Приветствую друзей и гостей!
«Надо в каждом видеть хорошее!» - Уверяла диснеевская Золушка, характеризуя мачехиного кота. – «Вот у Люцифера, например,….» дальше следовала выразительная пауза - «Ну должно же быть в нем хоть что-то хорошее?!!»…
Как ни странно, именно про кота Люцифера, мелкого гаденыша и пакостника, я вспомнила, собираясь описывать первого героя «Замка Броуди». Почему именно Мэт стал первым? Наверно, потому что в моем рейтинге антигероев-мужчин в романе он на «почетном» первом месте. Отца он обошел только благодаря одному своему качеству. И так же, как Золушка в Люцифере, я в Мэте не вижу ничего хорошего.
Мэтью – старший сын в семье Джеймса и Маргарет Броуди. В глазах общества старший сын – это гордость отца, радость матери, достойный наследник, умница и опора родителей в старости… Соответствует ли этим представлениям Мэтью Броуди?
Мэтью не просто щеголь и франт, как его нам представляет автор в начале повествования – я бы сказала, что он нарцисс, который бесконечно любуется собой, считает себя персоной весьма значительной. «Он сидел без пиджака на кровати, сохраняя такое положение, которое лучше всего позволяло ему видеть себя в повернутом под надлежащим углом зеркале на комоде. и продолжал безмятежно и одобрительно любоваться собой, пуская большие клубы дыма прямо в свое изображение» [1] У Мэтью не самая отталкивающая внешность, и более того, у него уже есть официальная невеста. Для придания еще большего блеска своему образу Мэтью учится играть на мандолине, курит дорогие сигары, особо тщательно следит за своим внешним видом. «- Элегантный покрой, - бормотал он, глядя в зеркало, - в талии сидит прекрасно. Для провинциального портного Миллер шьет замечательно, разумеется, я даю ему указания, да и на такую фигуру шить легко!...» [2]
В бесконечном самолюбовании – разумеется в соответствующей обстановке и при соответствующей публике – Мэтью видит себя словно в кривом зеркале. В нем он молодой человек блестящей наружности, завидный жених, ценный специалист, который вскоре отправится на службу за границу. Но стоит отвернуть зеркало и вернуться в реальность, мы заметим, что на блестящем и гладком отражении образа Мэта все больше трещин.
Да, Мэтью работает. В конторе с бумагами. Выражаясь современными терминами, он – менеджер среднего звена. Качество своей работы он, кстати, характеризует сам «…небольшая неприятность в конторе…Проклятые цифры, они вредно действуют на такой артистический темперамент, как мой. Не понимают меня там, на верфи» [3] Ну то есть перед нами непризнанный гений, работающий спустя рукава. Вместо того, чтобы озадачиться повышением своих профессиональных навыков, Мэт играет на мандолине. С его артистическим темпераментом, наверное, на этом поприще он делает успехи? «Нестройные, фальшивые звуки следовали друг за другом, терзая уши…он вздохнул с грустью, приличной непризнанному гению, но скоро поднял глаза и томимый жаждой похвал, спросил: «А все-таки как у меня звучало?»» [4]
Несмотря на низкое качество своей работы в конторе, Мэт получает жалованье. Не совсем понятно, вкладывает ли он какие-то деньги в семейный бюджет или все тратит только на себя. В любом случае, Мэт в свои двадцать четыре года совершенно не стремится к тому, чтобы как-то увеличить доход и зажить самостоятельной жизнью. Да, у Мэта есть официальная невеста, но жениться Мэт не планирует. «…ему не приходило в голову, что он так близок к алтарю, он вовсе не подозревал истинных размеров власти Агнес над ним» [5] И если бы отец не отправил бы сына на службу в Индию, Мэт так и влачил бы жалкое существование в ненавистной конторе, пока начальство не поставило бы вопрос о его профнепригодности ребром.
В Индии у Мэта появляется возможность заявить о себе. Должность заведующего складом могла стать ступенью в дальнейшей карьере. Увы, и там артистическую натуру Мэта, а еще лень и прогулы почему-то не оценили. «…Я бросил службу, потому что она действовала мне на нервы! …я не выносил проклятого заведующего конторой…если я немножко опаздывал по утрам, засидевшись вечером в клубе, или если иной раз пропускал день, когда получал какое-либо приглашение, он становился просто невыносим» [6]
Эгоизм – второе имя Мэтью. Он эгоистичен абсолютно ко всем и во всем. Все поступки Мэта продиктованы исключительно его желаниями и непомерными амбициями.
