часть 36 предыдущая глава
Вера наблюдала за Семёном через окно своего дома. День сегодня такой яркий, солнечный, но ветреный, и ветер холодный. Ей совсем не хотелось на улицу, хотя у них во дворе не дуло. Над головой крыша, по бокам железо и живая изгородь из винограда и цветов. Вера перевела взгляд на свой виноград: пора собирать. В этом году он мелкий, не хватило тепла, но зато его много. Очень много! А куда его девать?
Вера перешла к другому окну и посмотрела на одинокий дом напротив. Стоит холодный и пустой. За забором могли быть слышны детские крики, из калитки мог выбегать Юра и Руслан. Лучше не надо выбегать, - подумала бабушка, - дорога совсем близко, машин всё больше и больше с каждым годом. Откуда у людей деньги?
- Вер, - позвал её из прихожей Семён. - Поди сюда, дай сдачи.
- Сколько?
Семён назвал сумму, жена быстро вынесла ему деньги. Вернулся довольный и немного продрогший.
- Ну и ветрище! - потирал он руки. От него пахло 76-м бензином, большие, обветренные руки испачканы машинной смазкой, этими же руками он передал жене деньги, а сам пошёл умываться, рассказывая по пути и из ванной, кто приезжал - новый клиент. Постоянные рекомендуют.
- Сарафанное радио работает! - вернулся он к жене с полотенцем на мокрых руках.
- Семён.
- А?
- Юрик проболтался на днях...
Семён в лице изменился, бросил влажное полотенце на первое, что увидел, на холодильник. Теперь у них два холодильника, один на кухне, другой в этом коридорчике, одного уже не хватало, так много Вера покупала продуктов.
- Его родители дом или квартиру ищут. Деньги, что ли, мать прислала?
- Я не знаю! Я к ним не лезу! - задёргался Семён. Его достала тема с домом напротив, достала Вера со своей навязчивой идеей переселить туда дочь с семьёй. Вот не хотел он брать этот дом, встал он ему и Вере как кость поперёк горла.
- То есть от нас она не готова принять нормальный дом... - осуждающе, с невыразимой обидой в голосе обращалась Вера к мужу. - От его матери, пожалуйста! Ещё и в ноги поклонится. Она видела её один раз в жизни, и то её прогнали. Та бабушка ни разу не видела и ничем не помогала внукам, даже когда болел Руслан. А Анисья готова принять от неё деньги! А от нас ничего не хочет брать.
- Не придумывай! Они нормально сейчас живут, не нуждаются, Мурад вкалывает за троих, ты видела, как он похудел? - усмехнулся Семён.
Вера покачала головой: не видела и не хочет видеть.
- Анисье скоро рожать.
- Я знаю.
- Вот они и торопятся скорее материны деньги пристроить.
- Откуда ты знаешь, чьи деньги они хотят пристроить? Зять без выходных почти вкалывает на стройке. Знаешь, как уже наловчился? За ним очередь стоит кирпичи класть. Отличный из него каменщик вышел, кто бы подумал.
- И всё равно он перекати-поле! Сейчас она родит, он опять взбрыкнёт, и к своим уедет на месяц, на два. Или новую работу искать, денежнее, лучше...
- Никуда он не поедет, у него и здесь всё хорошо.
- Ты уверен? - посмотрела на него жена. Семён почесал макушку. - Что его тут держит? Анисья — дурёха? Двое пацанов? Когда они его держали на месте?
- Время было другое, жили они, сама знаешь где. А работы везде не было.
- Никогда не поверю в это.
- Ну это твои проблемы, - махнул на неё рукой муж и хотел уйти. Не любил он эти разговоры, в конце ещё крайним оказывался.
- Семён! - остановила его Вера.
- Ну чего?
- Поговори с ним, - молила Вера.
- С кем?
- С зятем.
- Да не буду я лезть к ним, пусть сами! - Семён выдернул свою руку из цепкой руки жены.
- Нет! Ты поговоришь с ним! И убедишь его! Угрозами или заставь его, но ты должен!
- Ничего я уже никому не должен! Закрыл все свои долги.
- Анисья — единственная наша дочь! А если он вздумает опять увезти её куда-нибудь, когда родиться третья? Трудно станет, квартиру не смогут оплачивать, и что тогда? Ни дочери, ни внуков нам не видать?
- Да с чего ты выдумала?
- Семён, ты уговоришь его перейти в этот дом! Деньги свои лучше на ремонт потратят, чем купят какую-нибудь хибару подальше от нас. Думаешь, у них хватит средств на нормальное жильё?
- Так помоги им! Добавь.
