На скамье подсудимых оказалась 35-летняя Екатерина Бордукова, мать пятерых детей, работавшая дворником в Челябинске. На момент происшествия она жила в бывшей колясочной вместе со своим сожителем, безработным Музафаровым.
Бордукова утверждает, что в день убийства она вернулась с работы и обнаружила у своей двери незнакомца, который представился Алексеем. Тот попросил укрыть его от полиции, и женщина впустила его. Позже к ним присоединился сожитель Бордуковой, и компания начала распивать спиртное.
Тем самым Алексеем оказался рэпер ТрикоПюшон. Подсудимая вспоминает, что вскоре парень ушел и вернулся уже с другом Тарасом и двумя бутылками коньяка. В процессе пьяной беседы между Музафаровым и рэпером внезапно вспыхнула ссора, которая быстро переросла в агрессию в сторону самой Бордуковой.
По словам обвиняемой, в какой-то момент ТрикоПюшон схватил ее за бедро и начал приставать. Сожитель испугался крепкого парня и не смог его остановить. Позже рэпер и вовсе перешел на оскорбления детей Бордуковой. На тот момент ее младший сын находился в больнице после изъятия опекой. А затем ТрикоПюшон якобы схватил женщину за плечо и ударил кулаком. Тогда женщина и взялась за нож.
“Он мужчина. Он выше, сильнее, агрессивнее. Он угрожал. Я испугалась и хотела так защититься. Между нами сразу встал Тарас, спиной ко мне, лицом к нему. Я била наотмашь, хотела только напугать, может, попаду в плечо… Я не целилась в шею, не рисовала ему там крестик. Я не хотела его убивать, у меня не было умысла”, – цитирует слова подсудимой КП Челябинск.
Бордукова заявляет, что увидев кровь, она сразу попыталась помочь — схватила кофту и стала зажимать рану. Этот факт она приводит в качестве главного доказательства отсутствия умысла на убийство. После этого рэпер сделал несколько шагов и упал. А Музафаров, дождавшись ухода Тараса за помощью, вымыл нож и бросил его за диван.
Подсудимая признает, что ранее путалась в показаниях . Это она объясняет шоком, похмельем, а также давлением со стороны следствия. По ее словам, следователь якобы сам вписывал часть информации в протокол, а она в состоянии стресса лишь кивала и подписывала. При этом Бордукова утверждает, что тогда ей даже не предоставили адвоката. Теперь решение за судом. Прения сторон и приговор назначены на следующие заседания.