— Валя, дочка, как дела? Давно тебя не видела, — сказала Нина Петровна, открывая дверь соседке. — Проходи, проходи, не стой на пороге.
Валентина шагнула в прихожую и сразу почувствовала знакомый запах лекарств и валерьянки. Соседка действительно выглядела неважно — бледная, осунувшиеся щеки, в застиранном халате.
— Как самочувствие? — спросила Валентина, снимая куртку. — Слышала, что совсем плохо стало.
— Да что говорить, — вздохнула Нина Петровна, медленно проходя в комнату. — Давление скачет, сердце пошаливает. Врач говорит, надо беречься, но как тут сбережешься в одиночестве-то.
Валентина кивнула с пониманием. Они жили в соседних квартирах уже лет десять, но особо близко не общались. Здоровались при встрече, иногда Нина Петровна просила сходить в аптеку или купить хлеба, когда совсем плохо себя чувствовала. Обычная соседская взаимопомощь, ничего особенного.
— Чай будешь? — предложила хозяйка, усаживаясь в кресло возле окна.
— Не стоит беспокоиться, — отмахнулась Валентина. — Я ненадолго, просто узнать, как дела. Может, что-то нужно из магазина?
— Спасибо, дорогая. А знаешь, поставлю все-таки чайник. Мне самой попить охота, а в одиночестве как-то не тянет.
Нина Петровна поднялась и поплелась на кухню. Валентина осталась в комнате и огляделась. Обстановка скромная, но аккуратная. Старая мебель, связанные крючком салфетки на столике, несколько комнатных растений на подоконнике.
На стене висели фотографии в рамочках — видимо, родственники. Валентина подошла ближе, чтобы рассмотреть. Пожилая женщина с мужчиной, молодая пара, дети...
И тут она замерла. На одной из фотографий была она сама. Вместе с мужем Андреем и дочкой Катей. Снимок делали три года назад на даче у свекрови. Катя была еще маленькая, сидела у папы на плечах, а Валентина стояла рядом, обнимая мужа за талию.
Сердце забилось быстрее. Валентина протерла глаза и посмотрела еще раз. Нет, она не ошиблась. Это определенно их семейная фотография. Но как она оказалась у соседки?
— Ой, застыла совсем, — послышался голос Нины Петровны из кухни. — Сейчас чай готов будет.
Валентина быстро отошла от стены и села на диван, стараясь выглядеть спокойной. В голове крутились мысли одна страннее другой. Может, показалось? Нет, она точно узнала свою семью на снимке.
— Вот, держи, — Нина Петровна вернулась с подносом. — Сахар есть, печенье тоже.
— Спасибо, — машинально ответила Валентина, взяв чашку дрожащими руками. — Нина Петровна, а это что за фотографии у вас на стене? Родственники?
— А, это? — соседка глянула на стену и улыбнулась. — Да так, разные люди дорогие. Вот эти мои покойные родители, царство им небесное. А вот тут братишка с женой, они в Краснодаре живут.
— А вот эта? — Валентина указала на свою семейную фотографию, стараясь говорить как можно естественнее.
— Ах, эта... — Нина Петровна посмотрела на снимок с какой-то особенной теплотой. — Это мои очень дорогие люди. Андрюша с женой и дочкой. Прекрасная семья, просто душа радуется, когда на них смотришь.
Валентина чуть не поперхнулась чаем. Андрюша? Ее муж Андрей? И как это соседка знает их имена?
— А откуда вы их знаете? — осторожно спросила она.
— Ой, да это долгая история, — вздохнула Нина Петровна, садясь в кресло. — Андрюша мне как сын родной стал. Такой хороший мальчик, внимательный. Часто навещает, помогает по хозяйству. А жена у него замечательная, Валечка. И дочурка их, Катенька, просто ангелочек.
Валентина почувствовала, как мир вокруг начинает кружиться. Соседка говорит о ее семье, как о близких родственниках. Но Андрей никогда не упоминал о том, что общается с Ниной Петровной. Более того, он вообще избегал разговоров о соседях.
— Как интересно, — проговорила Валентина, стараясь сохранить спокойствие. — А давно вы с ними знакомы?
— Да уже года два как, — ответила Нина Петровна, прихлебывая чай. — Познакомились случайно. Андрюша в магазине помог мне сумки донести до дома. А потом узнал, что я одна живу, и стал заботиться. То продукты принесет, то лекарства из аптеки. Золотой человек, таких сейчас мало.