Мэри он удостаивает своего общества не потому, что ему нравится общаться с сестрой или он ценит ее отношение и помощь, а «исключительно потому, что она выходила к нему навстречу в те вечера, когда он возвращался поздно, и провожала по неосвещенной мрачной лестнице до его спальни…этот достойный восхищения молодой человек…боялся темноты» [7] Трагедия самой Мэри брата ничуть не трогает, когда он узнает об этом. «-Ах, да, я слышал насчет Мэри. А куда она девалась после этого маленького происшествия? – Он хихикнул» [8]
Мэт никогда и ничего не покупает близким. Из экзотической Индии он не привозит даже магнитика пустяшной мелочи. 40 фунтов Мэт бездумно растрачивает в поездке, не подозревая, в каком тяжелом материальном положении находится семья, а когда ему станут необходимы деньги, он просто украдет их у матери (как и ее часы), пользуясь ее слепой любовью к нему. Украдет подло, открыто, восхищаясь собственной артистичностью.
Показателен момент, когда Мэт ужинает вкусной треской, приготовленной специально для него, младшая сестра замечает: «- Везет же некоторым! Нам сегодня не давали трески. Мэт оскорбленно посмотрел на нее и предусмотрительно положил в рот последний кусок рыбы. – Если бы я знал Несси, я бы тебя угостил. Отчего же ты не сказала раньше?» [9] После смерти матери Мэт не делает ровно ничего, чтобы поддержать младшую сестренку и грубо обрывает ее, когда Несси умоляет взять ее с собой к новому месту службы. Новая должность за границей может быть предоставлена только женатому человеку, и Мэт не задумываясь, уводит женщину отца.
Мэтью нравится быть в центре внимания, нравится, когда им восхищаются. Но если до отъезда в Индию восхищенная публика ограничивалась матерью, сестрами и невестой, но после возвращения, приобретя «уникальный» опыт в барах, притонах и за бильярдным столом, Мэт показывает себя во всей красе. Так, едва ли ни сразу после возвращения домой, он идет кутить по барам, просаживая украденные у матери деньги. Выиграв в бильярд, «он до небес превозносил свои таланты, и чем больше он пил, тем больше раздувалось в нем глупое тщеславие…он уже считал себя лучшим игроком в Ливенфорде, в Шотландии, во всем Британском королевстве…И с какой стати его хотели унизить, спихнув его в какую-то контору, когда он так блестяще играет в бильярд?» [10]
Вместо того, чтобы после позорного возвращения домой из Индии искать работу и помочь семье, Мэтью ведет уже ставший для него привычный разгульный образ жизни и мечтает снова уехать за границу. Живет он при этом на деньги отца, беззастенчиво пользуясь слепой любовью матери. А кстати, благодарен ли он родителям? Увы, благодарность в принципе не входит в число достоинств нашего замечательного во всех отношениях джентльмена. Отца он боится, а мать использует, жестоко играя на ее чувствах и вспомнит о ней добрым словом, только при известии о ее внезапной смертельной болезни. Вспомнит… да и забудет.
