— Твой покойный муж завещал квартиру моему внуку, а не тебе, — торжествующе объявила свекровь, размахивая какими-то бумагами перед носом Ольги.
Ольга стояла в прихожей собственной квартиры и не могла поверить услышанному. Валентина Петровна явилась с самого утра, даже не постучав толком, просто открыла ключом дверь и вошла, как к себе домой.
— Что вы говорите? — выдавила Ольга, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Какое завещание? Виктор ничего мне не говорил...
— А зачем было говорить? — усмехнулась свекровь, проходя в комнату и усаживаясь в любимое кресло покойного сына. — Мужчины вообще о таких вещах не болтают. Он все правильно решил. Квартира должна остаться в роду, а не уйти чужой тетке.
Чужой тетке! Ольга аж задохнулась от возмущения. Двадцать лет замужества, двадцать лет она была частью этой семьи, а теперь вдруг стала чужой теткой!
— Валентина Петровна, — Ольга попыталась взять себя в руки, — вы меня простите, но я ничего не понимаю. Мы с Виктором покупали эту квартиру в кредит, вместе платили. Я здесь прописана...
— Прописка это одно, а собственность совсем другое, — перебила свекровь. — Вот смотри, завещание от прошлого года. Все по закону оформлено. Квартира переходит к Максиму.
Максим это племянник Виктора, сын его младшего брата. Парнишке едва исполнилось двадцать лет, он только из армии вернулся. И ему достается квартира, в которой Ольга прожила половину своей жизни.
— Покажите мне это завещание, — попросила Ольга дрожащим голосом.
Валентина Петровна протянула несколько листов. Ольга быстро пробежала глазами по тексту. Да, подпись похожа на Викторову. И дата стоит июль прошлого года. Значит, за полгода до смерти муж составил завещание и никому ничего не сказал.
— Я не верю, — прошептала Ольга. — Виктор не мог так поступить. Мы же говорили, что после смерти одного из нас квартира достанется второму...
— Говорили, говорили, — махнула рукой свекровь. — А дела свои не оформили как следует. Вот и результат. Хорошо еще, что Максим мальчик добрый, не выгонит тебя сразу. Время даст собраться.
— Выгонит? — у Ольги перехватило дыхание. — Меня хотят выгнать из моего дома?
— Из чужого дома, — поправила Валентина Петровна. — Теперь это дом Максима. Но парень не жестокий, пожить пока можешь. Только за коммунальные платить придется и за съем что-то доплачивать. Справедливо же.
Справедливо! Ольга чуть не засмеялась от отчаяния. Двадцать лет она вкладывала в эту квартиру не только деньги, но и душу. Каждый угол здесь обустраивала своими руками. Обои клеила, плитку на кухне укладывала, когда денег на мастера не было. И все это теперь чужое?
— Где Максим? — спросила Ольга. — Я хочу с ним поговорить.
— Он сейчас в военкомате документы оформляет, — ответила свекровь. — Вечером придет. Вы тогда и поговорите. Только учти, решение уже принято. Максиму квартира нужна, он жениться собирается.
После ухода Валентины Петровны Ольга долго сидела на кухне и смотрела в одну точку. В голове не укладывалось происходящее. Виктор умер три месяца назад от инфаркта. Умер внезапно, на работе. Скорая не успела доехать. И вот теперь выясняется, что он оставил завещание.
Ольга встала и прошла по квартире, словно видела ее в первый раз. Вот этот диван они покупали на первую зарплату Виктора на новой работе. А холодильник брали в кредит, когда старый окончательно сломался. Книжный шкаф Виктор сам собирал, три дня возился, ругался на инструкцию. Каждая вещь здесь была связана с какой-то историей, с общими воспоминаниями.
Вечером пришел Максим. Ольга его почти не знала, виделись только на семейных торжествах. Парень высокий, худощавый, светлые волосы коротко острижены по-военному.
— Тетя Оль, — сказал он, смущаясь, — бабушка говорила, что вы хотели со мной поговорить.
— Садись, — Ольга указала на стул. — Максим, ты в курсе, что квартира якобы завещана тебе?
— Ну да, — кивнул парень. — Дядя Витя молодец, позаботился обо мне. А то я после армии вообще без жилья остался. Родители развелись, квартиру продали.
