«Самая французская из англичанок» Джейн Биркин — актриса, певица, икона стиля и символ свободы для многих поколений женщин. Она уходила от мужчин, когда чувствовала, что отношения исчерпаны, снималась, с кем хотела, — от мэтров кинематографа до дебютантов, построила музыкальную карьеру, не обладая в традиционном смысле сильным голосом, а ее стиль получил название «небрежный шик». Наконец, именно она вдохновила Hermès на создание сумки Birkin.
Масштабная личность, которой, кажется, все удавалось с удивительной легкостью. За свою жизнь она сыграла более 70 ролей в кино, выпустила 13 студийных и 6 концертных альбомов, написала двухтомную автобиографию, снималась в рекламе модных брендов и с одинаковой страстью выходила и на подиум, и на демонстрации в защиту прав человека. А еще была матерью троих известных дочерей (актрис Шарлотты Генсбур и Лу Дуайон, фотографа Кейт Барри) и бабушкой пятерых внуков.
Будучи иконой парижского стиля, она учила женщин непринужденной элегантности и принятию старости. Ее стиль, честность с собой, небрежная сексуальность — все это станет модным эталоном на десятилетия, навсегда изменив европейскую поп-культуру.
«Я ненавижу свой возраст — еще не женщина, но уже не ребенок. Когда мне говорят, что для каких-то вещей я слишком большая, но в 100 000 раз сильнее ненавижу, когда со мной обращаются, как с ребенком. Я ни то, ни другое… Меня переполняет обида, когда мне говорят, что мне пора немного повзрослеть, потому что я слишком часто плачу; но другие красят губы и носят туфли на каблуке и чулки. Не понимаю, почему я не могу быть такой же, как другие девочки моего возраста», — писала 15-летняя Биркин.
Ее трижды номинировали на премию «Сезар» за лучшую женскую роль и лучшую женскую роль второго плана (фильмы «Пиратка», «Женщина моей жизни», «Очаровательная проказница»), дважды — отметили премией Victoires de la Musique — в 1992 году она победила в номинации «Лучшая исполнительница года», а в 2021 году получила почетную награду. Кроме того, в 1989 году Джейн Биркин отказалась от французского ордена Почетного легиона, заявив: «Мой отец был героем, и только герои получают этот орден», — но согласилась быть возведенной в звание кавалера ордена Искусств и литературы.
Как складывалась судьба Джейн Биркин до 25 лет, рассказываем с помощью цитат из ее автобиографии «Дневник обезьянки» в рубрике #чтобылораньше
Дочь кинозвезды и военного
«Мать моей матери была актрисой. Она вышла замуж за моего деда, тоже актера. Вместе с бабушкой они сочиняли мелодрамы и открыли собственный театр в Грентеме, который потом превратили в кинотеатр — один из первых на севере Англии. Моя мать, Джуди… говорила, что своим культурным кругозором обязана в основном фильмам, которые смотрела, сидя на коленях у билетерши».
«Свадьбу [родителей] показали по телевидению в новостях, потому что моя мать была знаменитостью. Выглядели они чрезвычайно изысканно. Папа — с повязкой на одном глазу, мама — настоящая кинозвезда, в платье от Виктора Стибеля, моего крестного отца и самого известного кутюрье тех лет».
1944 год, Мэрилебон (Лондон)
«Ненавижу школу»
«Сегодня я ненавижу школу. Я чувствую себя опустошенной и мертвой. Я понимаю: если кто-нибудь скажет мне что-нибудь неприятное, или распустит обо мне какую-нибудь глупую сплетню, или просто случится что-нибудь плохое, я закричу… Вчера вечером я расплакалась в часовне. Все у меня наперекосяк, за что я ни возьмусь, все выходит боком. До чего мне все это надоело».
1959 год, Кенсингтон (Лондон)
«Мой ум похож на испуганную курицу — он не в состоянии выносить жестокие пытки, которым подвергается его хрупкая сущность».
«Отец, неравнодушный к французам, решил отправить меня во Францию… Ходила в Булонский лес кататься на лодке с Бертраном (тогдашний молодой человек Джейн). Какой прекрасный день!... На обратном пути мы прошли мимо Триумфальной арки. Господи, до чего прекрасен Париж!»
1961–1963 годы, остров Уайт — Париж
«Я получила роль»
«Она [мама] помогала мне учить текст пьесы «The Lady Is not For Burning» («Леди не для сожжения») для моего первого показа. Когда подошла моя очередь и я вышла на сцену, выяснилось, что я забыла текст. Режиссер сказал: «Ну, это много времени не займет» — и спросил меня, много ли я вешу…Они сказали, что я им подхожу на роль глухонемой девушки, <...> которая от отчаяния бросается под колеса автобуса. Я получила роль».
«Я способна на большее, у меня есть мозги, воображение и чувства, я люблю людей, но у меня должна быть цель».
1965 год, остров Уайт — Париж
«Я плачу каждую ночь»
«Через 7 недель я выхожу замуж. Кажется, что это еще не скоро, но время летит быстро. Я выхожу за композитора Джона Барри. Он сочинил музыку ко всем фильмам Бондианы, и к «Сеансу дождливым вечером», и еще к куче фильмов. Мы познакомились в феврале на вечеринке, которую Роман Полански устраивал в клубе Ad Lib… Он уже был женат, и у него есть ребенок — прелестная белокурая девочка».
«Мне нужно немножко любви, чтобы быть счастливой, но у него нет времени на любовь. Это превращается у него в привычку. Никогда бы не подумала, что со мной такое случится. Я плачу каждую ночь… Я объяснила, что после этой кошмарной недели чувствую себя отвратительно. Тогда он [доктор] сказал, что, возможно, я беременна и это начало выкидыша».
1965 год, Вэст-Энд (Лондон)
Успехи и потери
«Я услышала, что Микеланджело Антониони проводит в одной из студий в окрестностях Лондона пробы к фильму «Фотоувеличение»… [После проб] Антониони дал мне несколько страниц сценария, велел ехать домой и хорошенько подумать, потому что сниматься предстояло совершенно обнаженной… Если я не ошибаюсь, это был первый случай, когда в кино целиком показали обнаженное тело. Газеты подняли страшный скандал. Ко мне прилепилась кличка «Джейн Фотоувеличение Биркин»
«Он меня не уважает, а ведь именно уважение заставляет женщину почувствовать себя женщиной… Я ухожу от Джона. Я стою под дождем. В одной руке — чемодан, в другой — переносная колыбель. У меня кружится голова. Мне 20 лет, но мне так холодно и одиноко, как не было никогда в жизни».
1966–1967 годы, Лондон
«Я тебя люблю, я тебя тоже нет»
«Я только что снялась во Франции в фильме «Лозунг», главную роль в котором сыграл человек, которого я люблю. Его зовут Серж Генсбур. Он немного странный, но я его люблю. Он не похож ни на кого из моих прежних знакомых — довольно опустившийся, но в то же время чистый».
«Немного позже, когда я распевала что-то в ванной, Серж вдруг спросил меня: «А ты не хочешь спеть со мной “Я тебя люблю… Я тебя тоже нет”?» — «Конечно хочу», — ответила я… Чтобы вышла «Я тебя люблю…», мы спели еще несколько песен, в том числе «69-й, эротичный год». Серж проявил благородство и настоял, чтобы на обложке диска поместили мою фотографию — только мою, — потому что он мечтал сделать из меня звезду. Песня взлетела во всех европейских чартах. Нас проклял папа римский. Серж говорил, что он — «наш лучший пиарщик»».
1968—1969 годы, Париж
#чбр @forbes_young