Итак, перед нами самовлюбленный жестокий эгоист, лишенный доброты и сострадания. Человек, который добивается дешевой популярности, у которого единственное, что получается хорошо – прожигать жизнь и беспринципно использовать тех немногих близких людей, которые его любят. Но вишенкой на торте в этой замечательной характеристике, безусловно, станет трусость. Мэт – трус. Он боится отца. Боится до дрожи в коленках, сиплого голоса и невнятного лепетания. Единственный раз (и то в сильном подпитии!) Мэт угрожает отцу с оружием в руках, но быстро сдается. Автор применяет весьма интересный прием, характеризуя это качество Мэта. В самом начале он показывает, как Мэт появляется в доме (и впервые перед читателем) «…в кухню вошел молодой человек…с неуверенным, бегающим взглядом…он как-то бочком уселся за стол, словно не замечая никого из присутствующих, молча взял из рук матери чашку чая и принялся за еду…» [11] Мэт старается быть как можно менее заметным. Он не здоровается с членами семьи и на вопросы матери отвечает сначала только кивком головы, а потом полушепотом и короткими фразами. Он чувствует угрюмый взгляд отца, устремленный ему в спину. А вот как Мэт покидает дом Броуди уже навсегда «Мэт…в безмолвном страхе наблюдавший за действиями отца, теперь беспокойно зашевелился…наконец....он решился на одну быструю секунду коснуться лица Боруди, сидевшего рядом…Броуди за ним не следил…успокоенный этим, Мэт рискнул ступить одной ногой вперед…и наконец шмыгнул вон из кухни» [12] Это не был самый последний вечер Мэта в доме отца, но ни последующий диалог с Несси, ни сам отъезд уже не скажут читателю ничего нового.
Трусость Мэта заметна во многих его поступках. И кстати, боится он не только отца, хотя это безусловно, главный страх в его жизни. Боится он и цельных достойных людей, и своей неуверенности – поэтому для того, чтобы стать душой кампании, ему необходимо выпить – боится взять на себя ответственность за собственную жизнь. С людьми, которых он не боится (а их не так уж и много!) Мэт начинает компенсировать свое унижение трусостью, относясь к ним пренебрежительно-потребительски. И в этом потребительско-пренебрежительном отношении он достойный сын своего отца.
Можно было бы справедливо заметить, что Джеймса Броуди боится не только Мэт. Но трусость Мэта совершенно особенная. В его характере нет ничего, что позволило бы сопротивляться давлению отца: ни гордости, ни чести, ни профессионализма, ни милосердия… И сам Броуди это тоже чувствует. Его характеристики сына уничижительны, но при этом абсолютно справедливы «…Всегда ты собираешься что-то сделать. Никогда не услышишь о том, что ты уже сделал…Ты – первый Броуди, которого люди называют трусом, и клянусь Богом, они правы. Ты презренный трус и мне стыдно за тебя!» [13]
С Мэтом мы расстаемся, когда он снова уезжает (на этот раз в Америку) с Нэнси.
Способна ли любовь изменить человека? Способна. Проблема в том, что сам Мэт на любовь к кому-то кроме себя не способен. Да и не встретилось на его пути достойной любви. Слепая любовь матери и Агнес провоцируют только самые худшие свойства характера Мэта. Нэнси его привлекает, в первую очередь, в контексте мести отцу. Любовь самой Нэнси к Мэту, очевидно, носит временный характер. Мэт будет использован ею как трамплин в лучшую жизнь, и отброшен, как был отброшен его отец. Читателю понятно, что будущее Мэтью Броуди с большой долей вероятности будет весьма печально.
И все-таки, в чем же Мэт для меня отвратительнее отца? Помните знаменитый диалог милиционера под прикрытием и управдома Варвары Сергеевны из фильма Л. Гайдая «Бриллиантовая рука» (1968 г.)
«— И что же, все эти десять лет он пил, дебоширил и, так сказать… морально разлагался?
—Ну, нет! Вы знаете, всё это время он искусно маскировался под порядочного человека. Я ему не верю».
Так вот – Джеймс Броуди – монстр. Но он не притворяется. И он не трусит. Он кошмарен в своем поведении и отношении к людям, но не скрывает этого. Не притворяется. Мэтью при необходимости маскируется под порядочного человека и именно этим для меня отвратителен больше....
Продолжение следует. Всем мира, добра и до новых встреч!
Ссылки приводятся по книге А. Кронина «Замок Броуди» М. «Правда» 1990 год.
Иллюстрации в статье из свободного доступа в интернете.
Текст данной статьи Ю. С. Воронцова (копирование текста без ссылок запрещено)
[1] А. Кронин «Замок Броуди» стр. 37
[2] там же стр. 40
[3] там же стр. 39
[4] там же стр. 390
[5] там же стр. 87
[6] там же стр. 311
[7] там же стр. 41
[8] там же стр. 315
[9] там же стр. 334
[10] там же стр. 350
[11] там же стр. 31
[12] там же стр. 469
[13] там же стр. 321,323