- Я и так уже вложила немало, - Вера кивнула на окно, откуда была видна крыша дома напротив, остальное скрывал высокий забор. - И так всю жизнь положила на воспитание единственной дочери. Сколько терпела, - она перевела усталый взгляд на мужа. Семён не выдержал, опустил глаза. - Прощала! Верила! И что она? Я ради неё... Семён, ради дочки я чуть калекой не осталось, - Семён ещё ниже понурил голову. - Столько раз ты мог свернуть мне шею? А я прощала, потому что у Анисьи должен быть отец, достойное будущее. Но видишь, как получилось. Тоже из-за тебя! Если бы ты тогда не отметелил её за дурацкую поездку... Господи, Семён, что же у тебя было в голове?
- Я не знаю, - отворачивался и жмурился Семён. Стыдно до боли в одном месте. Хоть снова запей, но уже не лезет, не хочется, даже по праздникам не тянет.
- Видишь, всего один поступок, может перечеркнуть добрые дела и намерения нескольких человек. Она перестала нам верить.
- Сколько времени прошло?
- Сколько бы ни было! Семён! Или ты уговоришь его! Объяснишь, глупому барану, что не только о себе думать уже надо. Либо... - Вера выпрямилась, подняла голову и смотрел на него не моргая.
- Либо? Что?
- Пойдёшь сам туда жить? - указала она большим пальцем себе за плечо. - Молодость мою угробил, так хоть на пенсии и перед нею поживу тихо, спокойно.
- Ты не в себе сегодня? - нахмурился Семён.
- Со мной всё в порядке. Просто надоело! У тебя вон всё хорошо - дело живёт, денежки ручейком текут. Дочка сама по себе, сторонится меня, в рот заглядывает своему пастуху горному, внуков к нам не пускает...
- Кто? Анисья? Ты же сама! Сама вечно ворчишь на Руслана и Юру...
- Ничего плохого я им не делаю, воспитываю, как Анисью в своё время. Я тебя предупредила! Это мой дом, - она указала в пол перед собой, - а там твой! - она снова указала пальцем через плечо. - По документам и так. Живите, как хотите ты и твоя дочь неблагодарная, а я тут сама как-нибудь, потихонечку.
- Да уж не "как-нибудь", - усмехнулся Семён. - У тебя только самолёт в гараже не стоит, а так всё есть.
- Тот дом тоже не плох, сколько лет я с ним вожусь? А зачем? Вот и вся моя жизнь! Стараюсь, стараюсь, терпела побои, а зачем?
Семён, раздувая ноздри, выдохнул и стиснул зубы.
- Я не шучу, Семён! Думаешь, я не знаю?.. про Север твой...
У него аж дыхание перехватило, он отскочил он жены к самому дверному проёму на кухню. И всё равно ощущение было такое, что Вера задавливает его в этом маленьком полутёмном коридорчике.
- Хотя бы на стрости лет могу пожить, порадоваться жизни, глядя на своих внуков и внучку? Видя, как живёт моя дочь, что у неё всё хорошо. Лучше всего ей будет рядом с нами. Так что поговори с ним. Его Анисья послушает.
- Думаешь, что болтаешь? - постучал себе по виску Семён. - Что скажет дочка и внуки, когда мы вот так разъедемся? - Семён даже в мыслях пока не допускал, как будет уговаривать зятя. Он не собирался.
- Она ребёнком просила меня об этом, а сейчас, когда стала взрослой, поймет, не осудит. Особенно когда узнает...
- Вера! - вскрикнул Семён. - Что ты вечно всё вспоминаешь?
- Я от тебя 15 лет получала тумаки! Ты с вахты возвращался от другой бабы и давай меня лупить...
- Не сочиняй!
- Тебе письмо от неё приходило, показать? И дочке покажу, если понадобиться. Тебя там ждали, а ты остался... Если бы не пил, да Семён?
Он схватился за голову.
- Ты его защищаешь, ты его восхваляешь, ты его сравниваешь... не дай бог, с собой! Ты его и уговоришь! Понял меня?
- Нет! - всё ещё сопротивлялся Семён.
- Как хочешь, - Вера первая покинула маленькое пространство, где распинала мужа. А он стоял и губами шевелил: сколько же он натворил в жизни? И сколько бы хорошего ни делал до конца своих дней, всё равно не перекроет счёт перед семьёй и женой.