— Максим, а ты не находишь странным, что Виктор никому ничего не сказал про завещание? — спросила Ольга. — Даже мне, жене?
Максим пожал плечами.
— Не знаю, может, не хотел расстраивать. Или думал, что еще долго проживет.
— А ты проверял подлинность этого завещания? — продолжала расспрашивать Ольга.
— А зачем проверять? — удивился парень. — Бабушка сказала, что все честно оформлено у нотариуса.
Ольга вздохнула. Простодушный мальчишка и не подозревал, что его могут использовать в чьих-то интересах.
— Максим, — сказала она осторожно, — а что, если завещание поддельное?
— Да не может быть! — возмутился парень. — Бабуля же не станет врать!
Бабуля, конечно, не станет. Валентина Петровна вообще образец честности и порядочности. По крайней мере, так всегда считала Ольга. До сегодняшнего дня.
— Максим, я не обвиняю никого во лжи, — сказала Ольга мягко. — Просто хочу разобраться. Понимаешь, за двадцать лет брака Виктор никогда не упоминал про завещание. Мы вместе покупали квартиру, вместе платили кредит...
— Ну и что? — перебил Максим. — Может, он позже передумал. Решил, что лучше родственнику оставить, чем... ну, в общем, не родственнику.
Не родственнику. Опять эта песня. Двадцать лет Ольга была членом семьи, а теперь вдруг стала чужой.
— Хорошо, — сказала она. — Допустим, завещание настоящее. Максим, а что ты собираешься делать с квартирой?
— Жить буду, — ответил парень просто. — Я же говорил, жениться хочу. Невеста у меня есть, Светка. Мы еще в школе дружили, а теперь она институт заканчивает.
— А я? — спросила Ольга тихо. — Что мне делать?
Максим замялся, явно не ожидал такого вопроса.
— Ну, не знаю, — пробормотал он. — Может, съездишь к родственникам? Или комнату снимешь где-нибудь...
— У меня нет родственников, — сказала Ольга. — И денег на съемное жилье тоже особо нет.
Максим совсем растерялся. Видно было, что о таких подробностях он не думал.
— Тетя Оль, а может, мы как-нибудь договоримся? — предложил он наконец. — Вы пока поживите, а там видно будет...
— Максим, — сказала Ольга решительно, — я завтра иду к нотариусу. Хочу проверить это завещание.
На следующий день Ольга действительно отправилась в нотариальную контору. Она помнила фамилию нотариуса, к которому они с Виктором обращались при покупке квартиры.
— Александра Владимировна, — обратилась Ольга к пожилой женщине за столом, — вы помните моего мужа Виктора Семенова? Мы у вас сделку с квартирой оформляли.
— Конечно помню, — кивнула нотариус. — Соболезную вашей утрате. А по какому вопросу обращаетесь?
— Мне сказали, что Виктор у вас завещание составлял, — Ольга достала копию документа. — Вот, посмотрите, пожалуйста.
Александра Владимировна внимательно изучила бумаги, потом прошла к шкафу и достала толстую папку.
— Да, — сказала она через несколько минут. — Завещание есть. Составлялось в июле прошлого года.
— А можно узнать подробности? — попросила Ольга. — Виктор приходил один?
— Один, — подтвердила нотариус. — Сказал, что хочет оставить квартиру племяннику. Я, помню, удивилась, спросила про супругу. А он ответил, что у жены есть своя квартира от родителей.
Ольга аж всхлипнула. Никакой квартиры от родителей у нее не было и быть не могло. Родители жили в деревне в собственном доме, который после их смерти достался брату.
— Александра Владимировна, — сказала Ольга дрожащим голосом, — а вы не находите странным, что муж составил завещание и жене ничего не сказал?
— Знаете, — вздохнула нотариус, — мужчины часто так поступают. Не хотят расстраивать близких разговорами о смерти. Думают, что успеют все объяснить потом.
— А подпись точно его? — не унималась Ольга.
— Конечно. Я же проверяла по паспорту, — заверила нотариус. — И свидетели были. Правда, одного из них я не знала, он с вашим мужем пришел.
— А можно узнать имена свидетелей?
