Добрый день, подписчики и гости канала.
«Я люблю тебя, жизнь, и надеюсь, что это взаимно..»
Источники: https://www.kp.ru/daily/26189.7/3077229/
https://www.youtube.com/watch?
v=bM4tOIXLiSs&t=1s&ab_channel=КомсомольскаяПравда
Воспоминания Кривонищенко Константина Алексеевича - брата Георгия.
В том страшном 59 - м году, жизнь дружной семьи Кривонищенко разделилась на до и после смерти Юры. В их семье никогда не обсуждали отчего погиб Юра. Глава семьи, Алексей Константинович, в то время начальник строительства Белоярской Атомной станции, большой человек, эту тему никогда не поднимал. И если и знал причину гибели своего сына, то так и унёс
её с собой в могилу. Старший брат Юрия – Константин Алексеевич Кривонищенко живет ныне в Киеве. Из трёх братьев, он единственный дожил до седин. Вот что он рассказал нам.
- В 1959 году я жил на Урале. Работал на Верхнетагильской ГРЭС начальником смены электроцеха. Нас было в семье три брата. Я – 1931-го, Юра 35-го, Игорь 39-го года рождения. Я остался один, самый старый. Что про Юру сказать? Был он общительным и веселым парнем.
Очень душевные стихи писал. Его любимая песня была «Я люблю тебя, жизнь, и надеюсь, что это
взаимно»:
И когда он погиб, мать нашла кусок базальта, приделала на него посеребренную табличку с гравировкой, вот с этой строчкой из Юриной любимой песни. Поставила на полку в память о Юре, и этот камушек всю жизнь стоял перед нашими глазами.
- Как вы узнали о гибели Юры?
- Я не помню, как получилось. Знаю, что они не вышли на связь вовремя. Начали их искать. Обнаружили тела первых пятерых туристов. И Юрку в их числе.
- Известно, что ваш отец был начальником строительства Белоярской ГРЭС. То есть, человеком довольно значимым, и он добивался правды о гибели Юрия, используя свой авторитет.
- Да, он огромной стратегической стройкой руководил и был в звании генерал-майора. Про его авторитет могу рассказать вам такой случай. В 1949 году отец попал под следствие. На стройку раньше намеченного плана завезли эшелоны с цементом. Поскольку склады еще не были выстроены, цемент выгружать оказалось некуда. На отца завели дело в прокуратуре и могли наказать его очень жестко. Но, как сам он потом рассказывал, вызывают его в очередной раз к прокурору, и тот отцу говорит, что дело закрыто, продолжайте работать. А отец краем глаза увидел на столе у прокурора телеграмму: «Кривонищенко не трогать. Иосиф Сталин». Это что касается авторитета. Поэтому отцу удалось добиться похоронить Юру там, где решили родители.
Когда отец вернулся из морга с опознания, то просто молчал. Я же его стал спрашивать, ты видел Юру? Он ответил, да, видел. И больше не проронил ни слова. Перед похоронами Юру в закрытый цинковый гроб положили. В дом его не поднимали, привезли во двор. Потом гроб в церкви при кладбище поставили. Но не отпевали. Тогда не принято было. Потом мама сказала – оставьте меня одну. Все вышли из церкви. Она минут 10 была там, плакала, наверное. А потом уж похоронили и всё..
- А после-то отец рассказывал, какой был Юра в морге? Цвет необычный?
- Он ничего не рассказывал. Не хотел, возможно, нас травмировать. А ребята поисковики на поминках говорили, что трупы были все черные.
- Но, наверное, спустя годы, эту трагедию в семье вспоминали, и отец говорил по какой причине туристы могли погибнуть?
- Нет, никогда. Все, что мы знали, что палатка, разорванная ножом, и они выходили через эти дыры. Это уже позже начались разговоры, что там было какое-то испытание военное. Еще говорили, что это была ракета, которая летела на Новую Землю из Казахстана, но не долетела.
- Как вы полагаете, если отец не заводил разговоров, не строил предположений о гибели Юрия, то, быть может, он знал всю правду? Только это была такая правда, которую он не мог разглашать по суровым правилам того времени?
- Все может быть. Возможно, его упредили строго. Но я не знаю. Даже когда мы с батей собирались за столом, то на эту тему никаких разговоров не было. Если я отца спрашивал, то он уходил от разговоров. Погиб и погиб, и всё, несчастный случай. Если чего-то и знал отец, то не успел сказать. Он умер внезапно в 1970 году. Было ему 63 года.
- А что ваша мама говорила по поводу трагедии?
- Она тоже об этом никогда не разговаривала.
- Что касается мамы, - вступила в разговор супруга Константина Алексеевича – Нина Пантелеевна, - то она всегда хранила у себя под кроватью чемодан с вещами Юрия – фуфайка, рукавицы и шапка, в которых он отправился в этот последний поход. В комнате висел большой портрет Юры. И в день его смерти мать садилась перед этим портретом и молча плакала. Мы, признаться, боялись этого чемодана, подозревая, что вещи в нем могли быть радиоактивными. А у нас ребенок. Но мама прожила с чемоданом до 83 лет и ничего. А когда ее не стало, то и чемодан мы похоронили.
- Почему вы решили, что там вещи радиоактивные?
- Я уж теперь и не могу сказать, но почему-то были такие страхи.
- Когда вещи Юрия нашли на перевале, то именно на его штанах и на его свитере были обнаружены следы радиоактивности.
- После окончания УПИ, - пояснил Константин Алексеевич, - в начале лета 1957 года Юра попал на работу на известный ныне завод «Маяк». Не знаю точно, чем брат занимался там, говорил, что у него в подчинении были солдаты. А скоро на предприятии случился взрыв могильника. Был достаточно крупный выброс радиации. Это известный факт. Вполне возможно, что эту радиацию на одежде он принес с предприятия. Ведь если у него в подчинении были солдаты, то он, вероятно, участвовал в ликвидации последствий взрыва. После этого он уволился, куда-то перевелся и пошел в отпуск. Из этого отпуска он уже и не вернулся.
- А что было после 59 года в вашей семье?
- Отца назначили начальником строительства Белоярской атомной станции на Урале. (В автобиографии Георгия, в 03.57, отец уже начальник строительства Белоярской станции). Он ее
и построил. А когда начался монтаж атомного оборудования, его перевели в Павлодар. В начале 60-х годов он попросился на Украину. И его вернули на родину. Из семейного архива мы взяли часть Юриных стихов. Кому-то они покажутся несовершенными, но зато хорошо нам рассказывают о характере этого парня. И пусть упокоится Юрий с миром, как и его товарищи по этому трагическому походу
Продолжение следует...