Еще на заре основания США гениальный Бенджамин Франклин произнес фразу, ставшую фактической сверхзадачей будущей сверхдержавы: «Америка – последняя и самая светлая надежда человечества»
С тех с разной степенью успеха США оказывают практически всегда решающую поддержку нациям и силам стоящим (хотя бы на словах) на стороне ценностей европейской цивилизации, неосторожно названных общечеловеческими.
Что сегодня творит американская власть и законноизбранный (аж дважды) и до сих пор поддерживаемый огромной массой американцев президент тромб Трамп идет в разрез со всей историей США, с заявленной еще столетия назад миссией.
Случайный сбой? Можно ошибиться раз, даже два (я об избрании недееспособного Байдена) но три – это уже системная ошибка.
О ее природе и , соответственно, путях преодоления спорят сегодня западные политологи.
Большинство утверждает, что причиной является следование в продвинутый постиндустриальный век устаревшей модели демократии. Это же дает повод популистам стран периферии экспериментировать с различной степенью лишения населения гражданских прав вплоть до полной их отмены.
Идеи элитарности власти, в лучшем случае в формате меритократии становятся политическим мейнстримом.
Два слова о меритократии, говоря по простому – власти лучших (наиболее достойных).
Еще в прошлом веке в меритократии усматривали хороший способ устранить бюрократию в ее негативных проявлениях и своего рода подспорье демократии в обществе равных возможностей. Одним из самых ярых сторонников меритократии как социальной модели был хитроумный Збигнев Бжезинский.
Спора нет, власть самых качественных - это было бы прекрасно. Дьявол в деталях – каковы критерии отбора этих «качественных»? В условиях капиталистического общества таковой сразу касается в глаза и кажется безальтернативным – степень богатства и, соответственно, сумма уплачиваемого в государственный «общак» налога.
«Так давайте так и поступим» – говорят финансовые воротилы по обе части океана. Условно: платишь 1000$ налогов – один голос на выборах, 10 000 – десять. Ну а миллион... тысяча, если не ошибаюсь.
«Стоп! Это уже не меритократия, а олигархия. Более того, таковая уже сейчас реально правит страной и она-то и является причиной сегодняшнего кризиса!» – предупреждает известный американский политолог и телеведущий, главный редактор журнала «The Nation» Крис Хайес.
И проблема такой меритократии в ее недостаточной меритократичности ввиду однобокости критерия отбора.
«В реальности, – пишет он, – наша меритократия провалилась не потому, что она слишком меритократическая, а потому что на практике она вовсе не такая уж меритократическая».
Утверждение финансовой «немеритократической меритократии» стало ощущаемо в начале нового века по мере роста имущественного неравенства и всё более явного влияния финансовой олигархии в демократические механизмы.
Причем не первый срок Трампа и последовавшие потрясения типа штурма Капитолия стали индикатором подмены демократии, а избрание Байдена, когда финансовая элита впервые открыто «расчехлилась» и поставила во главе страны откровенную марионетку.
В своей работе «Сумерки элит: Америка после меритократии» (2012 г.) Хайес даже акцию «Оккупай Уолт-Стрит» рассматривает как публичную дележку власти между финансовой и промышленной олигархией (помните тезис национал-социализма о неизбежности противостояния производительного и паразитического капитала?) при полном забвении всех демократических правил и традиций.
Недоверие к власти возникшее на фоне всё больше имущественного разделения подогревалось и чередой скандалов и ошибок финансовой меритократической недоэлиты, включая глупости про оружие массового поражения у Саддама Хусейна.
Ну и, конечно, Байден. Попытка удержать полного старца еще на 4 года и последующая его скоропалительная замена на какую-то женщину (хотелось написать – на первую попавшуюся в коридоре) явно обозначили отрыв «теневого правительства» как от общества, так и от реальности.
Хайес так объясняет стремительную деградацию дорвавшейся до полноты власти недо-меритократической элиты:
«Неравенство, порожденное меритократической системой, неизбежно станет настолько большим, что свернет механизмы вертикальной мобильности.
Те, кто залез по лестнице достаточно высоко, найдут способ вытянуть ее за собой наверх или избирательно спускать ее вниз для своих друзей, союзников и родственников, чтобы те могли вскарабкаться наверх. Иными словами, всякий, кто говорит “меритократия”, говорит “олигархия”».
И дальше:
«Вот вам парадоксальный итог нескольких десятилетий провалившегося процесса продуцирования меритократии: по мере того, как американское общество становится более элитистским, оно производит на свет худшего качества элиту»
Собственно, несменяемость финансовой элиты (состава кланов основных держателей капитала) куда более фундаментальна чем даже цезаризм кружка друзей Путина, пусть и правящих четверть века, но зато ограниченных сроком жизни первого лица. Капитал же в отличие от публичной власти имеет легитимный механизм наследования (случай неограниченной монархии рассматривать не будем за неактуальностью в современную эпоху)
Постепенное осознание вечности такого порядка вещей «разогревает» общественное недовольство, а понимания, что тобой откровенно манипулируют и кто-то внешний определяет твоё место (а так же вечно будет определять удел твоих детей и прочих потомков) в этой жизни вызывает естественный протест.
Протест этот проявляется в охотном участии в различных массовых беспорядках праздниках непослушания, голосовании «назло» за самого сумасбродного кандидата, лишь бы не пришитого суровой ниткой к золотому сапогу олигархии и т.п.
Автор резюмирует:
«Тело американской политики больно. Тот самый 1% продолжает отрываться по доходам и образу жизни от остальных американцев, кризис продолжается, а люди все меньше доверяют властям, причем не просто властям – в смысле конкретной действующей власти, – люди не верят, что власти компетентны. То есть «элита провалилась»
И дальше:
«Вот вам парадоксальный итог нескольких десятилетий провалившегося процесса продуцирования меритократии: по мере того, как американское общество становится более элитистским, оно производит на свет худшего качества элиту»
Выводы? Надо менять критерии «избранности», запустить иные лифты в состав элиты кроме финансового подъемника.
«Мое предложение по коррекции излишнего влияния нашей экстремальной версии меритократии довольно просто: сделать Америку страной большего равенства».
Материального равенства в первейшую очередь.
В общем, как ни крути, приходим к одной и той же конструкции: демократической (в смысле гарантии решающего слова нации) политически и разумно-социалистической экономически.