— А его жена... Валя... она тоже приходит? — спросила Валентина, чувствуя, как голос начинает дрожать.
— Валечка? Нет, что ты, она очень занята. Работает много, дочку воспитывает. Андрюша рассказывал, что она на двух работах трудится, чтобы семью обеспечить. Но такая хорошая, добрая. Он фотографии показывал, сразу видно — прекрасная женщина и мать.
Валентина поставила чашку на стол, боясь, что разобьет ее дрожащими руками. Что происходит? Почему муж рассказывает соседке о ее работе, показывает семейные фотографии? И главное — зачем все это скрывает от нее самой?
— Нина Петровна, — осторожно начала она, — а можно поинтересоваться, как часто Андрей... то есть Андрюша... вас навещает?
— Ой, да почти каждый день заглядывает, — с гордостью ответила соседка. — Утром на работу идет, обязательно спросит, как дела, что нужно. Вечером домой возвращается — опять зайдет. Иногда и дочурку приводит, Катеньку мою любимую.
Валентина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Каждый день? Приводит Катю? Но когда? Она же всегда дома к тому времени, когда муж с работы возвращается. Или не всегда?
Стала вспоминать последние месяцы. Андрей действительно иногда задерживался, говорил, что пробки или работа. А Катя... Вроде несколько раз упоминала какую-то бабушку, которая угощает ее конфетами. Валентина думала, что дочка просто фантазирует или говорит про бабушку в садике.
— А что вы делаете, когда он приходит? — спросила Валентина, стараясь говорить небрежно.
— Да чай пьем, разговариваем, — улыбнулась Нина Петровна. — Он мне про работу рассказывает, про семью. Я ему борщ иногда наварю или котлет напеку. Говорит, что дома некогда готовить, Валечка его все время на работе.
Валентина сжала кулаки. Дома некогда готовить? Да она каждый день готовит! Встает рано, чтобы завтрак сделать, после работы ужин. А он соседке жалуется, что голодный ходит?
— А дочка... Катя... что она у вас делает?
— Катенька моя золотая! — глаза Нины Петровны засветились. — Такая умненькая девочка, воспитанная. Мы с ней в куклы играем, я ей сказки рассказываю. У меня внуков нет, так что для меня она как родная внучка стала.
— И часто она приходит? — Валентина изо всех сил старалась сохранить невозмутимый тон.
— Раза два в неделю Андрюша ее приводит. Говорит, что Валечка задерживается на работе, а ему самому дела есть, вот и оставляет Катеньку со мной. Я только рада, честно говоря. Дом как-то живее становится, когда ребенок рядом.
Валентина вспомнила те дни, когда приходила домой, а Андрей говорил, что забрал Катю с садика и они гуляли во дворе. Значит, все это время дочка была здесь, у соседки, а она ничего не знала.
— Нина Петровна, — медленно произнесла Валентина, — а вы знаете, где работает Андрей?
— Конечно знаю. В строительной компании, мастером. Очень ответственная работа, говорит, что устает сильно. Но никогда не жалуется, такой терпеливый мужчина.
Валентина едва сдержалась, чтобы не рассмеяться горько. Андрей работал программистом в небольшой фирме, и никакого отношения к строительству не имел. Зачем он врет соседке?
— А сегодня он приходил? — спросила она.
— Сегодня с самого утра не видела, — ответила Нина Петровна. — Наверное, на работе задержался. Обещал вечером зайти, хлеба принести. Я уж приготовила ему пирожки с капустой, он их очень любит.
— Понятно, — кивнула Валентина, встав с дивана. — Ну, мне пора идти. Дела дома.
— Конечно, дорогая, спасибо, что зашла, — Нина Петровна проводила ее до прихожей. — Заходи еще, не стесняйся. А если Андрюшу увидишь, передай привет от тети Нины.
— Обязательно передам, — пообещала Валентина, надевая куртку.
Выйдя из квартиры соседки, Валентина прислонилась к стене в подъезде и закрыла глаза. В голове роился рой вопросов. Почему муж скрывает от нее свое общение с соседкой? Зачем врет о своей работе? И самое главное — что еще он от нее скрывает?
Поднявшись к себе домой, Валентина села на кухне и стала ждать. Андрей должен был вернуться с работы через час. Катя была у бабушки на выходных, так что они могли поговорить спокойно.