Книги автора: "Из одной деревни" и "Валька, хватит плодить нищету!" на ЛИТРЕС
Семён всё таки обратился к зятю. Поначалу спрашивал, про ближайшее будущее, про третьего ребёнка. Всё уже знали, будет девочка. Анисья пребывала в некоем блаженстве, с тех пор как узнала, что будет дочь. Она мечтала о ней с самой первой беременности вот и дождалась. Мурад просто пахал, и неважно, кто у него родится, он зарабатывал деньги, пока получалось, о будущем не думал. Семён напомнил зятю, что у него растут сыновья, Юра уже в шестом классе. Что его ждёт лет через пять, когда окончит школу? Чем родители ему смогут помочь? У самих за душой ни кола ни двора. Куда приведут сыновья своих невест знакомиться с родителями, в чужой дом? И сами всю жизнь потом по чужим квартирам будут мыкаться. Надеяться им будет не на кого, потому что родители...
- Мы планируем и присмотрели уже дом.
- Что вы присматриваете? Опять землянку в деревне какой-нибудь?
- Чуть дальше отсюда, но на что хватает. Школу Юра не бросит, не волнуйтесь. Оттуда ходит автобус три раза в день. Там и хозяйство держать можно, нутрий ещё больше!
- Опять Анисью в скотники, а сам в город на работу?
Семён прижимал к стенке зятя, как Вера зажала его тогда. Он обдумал всё, обмусолил десять раз и понял, права она! Во всём права: нет будущего у семьи дочери - это её выбор, но пусть оно будет хотя бы у внуков.
- Ты мужик умный, работящий и найдёшь куда приметить материны деньги... - начинал Семён в другой раз.
- А при чём тут моя мама?
- Ну, как? Разве не с её помощью? Анисья, как-то говорила.
- Да, она хотела бы нам помочь, и брат мой тоже, но у них не получается. Нет возможности. Дом не продаётся. Мы сами откладывали, что-то в кредит возьмём.
- Теперь ещё и кредит, - усмехнулся Семён. - А целый дом пустой.
- Так это не наш дом.
- Так сделай его своим! Доведи до ума! Вера одна там старается, у меня уже ни времени, ни сил нет, ещё и с вами тут. Переделай, перекрои, под себя, так, чтобы жене и детям было хорошо! Ты же мужик с руками и с головой, - тесть постучал по своему виску пальцем.
Мурад задумался. До этого он даже мысли не допускал, чтобы перебраться совсем близко к родителям жены.
- И деньги на пользу, и без кредитов в банке на 50 лет! Оставить потом будет кому. У вас трое детей.
Мурад долго помалкивал. После поездок с тестем на рынок возвращался домой задумчивый, раздражённый. Беременная жена сто раз ему уже намекнула: как было бы здорово, если бы этот дом, где они сейчас живут, уже обжились, даже перевезли мебель свою из села и большого дома. Как было бы здорово, если бы его продавали и они смогли бы его купить. Но дом этот не продают, суммы на покупку у них всё равно бы не хватило даже на 10 часть, так что они мирились с тем, что снова переезжать в сельскую местность. Всего в 40 километрах отсюда.
- Твой отец говорил, - начал осторожно Мурад, - второй дом тёща уже не тянет, и у него времени нет.
- Ты хочешь им помочь? Будет здорово! - обрадовалась Анисья. - Они много раз нас выручали, вот и наше время пришло.
- Они хотят бросить...
- Что?
- Продать или поменять его. Устали уже.
- Отличный дом, они хорошо возьмут за него. В детстве мы играли во дворе у Кати, обливались водой летом. Это дом моей школьной подруги, ты знал? Сначала она уехала в Питер учиться, потом родители за ней. Интересно, как она там? - задумалась Анисья.
- Тесть предлагает нам...
- Нам его выкупить? У нас не хватит, возьми мы три кредита в банке. Нам никто и не даст, - расстроилась Анисья.
- Нет, перебраться туда. Не покупать.
- Папа?
- Да.
- А ты? Что ты ответил?
- Пока ничего, но он постоянно об этом говорит.
- Было бы здорово, - грустно отвечала Анисья. - Но боюсь, мы не уживёмся так близко.
- Ты ведь не хочешь уезжать отсюда?
- Нет, - с болью в голосе ответила Анисья и посмотрела на свой большой живот. - И мальчика тут хорошо, и нам с малышкой...
- Тогда... может...
Анисья очень неуверенно посмотрела на мужа.
- Я их дочь, мне будет легче, а тебе?
- Думаю, они уже не будут лезть к нам, у нас своя семья, мы столько лет вместе.
Анисья была не против, мальчики обрадовались, Юра больше всех.
- Я каждый день после школы буду к деду в гараж бегать!
Но радости или волнения от скорого переезда в лучшее место, в собственный дом, Анисья почему-то не испытывала. Постоянное напряжение от ощущения, что они приняли неправильное решение. Главное, они сделали это вместе, она не уговаривала Мурада и не заставила, он сам согласился.
У меня сегодня не будет доступа к компьютеру, сразу опубликовала следующую главу. 37 глава уже в ТЕЛЕГРАМ
продолжение _____________