Александра Владимировна снова заглянула в документы.
— Свидетелями выступали Петр Семенов и некая Валентина Петровна Семенова. Родственники, я полагаю?
Ольга похолодела. Петр это брат Виктора, отец Максима. А Валентина Петровна его свекровь. Получается, что завещание составлялось в присутствии именно тех людей, которые от него выигрывали.
Выйдя от нотариуса, Ольга долго шла по улице, не разбирая дороги. В голове роились мысли. Завещание настоящее, это факт. Но почему Виктор сказал нотариусу про какую-то квартиру от родителей? Он же прекрасно знал, что никакой квартиры у Ольги нет.
Дома ее ждал сюрприз. Валентина Петровна сидела на кухне и пила чай, как у себя дома.
— А, пришла, — сказала она, увидев Ольгу. — Я Максиму борщ сварила, пусть парень нормально питается.
— Максим здесь живет? — удивилась Ольга.
— А где же ему еще жить? — пожала плечами свекровь. — Квартира теперь его. Я ему вещи помогла перенести и в холодильник продуктов накупила.
Ольга прошла в комнату. Действительно, на диване лежали мужские вещи, а на столе стояли рамки с фотографиями незнакомых девушек.
— Валентина Петровна, — сказала Ольга, вернувшись на кухню, — а можно поговорить откровенно?
— Давай, — кивнула свекровь, отхлебывая чай из Олькиной любимой чашки.
— Скажите честно, завещание настоящее?
Валентина Петровна поперхнулась чаем и закашлялась.
— Ты что такое говоришь? — возмутилась она. — Конечно, настоящее! Я сама свидетелем была!
— Да, я знаю, — сказала Ольга. — И ваш сын Петр тоже свидетель. Не странно ли, что свидетелями выступили именно те люди, чья семья получает наследство?
— А кто еще должен был быть свидетелем? — огрызнулась Валентина Петровна. — Виктор и позвал нас с Петей.
— И что он вам говорил? — продолжала расспрашивать Ольга.
— Да ничего особенного. Сказал, что хочет Максиму квартиру оставить. Ну и правильно, парню жилье нужно.
— А про меня что-нибудь говорил?
Валентина Петровна замялась.
— Ну, говорил, что у тебя своя квартира есть от родителей.
— Но ведь вы знаете, что никакой квартиры у меня нет! — воскликнула Ольга. — Мои родители в деревне жили!
— Откуда я знаю, что у тебя есть, а чего нет, — буркнула свекровь. — Может, не все рассказываешь.
— Валентина Петровна, — Ольга попыталась взять себя в руки, — я двадцать лет была замужем за вашим сыном. Мы покупали эту квартиру в кредит, я работала наравне с Виктором, чтобы выплатить долг. Справедливо ли лишать меня крова над головой?
— А что справедливо, а что нет, это не нам решать, — отрезала свекровь. — Виктор решил, значит, так и будет.
Вечером пришел Максим с девушкой. Светлана оказалась симпатичной, но очень юной. Девочка явно смущалась и не знала, как себя вести.
— Тетя Оля, — сказал Максим, — это моя невеста Света. Мы хотели бы обсудить с вами некоторые вопросы.
— Конечно, — кивнула Ольга. — Садитесь, поговорим.
— Видите ли, — начал парень, — мы планируем пожениться в ноябре. И хотели бы после свадьбы жить здесь. Но мы понимаем, что вам пока некуда деваться...
— Максим предлагает временный компромисс, — подхватила Светлана тонким голоском. — Мы можем пожить в большой комнате, а вы пока в маленькой. И коммунальные платежи пополам разделим.
Ольга смотрела на этих детей и не знала, плакать ей или смеяться. Они искренне считают, что делают ей одолжение, разрешая жить в собственном доме.
— А надолго этот временный компромисс? — спросила Ольга.
— Ну, пока не найдете себе что-то другое, — сказал Максим. — Может, год, может, два. Как получится.
— И вы считаете это справедливым?
— А что несправедливого? — удивилась Светлана. — Квартира же теперь наша. Мы могли бы вообще никого не пускать.
Наша! Эта девчонка, которая в первый раз в квартире, уже говорит наша.
