Она взглядом яростного фанатика, обнаружившего еретиков на собственных клубничных грядках, окинула поле грядущей битвы, проверяя, нет ли в рядах противника сопротивления и ажиотажа к побегу.
Противник был сломлен, и выстроен по ранжиру.
Толстый мешок яблок выпирал толстое пузико генерала, проглотившего интенданта.
Банки сияли чистейшими подворотничками новобранцев.
Крышки были надраены, как награды за зимнее чревоугодие.
Она закатала рукава, мундиром натянула фартук, и ринулась в бой.
По причине невероятной, доходящей почти до солнечных дыр жары, на кухне были распахнуты окна. Ибо кондиционер не справлялся.
Да что может это забугорное изобретение супротив российского желания закатать, закрутить, выстерилизовать до полной безмикробности?! Ха! И ещё раз!
Яблочный дух налетел на мимопроходящего Ксенофонта Мурмидонотвича, вскружил ему голову, подтягивая поближе к распахнутым окнам.
Ксенофонт Мурмидонович заселился в эту многоэтажку года эдак три назад, был достаточно молод, абсолютно холост, и весьма хорош собой. К тому же не любил рыбалку, гаражи и хоккей.
Словом был мечтой всех барышень ЗАГСовского возраста. О чём прекрасно понимал, и ловко обходил ловушки и засады.
- Ах, какой упоительный аромат струится из ваших хрустально чистых окон! – воскликнул он к Манифестанде Бурмаиловне.
Так он проявил ещё одно своё качество, за которое его очень уважали скамеечные бабули. Они даже не разрешали сплетничать о нём посторонним бабулькам! А это что-нибудь да значит!
Манифестанда, выглянувшая в окошко, с целью охладиться от пыла жара плиты, на которой кипел, закипал и уже булькали кастрюли с сиропом, зарделась:
- Не желаете ли, снять пробу? Меня моя бабулинька научила, вот и продолжаю теперь.
В предложении не слышалось ловушки. Слышно было только обещание вспомнить тот самый вкус, из того самого детства, которое Ксенофонт проводил у своей бабули в деревне.
Она протянула ему пол-литровую кружку прямо из окна. Он сделал глоток и нектаром прокатившийся по горлу компот, вызвал слезы на его глазах.
- Обожглись?! – тревожно воскликнула она.
- Нет, нет! – поспешно возразил он, - просто вспомнилось! Вспомнилось просто! Очень приятное! Сейчас-то городские барышни всё фреши и соки предпочитают…
Она сморщила носик. Ей от одних этих слов стало химично и биологично добавочно.
- А меня ещё шарлотка есть, - тихо сказала она, опустив глазки, и теребя завязки фартука.
Потому что, знаете ли, много закруток это, конечно, очень хорошо, даже здорово. Но как съесть их одной?! Никак! Никак не возможно! А угощать всех окрестных знакомых, …ну, это совсем, совсем не то!
- Шарлотка!- встрепенулся он.
Мимо пробегающая барышня ЗАГСовского возраста, чуть не поперхнулась завистью, но ей пришлось пробежать мимо.
Потому что, дверь подъезда за ним захлопнулась. А скоро появился силуэт, уже помывший руки, и вожделенно держащий в руках солидный кусок шарлотки.
Счастливая Манифестанда наливала чай в объемистую кружку. И понять, отчего она разрумянилась, от булькающих сиропов, или …пока было непонятно.
Взглядом истинного фанатика, обнаружившего злостного еретика в собственной теплице с огурцами, она окинула поле грядущей битвы.
Проверяя состояние противника. Противник, впрочем, как всегда был деморализован, и поползновений к побегу не проявлял.
Корзина со свеклой стояла в ряд с покорной морковкой. Томаты мило краснели, ожидая воссоединения в борщевой заправке, перцы им кокетливо подмигивали, обещая скорый сейшен.
Банки сияли чистейшими подворотничками новобранцев.
Крышки были надраены, как награды за зимнее чревоугодие.
Она закатала рукава, решительно, как мундир, натянула фартук.
Ей надо было закатать много! Намного, вдвое больше, чем в прошлые годы борщевой заправки и прочих вкусно пахнущих баночек.
Потому что, да вы и сами уже слышали, да?
Конечно! Вы правы!
Потому что, для двоих, пока для двоих, заготовок на зиму надо намного, намного больше, чем на одного.
А! И не забыть ещё баклажанной икры закрутить!
Очень уж Ксенофонт Мурмидонович её уважает! Очень!
P.S. дорогие друзья ОГРОМНАЯ, ОГРОМНАЯ благодарность тем, кто решил отблагодарить автора кофейком выпивая утром свою чашку кофе, чувствую, как от неё идёт тепло! Благодарю! Это очень, очень приятно!
И благодарю всех, кто покупает мои книги на литрес! Очень благодарю! Вот просто очень, очень приятно!
И просто благодарю всех, кто читает, всех кто отзывается! Всех кто со мной! Благодарю вас, друзья!