За этот час Валентина прокрутила в голове всю их совместную жизнь. Восемь лет брака, казалось, счастливых. Андрей был заботливым мужем и отцом, никогда не давал поводов для ревности или подозрений. Работал, приносил зарплату, помогал с Катей. Обычная семейная жизнь без особых потрясений.
Но теперь выяснилось, что у него есть какая-то тайная жизнь. Он регулярно общается с соседкой, приводит к ней дочку, рассказывает о семье... И все это время молчит дома.
Ключи в замке прервали ее размышления. Андрей вошел в прихожую, как обычно громко хлопнув дверью.
— Привет, — сказал он, проходя на кухню. — Что на ужин?
— Андрей, садись, — серьезно сказала Валентина. — Нам нужно поговорить.
Он удивленно взглянул на жену и сел за стол.
— Что случилось? Ты какая-то странная.
— Я сегодня была у Нины Петровны, — начала Валентина, внимательно следя за выражением его лица. — Узнавала, как здоровье.
Андрей слегка напрягся, но старался выглядеть спокойно.
— Ну и как она? Все еще жалуется на давление?
— Жалуется, — кивнула Валентина. — А еще рассказывала про своих родных. Показала фотографии.
— И что тут такого? — Андрей пожал плечами, но Валентина заметила, как дернулся уголок его глаза.
— Там была наша семейная фотография, — тихо сказала она. — Та, что мы делали у твоей мамы на даче.
Андрей побледнел и сглотнул.
— Не понимаю, о чем ты.
— Не ври мне, — жестко сказала Валентина. — Она все рассказала. Про то, как ты каждый день к ней заходишь. Про то, как приводишь Катю. Про борщи и пирожки. И про то, что работаешь мастером в строительной компании.
Андрей закрыл лицо руками и долго молчал.
— Валя, это не то, что ты думаешь, — наконец произнес он.
— А что это такое? — спросила Валентина. — Объясни мне, потому что я ничего не понимаю.
Андрей поднял голову и посмотрел на жену виноватыми глазами.
— Это началось случайно. Полтора года назад я действительно помог ей донести сумки. А потом... Она такая одинокая, Валя. У нее никого нет. И она стала рассказывать, как ей плохо одной, как страшно...
— И ты решил ее приютить? — с сарказмом спросила Валентина.
— Я просто заходил иногда, узнавал, как дела. А потом это вошло в привычку. Она готовит, я ем. Мы разговариваем...
— О чем разговариваете? — Валентина почувствовала, как внутри закипает злость. — О том, какая у тебя жена плохая? О том, что дома тебя не кормят?
— Нет! — воскликнул Андрей. — Я никогда плохо о тебе не говорил! Наоборот, я всегда тебя хвалил!
— Да? А почему тогда соседка думает, что я все время на работе и готовить некогда? Почему ты врешь ей про свою работу?
Андрей виновато опустил глаза.
— Я не хотел, чтобы она знала подробности нашей жизни. Поэтому придумал легенду.
— А Катю зачем приводишь? — продолжала допрос Валентина.
— Катя ее любит, — тихо ответил Андрей. — Нина Петровна с ней играет, читает сказки. Катя всегда просит к ней зайти.
— И ты не подумал спросить у меня разрешения? Не счел нужным предупредить, что моя дочка проводит время с чужой тетей?
— Валя, пойми, я не хотел тебя расстраивать...
— Расстраивать? — Валентина встала и начала ходить по кухне. — А что сейчас происходит, по-твоему? Я узнаю, что мой муж полтора года ведет двойную жизнь, водит мою дочку к соседке, врет про работу... И это меня не должно расстраивать?
— Там ничего такого не было! — воскликнул Андрей, тоже поднимаясь. — Просто дружеское общение! Она одинокая старушка, а я помогаю ей чем могу!
— Помогаешь? — Валентина остановилась и впилась в него взглядом. — А чем именно помогаешь? Что ты там делаешь каждый день?
— Ну... продукты приношу иногда, лекарства покупаю. По хозяйству помогаю...
— На какие деньги продукты покупаешь? — жестко спросила Валентина.
Андрей замолчал.
— Отвечай! На какие деньги?
— На свои, — буркнул он.
— На наши семейные деньги, — поправила Валентина. — Получается, ты тратишь семейный бюджет на постороннюю женщину, а меня даже не спросил?
— Валя, да там копейки! Хлеб, молоко...