— Хорошо, — сказала Ольга. — Я подумаю над вашим предложением.
После ухода молодых Ольга села за кухонный стол и достала все документы, связанные с покупкой квартиры. Вот договор купли-продажи, где покупателями указаны она и Виктор. Вот справки о доходах обоих супругов для получения кредита. Вот расписки о внесении первоначального взноса, где указана и ее фамилия тоже.
Значит, при покупке квартиры она была полноправным участником сделки. И только потом, через много лет, Виктор вдруг решил всего ее лишить. Но почему?
Ольга вспомнила тот июль, когда составлялось завещание. Виктор тогда ездил в больницу на обследование. Врачи подозревали у него проблемы с сердцем. Может, он испугался и решил срочно оформить наследство? Но почему не в ее пользу?
А может, дело совсем в другом? Может, Валентина Петровна и ее сын как-то повлияли на решение Виктора? Убедили его, что будет лучше, если квартира достанется кровному родственнику?
На следующий день Ольга решилась на отчаянный шаг. Она поехала к Петру, брату покойного мужа. Они никогда не были близки, но сейчас это был единственный человек, который мог прояснить ситуацию.
Петр жил на окраине города в небольшом частном доме. Встретил он Ольгу без особого энтузиазма.
— Что пришла? — буркнул он, не приглашая в дом.
— Петр, нужно поговорить, — сказала Ольга. — О завещании Виктора.
— А что тут говорить? Все честно. Завещание есть, нотариус оформил.
— Петр, ты же был свидетелем, — продолжала Ольга. — Скажи честно, что тогда происходило?
Петр неловко переминался с ноги на ногу.
— Ну, пришел Витька, сказал, что завещание хочет написать. Максиму квартиру оставить.
— А почему не мне? — спросила Ольга прямо.
— Да откуда я знаю! — взорвался Петр. — Спроси у него самого! А, не можешь уже спросить...
— Петр, — сказала Ольга тихо, — а ты не знаешь, кто Виктору идею подкинул? Может, мать?
— Мать тут ни при чем! — рявкнул Петр. — Сам он решил. Сказал, что у тебя квартира от родителей есть, а Максиму жилье нужно.
— Но ведь ты знаешь, что никакой квартиры у меня нет!
— Я не знаю, что у тебя есть, а чего нет, — буркнул Петр и захлопнул дверь.
Ольга медленно шла от дома к автобусной остановке. Картина прояснялась, но от этого не становилось легче. Валентина Петровна явно была инициатором завещания. Она убедила сына, что Ольге жилье не нужно, а вот внуку очень даже пригодится.
Дома Ольга застала Светлану, которая хозяйничала на кухне. Девушка варила борщ и напевала что-то под нос.
— А, тетя Оля, — обернулась она. — Я решила обед приготовить. Максим сегодня поздно придет, у него собеседование на работу.
— Светлана, — сказала Ольга, — а ты не боишься, что поступаешь нехорошо?
— В каком смысле? — удивилась девушка.
— Ты занимаешь квартиру человека, который прожил в ней двадцать лет, — объяснила Ольга. — Не кажется ли тебе это несправедливым?
Светлана задумалась, помешивая борщ.
— Ну, — сказала она наконец, — если смотреть с одной стороны, то да, вам обидно. Но с другой стороны, завещание же есть. Максим законный наследник.
— А если бы это была твоя бабушка? — спросила Ольга. — И ее выгоняли бы из дома молодые люди?
— Ну... — Светлана явно смутилась. — Но мы же никого не выгоняем. Предлагаем жить вместе.
— В качестве нахлебника в собственном доме, — добавила Ольга.
Девушка опустила глаза и больше ничего не сказала.
Вечером Ольга приняла решение. Она позвонила Максиму и попросила его прийти для важного разговора.
— Максим, — сказала она, когда парень пришел, — я хочу предложить тебе сделку.
— Какую сделку? — насторожился он.
— Я не буду оспаривать завещание, — сказала Ольга. — Но взамен прошу тебя выплатить мне компенсацию за мои вложения в эту квартиру.
— Какие вложения? — удивился Максим.
Ольга достала все документы и разложила на столе.
