— Наташа приехала? — спросила женщина в белом халате, высунув голову из кабинета.
— Да, я здесь, — откликнулась Наталья, снимая пальто в коридоре больницы. — Извините, что так поздно, пробки на дороге страшные.
— Ничего, мы привыкли, — улыбнулась медсестра. — Проходите к Алексею Петровичу, он в своем кабинете.
Наталья кивнула и направилась по знакомому коридору. Вот уже полгода она привозила мужу обеды в больницу, где он работал хирургом. Володя всегда говорил, что столовская еда ужасная, а дома готовить некогда. Наталья не возражала, ей нравилось заботиться о нем, хотя дорога через весь город отнимала много времени.
— Добрый день, — поздоровалась она с молоденькой медсестрой, которая сидела за компьютером в ординаторской.
— О, добрый день! — девушка подняла голову и как-то странно на нее посмотрела. — Вы к Владимиру Сергеевичу?
— Да, как обычно. Обед принесла.
Медсестра молчала несколько секунд, явно что-то обдумывая.
— А вы... простите, а вы кто ему? — спросила она наконец.
Наталья удивленно подняла брови.
— Как кто? Жена, конечно. А что?
Лицо девушки вытянулось.
— Жена? — переспросила она тихо. — Но ведь... Я думала, вы...
— Что вы думали? — Наталья почувствовала, как что-то холодное кольнуло в груди.
— Ничего, ничего, — поспешно замахала руками медсestра. — Я ошиблась, наверное. Проходите, он в кабинете.
Но Наталья не пошла. Она села на стул рядом с девушкой.
— Нет, подождите. Объясните, что вы имели в виду? Почему вы так странно на меня смотрите?
— Да ничего особенного, — девушка явно нервничала. — Просто... Владимир Сергеевич никогда не рассказывал, что женат. Мы думали, он холостяк.
— Холостяк? — Наталья почувствовала, как у нее перехватило дыхание. — Как это холостяк? Мы же семь лет вместе живем!
— Семь лет? — медсестра уставилась на нее во все глаза. — Но он же...
— Что он? — настойчиво спросила Наталья.
— Ой, да ничего, — девушка схватилась за голову. — Я, наверное, что-то перепутала. Лучше сами с ним поговорите.
— Нет, — твердо сказала Наталья. — Сейчас же объясните, что происходит. Что вы знаете о моем муже?
Медсестра помолчала, потом вздохнула.
— Хорошо. Только не говорите, что я вам рассказывала. Дело в том, что Владимир Сергеевич... Он встречается с кем-то. И серьезно встречается. Уже больше года. Все в больнице об этом знают.
Наталья почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— С кем встречается? — прошептала она.
— С Мариной Владимировной, нашей заведующей лабораторией. Она тут работает лет десять, очень хороший специалист. Они даже вместе в отпуск ездили месяц назад, в Турцию.
— В Турцию? — Наталья вспомнила, как Володя месяц назад уезжал на конференцию в Москву. Целую неделю был в командировке. — Но он же был на конференции...
— Какой конференции? — удивилась медсестра. — Нет, они отдыхали. Марина Владимировна всем фотографии показывала. Они там на пляже были, в ресторанах... Как влюбленная парочка.
Наталья закрыла лицо руками. Господи, что же происходит?
— Послушайте, — сказала она, стараясь говорить спокойно. — А где сейчас эта... Марина Владимировна?
— В лаборатории. Хотите, покажу, где она находится?
— Покажите.
Они вышли из ординаторской и пошли по коридору. Наталья чувствовала себя как во сне. Неужели все эти годы Володя ее обманывал? Неужели она была такой слепой?
— Вот сюда, — медсестра показала на дверь с табличкой "Лаборатория". — Только вы там осторожнее. Марина Владимировна женщина непростая.
Наталья кивнула и постучала в дверь.
— Входите, — раздался голос изнутри.
Наталья вошла и увидела высокую стройную женщину лет сорока с короткой стрижкой. Та сидела за столом и что-то писала в журнале.
— Добрый день, — сказала Наталья. — Вы Марина Владимировна?
— Да, я. А вы кто? — женщина подняла голову и внимательно на нее посмотрела.
— Меня зовут Наталья. Я жена Владимира Сергеевича Петрова.
Лицо Марины изменилось. Она медленно отложила ручку и откинулась на спинку стула.
— Жена? — переспросила она с усмешкой. — Интересно. А он знает, что вы себя так называете?
— Как это знает? — опешила Наталья. — Конечно, знает! Мы живем вместе седьмой год!
— Живете вместе, — кивнула Марина. — Это я знаю. Володя мне рассказывал про свою квартирантку. Говорил, что очень удобно, когда есть кто-то, кто готовит, убирает, стирает. За символическую плату.
— Квартирантку? — у Натальи потемнело в глазах. — Какую квартирантку?
