Виктор Дени (1893—1946). Дружеский шарж «Троцкий в представлении благочестивой Антанты». 1920-е
15 (2) сентября 1917 года Л.Д. Троцкого освободили из тюрьмы «Кресты». Что было вполне логично: корниловский мятеж разгромлен, революция вновь покатилась «влево», большевиков и близких к ним социал-демократов (а арестованы были ещё Коллонтай, Каменев, Раскольников, Луначарский...) надо освобождать. По требованию Петроградского Совета Лев Давидович был освобожден под денежный залог в три тысячи рублей.
Между прочим, арестован Троцкий был практически «по собственному желанию» — он направил Временному правительству следующее дерзкое письмо:
«Граждане министры!
Я знаю, что вы решили арестовать товарищей Ленина, Зиновьева и Каменева . Но ордер на арест не выдается на меня. Поэтому я считаю необходимым обратить ваше внимание на следующие факты:
1. Я в принципе разделяю позицию Ленина, Зиновьева и Каменева и отстаивал её в моей газете «Вперёд» и во всех моих публичных выступлениях.
2. Моя позиция в отношении событий 3–4 июля совпадает с позицией упомянутых выше товарищей».
Дени. Троцкий в образе Георгия-Победоносца. 1918
Конечно, рассвирепевшие от такой пощёчины «граждане министры» «клюнули» на предложенную им приманку и упекли Троцкого за решётку.
Тюрьма «Кресты». Современный вид
Известный меньшевик Давид Заславский писал в газете «День»:
«Если бы Ленин, Зиновьев и Троцкий хотели, они могли бы объявить себя временным правительством... Но Зиновьев и Троцкий — трусы. Они не хотят взять власть и не возьмут её... Троцкий и Каменев не станут во главе современной пугачёвщины, и она перешагнёт через них».
(Ошибался господин Заславский, ой как ошибался, и стали, и взяли).
«События июльских дней и то, что их подготовило, это бесконечно спутанный и кровавый клубок, где легкомыслие и неразборчивость сплелись с прямой изменой, предательством и шпионажем. Во всём этом надо разобраться... И я не испытывал бы угрызений совести, стоя вместе со всей революционной Россией у запертых двойным замком дверей камеры Троцкого».
Кстати, потом, в 1936—1937 годах, тот же самый Заславский будет обвинять в газете «Правда» тех же самых Троцкого, Зиновьева и Каменева в... да-да, это не оригинально, в измене в пользу Германии и требовать их смерти. На этот раз, увы, успешно. Но это — уже совсем другая история...
Давид Заславский (1880—1964). Шарж Бориса Ефимова. 1960-е. Авторучки в карманах журналиста напоминают нагрудный патронташ.
Уже в советское время о Заславском была сложена хвалебная эпиграмма:
В борьбе с врагом любого вида
Сверкает острый меч Давида.
Но возвращаясь к заявлению Троцкого с требованием его ареста... Своим вызывающим шагом Лев Давидович убил сразу нескольких зайцев. Он резко усилил и укрепил своё положение в большевистской партии, в которую он только-только вступил.
8 августа (26 июля) 1917 года открылся VI съезд партии большевиков. И делегаты избрали почётный президиум, в который вошли и два находившихся в бегах лидера партии — Ленин и Зиновьев. Поэтому на советском плакате они изображены на фоне ставшего знаменитым позднее шалаша в Разливе. Но Троцкий тоже вошёл в тот же почётный президиум! И вместе с другими арестованными вождями большевиков изображён на фоне тюремной стены и решёток.
Конечно, он и рисковал. Ведь с лидерами германской революции Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург спустя полтора года расправились вскоре после их ареста путём самосуда. Ничто не гарантировало Троцкого от подобного поворота событий. Но, как говорится, кто не рискует...
Лев Троцкий (1879—1940)
А 15 сентября Троцкий уже вышел из тюремной камеры. Кстати, помимо урока оправданного риска, это его освобождение даёт современным марксистам другой ценный урок — о необходимости сотрудничества с теми, кто вчера сажал тебя самого и твоих товарищей в тюрьму, если того требует польза революции.
Троцкий писал в 1932 году, горячо призывая к союзу германских коммунистов с социал-демократами, теми самыми, которые убили Розу и Карла — против нацистов:
«26 августа (старого стиля) 1917 года генерал Корнилов двинул казачий корпус и дикую дивизию против Петрограда. У власти стоял Керенский, приказчик буржуазии и на три четверти союзник Корнилова. Ленин находился в подполье по обвинению в службе Гогенцоллерну. По тому же самому обвинению я сидел в те дни в одиночной камере «Крестов». Как же поступили в этом положении большевики? Они тоже имели право сказать: «для того, чтобы победить корниловщину, надо победить керенщину». Они это не раз говорили, ибо это было правильно и необходимо для всей дальнейшей пропаганды. Но этого было совершенно недостаточно для того, чтобы 26-го августа и в ближайшие дни дать отпор Корнилову и помешать ему зарезать петроградский пролетариат. Поэтому большевики не ограничились общим призывом к рабочим и солдатам: порвать с соглашателями и поддержать единый красный фронт большевиков. Нет, большевики предложили единый боевой фронт эсерам и меньшевикам и создали общие с ними боевые организации. Правильно это было или неправильно? Пусть мне ответит на это Тельман. Чтоб ещё ярче показать, как выглядело дело с единым фронтом, приведу такой эпизод: я лично, освобождённый из тюрьмы под залог, внесённый профессиональными союзами, прямо из одиночной камеры приехал на заседание Комитета народной обороны, где вместе с меньшевиком Даном и эсером Гоцем, союзниками Керенского, державшими меня в тюрьме, обсуждал и решал вопросы о борьбе против Корнилова. Правильно ли это было или неправильно? Пусть мне ответит на это Ремеле [один из лидеров Компартии Германии]».
В общем, Троцкий вышел из тюрьмы, и революция на всех парах летела вперёд. Доказательства взаимосвязи между первым и вторым? А вот известные слова на этот счёт товарища Сталина, написанные в 1918 году и напечатанные в «Правде» к первой годовщине Октября:
«Вся работа по практической организации восстания происходила под непосредственным руководством председателя Петроградского совета Троцкого. Можно с уверенностью сказать, что быстрым переходом гарнизона на сторону Совета и умелой постановкой работы Военно-Революционного Комитета партия обязана прежде всего и главным образом т. Троцкому...»
Такие дела...