Мишустин заявил, что через пять лет интернет будет у 97% домохозяйств. Сегодня — у 93%. На первый взгляд, разница всего в 4 процента. Кажется, ерунда? А вот и нет. Давайте копнем глубже этих сухих цифр.
За этими процентами стоят реальные люди. Чаще всего — в самых отдаленных и труднодоступных уголках страны. Те самые 3-4%, которых предстоит «дотянуть», — это самый сложный, дорогой и некоммерческий сегмент. Туда не поедут частные операторы — там просто нечего зарабатывать. Это задача государства, и она колоссальна.
И тут я вижу главный парадокс. Мы живем в эпоху, когда искусственный интеллект пишет тексты и рисует картины, но мы до сих пор не можем решить фундаментальную проблему — дать людям базовый доступ в сеть. Тот самый, который давно стал не роскошью, а necessity, как электричество или водопровод.
Что скрывается за национальными проектами?
Мишустин не зря упомянул новый нацпроект «Экономика данных и цифровая трансформация государства». Это не просто красивая формулировка. Это признание простой истины: данные — это новая нефть. А интернет — это трубы, по которым она течет.
Поддержка IT-сектора и переход на отечественное ПО — это, конечно, хорошо. Но мое глубинное убеждение: всё это бессмысленно, если у человека в деревне или в удаленном поселке нет стабильного канала для связи с внешним миром. Сначала — инфраструктура, потом — всё остальное. Сначала дайте людям дорогу, а уже потом рассказывайте о правилах движения.
ИИ в ключевых отраслях — это как?
Премьер говорил о внедрении искусственного интеллекта. Звучит футуристично. Но давайте будем честными. Какой ИИ может быть в глухой деревне, где сотовую связь ловят на одном единственном холме?
Мне кажется, мы часто бежим вперед, не доделав базовые вещи. Цифровизация — это ведь не только про умные алгоритмы в мегаполисах. Это в первую очередь про равенство возможностей. Чтобы у школьника из села был такой же доступ к образовательным платформам, как и у его сверстника из Москвы. Чтобы врач в районной больнице мог провести телемост со столичным коллегой. Вот настоящая цифровая трансформация, а не только отчеты для галочки.
Так в чем же настоящая цель?
Увеличение с 93% до 97% — это не про статистику. Это про социальную справедливость. Это про то, чтобы перестать делить страну на цифровых «хаves» и «have-nots» — тех, кто в системе, и тех, кого эта система забыла.
Это сложно. Очень сложно. И дорого. Но это тот случай, когда инвестиции измеряются не только деньгами, а в первую очередь — изменением качества жизни миллионов людей.
Лично я верю, что это возможно. Но для этого нужна не только воля государства, но и ясное понимание, что цифровой разрыв — это одна из самых больших угроз будущему. И его ликвидация — это не техническая задача, а гуманитарная.