— Ну вас, — равнодушно сказала Марина. — Володя рассказывал, что после развода снимал комнату женщине, которая осталась без жилья. И эта женщина оказалась очень хозяйственной. Готовит, убирает, даже обеды на работу носит. Удобно же.
— Но мы... — Наталья не могла поверить в то, что слышит. — Мы же спим в одной кровати! Живем как муж с женой!
— Спите в одной кровати? — Марина подняла брови. — Странно. Володя говорил, что у вас отдельные комнаты. И что никаких романтических отношений между вами нет. Просто деловое сотрудничество.
— Он так сказал? — прошептала Наталья.
— Именно так. Более того, он жаловался, что вы иногда пытаетесь претендовать на большее, но он вас аккуратно осаживает. Говорил, что не хочет давать ложных надежд.
Наталья опустилась на стул. Ноги больше не держали.
— Но как же... — начала она и замолчала.
Как же что? Как же их совместные завтраки и ужины? Как же поездки на дачу? Как же вечера перед телевизором? Неужели все это время он только играл роль?
— Вы его любите? — вдруг спросила Марина.
— Что? — Наталья подняла голову.
— Володю. Вы его любите?
— Конечно, люблю, — ответила Наталья автоматически. — Он же мой муж...
— Но вы не муж и жена, — мягко сказала Марина. — Это же понятно. Скажите честно, когда вы последний раз были у него на работе на корпоративе? Или встречались с его друзьями? Когда он вас кому-нибудь представлял как жену?
Наталья думала, думала... И не могла вспомнить ни одного случая.
— А знаете, — продолжала Марина, — когда мы с ним начали встречаться, я спросила про вас. Он сказал, что вы добрая женщина, которой он помогает. Что у вас нет мужа, детей, и вы очень одиноки. Что ему вас жалко, и поэтому он позволяет вам жить у него и заботиться о нем. Как о благотворительности речь шла.
— Благотворительности? — Наталья почувствовала, как внутри все переворачивается от унижения.
— Именно. Он говорил, что вы очень привязаны к нему, и он не хочет ранить ваши чувства резким разрывом. Поэтому действует постепенно. Мол, скоро вы сами поймете, что пора съезжать.
— Сами пойму? — Наталья встала. — А он сам не может сказать?
— Видимо, не может. Володя мужчина мягкий, не любит конфликтов. Надеется, что все само собой рассосется.
— Само собой, — повторила Наталья. — Семь лет своей жизни, значит, само собой рассосутся.
— Семь лет? — Марина нахмурилась. — Но Володя говорил, что вы живете у него года три, не больше.
— Семь, — твердо сказала Наталья. — Ровно семь лет назад мы познакомились в кафе. Он подошел ко мне, сказал, что я ему понравилась. Стал ухаживать. Через два месяца предложил переехать к нему.
Марина помолчала.
— Может, он просто... не хотел меня расстраивать? — предположила она не очень уверенно. — Может, приукрасил ситуацию?
— Или может, он мне семь лет врал, — сказала Наталья. — А вам рассказывает сказки про благотворительность, чтобы не выглядеть подлецом.
В дверь постучали.
— Марина, ты тут? — послышался знакомый голос.
Наталья обернулась. В дверях стоял Володя с букетом роз в руках. Увидев ее, он побледнел.
— Наташа? — пробормотал он. — Ты что тут делаешь?
— Обед принесла, — сказала Наталья, не сводя с него глаз. — Как обычно. Вот только узнала кое-что интересное.
Володя посмотрел на Марину, потом снова на Наталью.
— О чем вы говорили? — спросил он осторожно.
— О нас, — ответила Наталья. — О наших отношениях. Марина Владимировна рассказала мне, кто я такая в твоем понимании.
— Наташа, это не то, что ты думаешь, — начал Володя, но она его перебила.
— А что я думаю? Я думаю, что ты семь лет делал из меня дуру. Позволял мне верить, что мы семья, что у нас общая жизнь, общие планы. А сам рассказывал любовнице, что я твоя квартирантка, которой ты из жалости разрешаешь у себя жить.
— Любовнице? — Володя дернулся. — При чем тут...
— При том, что я все знаю! — выкрикнула Наталья. — И про Турцию знаю, где ты был вместо московской конференции! И про то, что ты год встречаешься с Мариной Владимировной!
Володя молчал, держа в руках букет.
— Володя, — вмешалась Марина, — может, стоит все объяснить? Честно объяснить?
— Что объяснять? — Наталья всхлипнула. — Все и так ясно. Семь лет я была для него прислугой, которая еще и в постель ложилась по первому требованию. Удобно, правда? Дома порядок, еда готовая, белье постиранное, а на стороне настоящая любовь.
— Наташа, послушай... — начал Володя.
— Не хочу слушать! — отрезала она. — Хватит! Семь лет слушала твою ложь, теперь довольно.
Она развернулась и направилась к двери.
— Наташа, постой! — окликнул ее Володя.
— Что постой? — обернулась она. — Что ты хочешь сказать? Что любишь меня? Что я не квартирантка? Что ты не год встречаешься с другой женщиной?
