В зале суда царит напряженная тишина. Двое молодых людей в стеклянной клетке – это Антон Кобяков и Юрий Мачуло. Их поведение разительно отличается от того образа жестоких преступников, который сложился за время следствия
Однако именно им пришлось выслушать приговор по делу об убийстве школьницы Юлии Петренко, которое потрясло весь город Называевск Омской области и оставалось нераскрытым более двух лет.
«Скоро буду»
Трагические события развернулись вечером 11 января 2013 года. 17-летняя Юлия Петренко, ученица 11-го класса, возвращалась на последней электричке из Омска в свой родной город Называевск. Девушка ездила на курсы по изучению английского языка, готовясь к поступлению в вуз. Как вспоминают ее родители, она была целеустремленной и самостоятельной.
На перроне она попрощалась с друзьями и сделала последний в своей жизни звонок родителям.
– Мама, папа, скоро буду! Я уже приехала, – весело сообщила Юлия по телефону. Это были последние слова, которые услышали ее близкие. Живой свою дочь они больше не видели.
На следующий день, 12 января 2013 года, тело школьницы было обнаружено на пустыре. Как установили следователи, целью нападения было ограбление. Девушка возвращалась домой одна, и это сделало ее легкой добычей для преступников.
От гипноза до экстрасенсов
Расследование убийства зашло в тупик практически сразу. Несмотря на то, что были проверены сотни подозреваемых, следствие не могло выйти на след виновных. Работа продолжалась в течение 2,5 лет. Сыщики использовали все возможные методы, в том числе и неординарные. Так, например, для восстановления возможных деталей происшествия привлекались гипнологи, которые работали с потенциальными свидетелями.
В Называевск даже приезжали участники популярного телешоу «Битва экстрасенсов» — Зираддин Рзаев и Елена Голунова. Однако их усилия, как и усилия следствия, долгое время не приносили результата.
Перелом в деле наступил случайно. В 2015 году, отбывая наказание в колонии за совершение краж и грабежей, двое заключенных, Антон Кобяков и Юрий Мачуло, в разговоре с сокамерниками проговорились о своем участии в преступлении, совершенном 12 января 2013 года.
После этого оперативная информация была передана следователям, которые немедленно занялись плотной работой с этой парой. Вскоре после этого Кобяков и Мачулово всем признались.
«Она нас узнает»
Согласно их первоначальным показаниям, в тот роковой день они выпивали в кафе «Позитив». После этого, находясь в состоянии алкогольного опьянения, они вышли на пустырь, где встретили одинокую девушку. Ими было принято решение ограбить ее.
Юлия Петренко получила сильный удар по голове, от которого потеряла сознание. Пока девушка была без сознания, нападавшие обыскали ее карманы и сумку. В какой-то момент Кобяков узнал в жертве девушку, с которой он вместе учился в школе.
Испугавшись, что она их опознает, преступники приняли решение убить потерпевшую. Тело оттащили к заброшенному колодцу и сбросили в него.
«По ним видно, что бандиты»
Светлана и Владимир Петренко три года ждали, когда же будет установлена справедливость и убийцы их дочери понесут наказание. Для них это время стало бесконечной чередой боли и ожидания.
– Юлечка была очень добрым, отзывчивым человечком. Многого хотела достичь, поэтому училась на отлично, окончила художественную школу на отлично, участвовала в школьных мероприятиях, олимпиадах. Много грамот, похвальных листов, как будто торопилась все успеть. Мечтала выучиться, сделать карьеру. Хотела поступить в ОМГУ, поэтому и записалась на курсы английского языка. Она была самостоятельной девочкой, и мы не могли подумать, что может такое случиться непоправимое горе. Мы с ней мечтали о самом светлом и хорошем, — поделилась воспоминаниями Светлана Петренко.
На вопрос о подозреваемых женщина отреагировала крайне эмоционально:
– Я никогда их не видела и не знала. На страницу одного из них заходила — по ним видно, что бандиты. Бог все видит.
Задача – разжалобить присяжных
Когда Кобякову и Мачуло стало понятно, что им грозит пожизненное лишение свободы, они кардинально изменили свою позицию. Парни полностью отказались от своих первоначальных признательных показаний, заявив, что их давали под давлением.
