взяла. Затем распрощались, и я проснулась. Хромоты не было, на сердце было легко, душа пела.