— Смотри. Первоначальный взнос в размере восьмисот тысяч рублей был внесен с моего счета. Вот справка из банка. Кредитные платежи мы с Виктором выплачивали пополам. Вот расписки. Ремонт делали тоже пополам, вот чеки.
Максим рассматривал бумаги с недоумением.
— И сколько получается? — спросил он.
— Полтора миллиона рублей, — сказала Ольга. — Это минимальная сумма, которую я вложила в эту квартиру.
— У меня нет полутора миллионов! — ахнул парень.
— Тогда продавай квартиру и отдавай мне мою долю, — предложила Ольга. — А на оставшиеся деньги покупайте с невестой что-нибудь поскромнее.
Максим долго молчал, переваривая услышанное.
— А если я не соглашусь? — спросил он наконец.
— Тогда я подам в суд, — спокойно сказала Ольга. — И буду требовать признания завещания недействительным. У меня есть все основания.
— Какие основания?
— Виктор сказал нотариусу, что у меня есть квартира от родителей. Это ложь, и я это докажу. Значит, завещание составлено на основании ложных сведений.
Максим побледнел.
— Но бабушка говорила...
— Твоя бабушка прекрасно знала, что никакой квартиры у меня нет, — перебила Ольга. — И тем не менее участвовала в составлении завещания. Думаю, суд это оценит по достоинству.
Парень встал и забегал по комнате.
— Мне нужно подумать, — сказал он. — И со Светкой посоветоваться.
— Конечно, — кивнула Ольга. — У тебя есть неделя. Потом я иду к юристу.
После ухода Максима Ольга впервые за много дней почувствовала облегчение. Она наконец решилась действовать, а не плыть по течению.
Неделя прошла в томительном ожидании. Максим не появлялся, хотя его вещи продолжали лежать в комнате. Валентина Петровна тоже не приходила, но Ольга несколько раз замечала ее у подъезда. Видимо, свекровь караулила, не уехала ли неугодная невестка из квартиры.
В назначенный день вечером пришел Максим. Был он мрачный и расстроенный.
— Тетя Оль, — сказал он, — мы с бабушкой и отцом все обсудили. Согласны на вашу сделку.
— На какую именно? — уточнила Ольга.
— Полтора миллиона мы вам выплатить не можем, — сказал Максим. — Но согласны продать квартиру и разделить деньги.
— Пополам? — спросила Ольга.
— Нет, — покачал головой парень. — Бабушка считает, что вам должно достаться не больше трети. Остальное мне.
Ольга усмехнулась. Даже соглашаясь на компромисс, Валентина Петровна продолжала хитрить.
— Максим, — сказала она, — либо пополам, либо суд. Третьего не дано.
Парень помолчал, потом кивнул.
— Ладно, пополам так пополам. Только учтите, процедура продажи займет время. Может, несколько месяцев.
— Я подожду, — согласилась Ольга.
Сделка действительно затянулась. Квартиру оценили в шесть миллионов рублей, но покупателей найти было непросто. Максим с невестой временно перебрались к его отцу, а Ольга продолжала жить в квартире.
Валентина Петровна больше не появлялась. Видимо, поняла, что проиграла партию.
Когда квартира наконец была продана, Ольга получила свои три миллиона. Она купила небольшую двухкомнатную квартиру в спальном районе и поняла, что впервые в жизни стала полноправной хозяйкой собственного жилья.
Максим с женой купили однокомнатную квартиру в новостройке. При встрече на улице он поздоровался с Ольгой вполне дружелюбно.
— Не сердитесь на нас, тетя Оль, — сказал он. — Мы не хотели вас обижать.
— Я не сержусь, — ответила Ольга искренне. — Ты просто оказался в сложной ситуации.
— А бабушка до сих пор говорит, что вы нас обманули, — признался Максим.
— Пусть говорит, — усмехнулась Ольга. — Главное, что справедливость восторжествовала.
И действительно, Ольга не чувствовала обиды. Напротив, эта история многому ее научила. Она поняла, что нельзя полагаться только на чужую порядочность. Нужно самой заботиться о своих правах и интересах.
В новой квартире Ольга чувствовала себя спокойно и уверенно. Здесь не было воспоминаний о Викторе и его семейке. Здесь она могла начать новую жизнь, опираясь только на себя.