Оба обвиняемых воспользовались своим правом и попросили, чтобы их дело рассматривал суд с участием присяжных заседателей. По всей видимости, они рассчитывали на то, что убедить коллегию из гражданских лиц в своей невиновности будет проще.
Перед присяжными стояла непростая задача. Прямых вещественных доказательств в деле не было.
«Вспомнили об алиби через три года»
Таким образом, обвинение было вынуждено опираться на совокупность косвенных доказательств. К ним относились, в частности, записи с камер видеонаблюдения, установленных в поселке неподалеку от места преступления, на которых были зафиксированы двое молодых людей, похожих на подсудимых. Сами Кобяков и Мачуло парировали это тем, что в той местности проходит множество дорог и тропинок, и их присутствие там не является доказательством вины.
Главным же козырем защиты стало внезапно появившееся алиби. Молодые люди вдруг вспомнили, что в момент совершения преступления находились в совершенно другом месте. В суде выступили трое свидетелей со стороны защиты: знакомая Кобякова, двоюродный брат Мачуло и владелица квартиры, где они часто проводили время. Все они подтвердили, что вечером 12 января 2013 года обвиняемые были с ними и не могли совершить преступление.
Государственный обвинитель отнесся к таким показаниям скептически:
– На допросе у следователя эти свидетели раньше ничего не смогли вспомнить про 12 января, а тут, спустя 3 года, «вспомнили»! — убеждала присяжных прокурор.
Несмотря на это, коллегия присяжных заседателей, состоявшая из 12 человек, после длительного совещания вынесла вердикт: 11 голосами против одного они признали Кобякова и Мачуло виновными в совершении инкриминируемых им преступлений.
«Красть – крал, а на такие дела не шел»
На финальном заседании, где должен был быть оглашен приговор, поведение подсудимых вновь изменилось. Они вели себя тихо и смирно, ожидая своей участи. Государственное обвинение потребовало для Антона Кобякова 25 лет, а для Юрия Мачуло — 23 года лишения свободы в колонии строгого режима.
Судья долго зачитывала материалы их характеристик и предыдущей судимости. Выяснилось, что Кобяков окончил лишь 8 классов той самой школы, где училась и Юлия Петренко. Затем, еще в несовершеннолетнем возрасте, он попал в воспитательную колонию. Мачуло получил образование в училище и какое-то время работал строителем, но впоследствии также встал на преступный путь.
На момент суда обоим было немногим более 20 лет, однако большую часть своей сознательной жизни они провели за решеткой, будучи судимыми за кражи и грабежи. Несмотря на это, от обвинения в убийстве они категорически открещивались.
– У прокурора домыслы, нет фактов, – заявил в своем последнем слове Кобяков, обращаясь к судье и не снимая кепки. – Не понимаю, откуда у них уверенность, что это мы сделали! Красть — крал, а на такие дела не шел. У меня руки чистые! Я не убивал, тем более женщину… девушку.
Его подельник, Мачуло, поддержал эту версию:
– Преступление громкое, оно должно быть раскрыто. Тут мы и подвернулись. Не мы — так другие.
«Моя дочь никогда не отмети совершеннолетие»
Для родных Юлии Петренко, присутствовавших в зале суда и с трудом сдерживавших эмоции, эти слова были лишь попыткой избежать ответственности.
После заседания у здания суда родителям Юли удалось задать лишь один вопрос: почему они уверены, что виновны именно эти двое. «Есть их письменное признание — мне этого достаточно!» — категорично ответил Владимир Петренко.
Позже его супруга, Светлана Петренко, более развернуто пояснила их позицию:
– Кобяков и Мачуло говорят, что их заставили, пытали. Предоставляли каких-то свидетелей... Сейчас можно говорить что угодно, лишь бы не сознаться в содеянном. Свидетели с их стороны ничего внятного не сказали: то были пьяные, то не помнят.
Приговор в День рождения
Приговор по делу был оглашен в четверг, 7 апреля 2016 года. Символично, что именно в этот день Юлия Петренко должна была отметить свой 21-й день рождения.
Судья, учитывая вердикт присяжных заседателей, а также все обстоятельства дела и личности подсудимых, назначила наказание. Юрию Мачуло было назначено 23 года лишения свободы, Антону Кобякову — 22 года лишения свободы. Оба приговора должны были отбываться в колонии строгого режима. Таким образом, суд назначил наказание чуть менее строгое, чем требовал государственный обвинитель.
По материалам «КП»-Омск