Володя молчал.
— Вот именно, — кивнула Наталья. — Сказать нечего.
Она вышла из лаборатории и пошла по коридору. Ноги подкашивались, в глазах стояли слезы, но она шла. В ординаторской ее ждала та самая молоденькая медсестра.
— Ну как? — спросила девушка участливо. — Поговорили?
— Поговорили, — кивнула Наталья. — Спасибо вам за правду.
— Мне вас очень жаль, — сказала медсестра. — Вы такая хорошая, добрая. А он... Знаете, многие тут его осуждают. Нехорошо так с людьми поступать.
— Многие знают? — спросила Наталья.
— Ну да. Все видят, что вы обеды носите, заботитесь. А он при этом с Мариной Владимировной встречается. Неприятно как-то.
Наталья вышла из больницы и села в машину. Руки тряслись так, что не могла завести двигатель. Господи, как же она была слепа! Как могла не замечать очевидного?
А ведь знаки были. Володя никогда не знакомил ее со своими друзьями. Говорил, что они скучные, что ей с ними неинтересно будет. Никогда не приглашал на корпоративы. Мол, там одни врачи, о работе только и говорят. Когда она предлагала пожениться официально, отмахивался: зачем штампы, мы и так хорошо живем.
И она верила. Господи, какая же она была наивная!
Наконец завела машину и поехала домой. По дороге думала, что будет делать дальше. Квартира Володина, это точно. Она только прописана там, но права собственности у нее нет. Работа у нее есть, правда, зарплата небольшая. На съемную квартиру хватит, но жить придется скромно.
А главное, что делать с этой болью в груди? С ощущением, что семь лет жизни выброшены на ветер? Что она любила человека, который ее не любил и даже не считал близким?
Дома Наталья села на кухне и заплакала. Не рыдала, не кричала, просто сидела и плакала тихо. Семь лет. Лучшие годы своей жизни. Ей сорок три, а она снова одна.
Через час пришел Володя. Вошел в кухню и остановился в дверях.
— Наташа, — сказал он тихо. — Мне нужно тебе кое-что объяснить.
— Не нужно, — ответила она, не поднимая головы. — Я все поняла.
— Нет, не поняла. Я действительно тебя... ценю. Ты хорошая женщина.
— Ценишь, — повторила Наталья. — Как хорошую домработницу.
— Не как домработницу, — возразил Володя. — Ты мне дорога. Просто... Просто я не готов к серьезным отношениям. К семье, к обязательствам.
— Не готов? — Наталья подняла голову. — А с Мариной готов?
Володя помолчал.
— С Мариной по-другому, — сказал он наконец.
— По-другому? Как это?
— Она самостоятельная. Независимая. У нее своя жизнь, свои интересы. Мне с ней легко.
— А со мной тяжело? — спросила Наталья.
— Не тяжело, но... Ты слишком привязана ко мне. Слишком зависишь от меня. Это давит.
Наталья встала из-за стола.
— Я завтра съезжаю, — сказала она. — Так что больше давить не буду.
— Наташа, не нужно торопиться, — Володя протянул к ней руку. — Можно все обсудить спокойно.
— Обсудить что? — спросила она. — Как мне и дальше изображать из себя домработницу, пока ты строишь отношения с другой женщиной? Нет, спасибо.
Она прошла мимо него в спальню и достала из шкафа чемодан.
— Ты куда денешься? — спросил Володя, стоя в дверях.
— Не твоя забота, — ответила Наталья, складывая вещи. — Как-нибудь устроюсь.
— Наташа, я не хотел, чтобы все так получилось, — сказал он виноватым тоном.
— А как ты хотел? — она обернулась к нему. — Чтобы я всю жизнь играла роль преданной служанки, не подозревая о твоих настоящих чувствах?
— Я думал... — начал Володя и замолчал.
— Что ты думал?
— Я думал, что тебе так удобно. Что ты довольна нашими отношениями.
— Довольна? — Наталья рассмеялась горько. — Я семь лет мечтала о настоящей семье! О детях, о совместном будущем! А ты думал, мне удобно быть любовницей, которая еще и по дому работает бесплатно?
Володя молчал.
На следующий день Наталья съехала. Сняла однокомнатную квартиру на окраине, перевезла свои вещи. Володя пытался звонить, но она не отвечала.
Через неделю узнала от знакомых, что он официально встречается с Мариной. Водит ее в театры, рестораны, представляет друзьям как невесту. То, чего Наталья ждала семь лет, он подарил другой женщине за несколько месяцев.
Больно? Конечно, больно. Но вместе с болью пришло и облегчение. Наконец-то она узнала правду. Наконец-то перестала обманывать себя.
А еще через месяц Наталья поняла, что впервые за семь лет чувствует себя свободной. Никому не нужно готовить завтрак в половине седьмого утра. Никому не нужно носить обеды на работу. Можно просто жить для себя.
Володя больше не звонил. Наверное, тоже почувствовал облегчение.