— Не в копейках дело! — взорвалась Валентина. — Дело в том, что ты меня обманываешь! Полтора года живешь двойной жизнью и молчишь!
Андрей сел обратно за стол и виновато посмотрел на жену.
— Прости меня, Валя. Я действительно не хотел тебя расстраивать. Просто... там так спокойно. Никто не дергает, не требует ничего. Можно просто сидеть, пить чай, разговаривать о всякой ерунде...
— А дома тебя дергают? — холодно спросила Валентина.
— Нет, не в том смысле... — Андрей запнулся. — Просто дома всегда дела, заботы. А там... отдыхаешь как-то.
Валентина села напротив мужа и долго смотрела ему в глаза.
— Андрей, ты понимаешь, что произошло? Ты фактически завел себе вторую семью. И хорошо еще, что это пожилая соседка, а не молодая любовница.
— Какая вторая семья? — возмутился Андрей. — Что за глупости!
— А как еще назвать ситуацию, когда мужчина каждый день ходит в чужой дом, ест там, приводит ребенка, рассказывает о своей жизни? — спросила Валентина. — Единственное отличие от измены в том, что эта женщина не спит с тобой в постели.
Андрей побледнел.
— Валя, ты серьезно так думаешь?
— А как еще думать? — устало ответила она. — Ты полтора года скрывал от меня важную часть своей жизни. Врал про задержки на работе, когда сидел у соседки. Водил туда мою дочку без моего ведома. Тратил наши деньги... Что я должна думать?
— Я просто хотел помочь одинокой женщине, — тихо сказал Андрей.
— Тогда почему скрывал? — парировала Валентина. — Если все так невинно, почему не сказал мне с самого начала?
Андрей долго молчал, а потом честно ответил:
— Потому что знал — ты не поймешь.
— Не пойму чего? — удивилась Валентина.
— Что мне там хорошо, — признался Андрей. — Что я там чувствую себя нужным, важным. Нина Петровна радуется, когда я прихожу. Благодарит за каждую мелочь. А дома... дома все воспринимается как должное.
Валентина почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось. Значит, дело не только в желании помочь соседке. Мужу не хватало внимания и благодарности дома.
— То есть я плохая жена? — тихо спросила она.
— Нет! — быстро ответил Андрей. — Ты замечательная жена и мать. Просто... наверное, мы слишком привыкли друг к другу. Перестали замечать хорошее.
Валентина кивнула. В словах мужа была правда. Восемь лет брака, ежедневная рутина, постоянные заботы — все это действительно могло превратить их отношения в простое сосуществование.
— Что теперь будем делать? — спросила она.
— Не знаю, — честно ответил Андрей. — Валя, ты меня простишь?
Валентина встала и подошла к окну. За стеклом сгущались сумерки, во дворе зажглись фонари. Где-то там, в соседней квартире, Нина Петровна ждала своего «Андрюшу» с пирожками и хлебом. А здесь сидел ее настоящий муж и ждал прощения.
— Прощу, — сказала Валентина, не оборачиваясь. — Но с условием.
— Каким? — настороженно спросил Андрей.
— Больше никакой тайной жизни, — твердо сказала она. — Если хочешь помогать соседке — помогай открыто. Приводи меня с собой, знакомь нормально. И никаких выдумок про работу или что-то еще.
— Хорошо, — согласился Андрей. — А еще?
— А еще мы с тобой займемся нашими отношениями, — повернулась к нему Валентина. — Раз тебе не хватает внимания дома, значит, нужно это исправить.
Андрей встал и подошел к жене.
— Валя, я действительно люблю тебя. И Катю. Вы для меня самые дорогие люди на свете.
— Знаю, — кивнула Валентина. — И я тебя люблю. Поэтому и расстроилась так сильно. Мне показалось, что теряю тебя.
Они обнялись, и Валентина почувствовала, как напряжение постепенно отпускает. Кризис миновал, но урок был получен. Нельзя позволять отношениям превращаться в привычку, нужно постоянно работать над ними.
— А завтра мы вместе пойдем к Нине Петровне, — сказала Валентина. — Я должна познакомиться с женщиной, которая стала второй бабушкой для моей дочки.
Андрей улыбнулся.
— Она очень хорошая. Тебе понравится.
— Посмотрим, — ответила Валентина. — Главное, чтобы больше никаких секретов между нами не было.
— Не будет, — пообещал Андрей. — Честное слово.
И впервые за весь вечер Валентина поверила, что все наладится.