"Логика" красного террора

/по мат. историка В. Чичерюкина-Мейнгардта/

Что бы ни говорили советские и просоветские историки и пропагандисты, на территориях освобожденных белыми от советской власти, таких явлений, которые можно было бы сравнить с советской действительностью, не наблюдалось. Не было массового голода. Не было уравниловки и принудиловки, под вывеской «всеобщей трудовой повинности». Не было массовых репрессий и концентрационных лагерей. (Единственный белый концлагерь был на Русской Севере на острове Мудьюг, который превратился в страшилку).

Следуя логике советской стороны, белогвардейцам следовало ввести на своих территориях «военный капитализм» – включающий институт заложников, институированный белый террор, продовольственную диктатуру, всеобщую трудовую повинность и прочее.

Но ничего этого не было.
Историк Ю. Фельштинский, опубликовавший солидный сборник документов, собранных Особой следственной комиссией по расследованию злодеяний большевиков при Главкоме ВСЮР генерале А.И. Деникине, специально оговорил это обстоятельство в Предисловии:

«Белой армии как раз была присуща жестокость, свойственная войне вообще. Но на освобожденных от большевиков территориях никогда не создавались организации, аналогичные советским ЧК, ревтрибуналам и реввоенсоветам.

И никогда руководители белым движением не призывали к расстрелам, к гражданской войне, к террору, к взятию заложников.

Белые не видели в терроре идеологической необходимости, поскольку воевали не с народом, а с большевиками.

Советская власть, наоборот, воевала именно с народом (в этом нет ни тени преувеличения, поскольку гражданская война была объявлена всему крестьянству, всей буржуазии, т. е. интеллигенции, всем рабочим, не поддержавшим большевиков).

За вычетом этих групп, кто же остался, кроме слова «пролетариат»?» (С)

Цели красного террора эпохи военного коммунизма удачно сформулированы в монографии современного отечественного историка С.А. Павлюченкова «Военный коммунизм в России: власть и массы»:

«Большевизм внёс в террор новое содержание, вознес его на качественно новую ступень. Главная особенность красного террора – это то, что он одновременно служил орудием борьбы, и инструментом преобразования общества. Террор врос своими корнями в большевистскую идеологию классовой борьбы и строительства бесклассового общества, питая её соками, получая от неё энергию и нравственное оправдание. В ходе гражданской войны большевики выработали установку путём физического истребления т. н. эксплуататорских классов преобразовать общество в соответствии со своей доктриной, причем количество подлежащих истреблению, как бы велико оно не было, не имело значения.

И это было не просто теоретической выкладкой, или досужей болтовней малоответственного партийного краснобая.

Эта установка была четко сформулирована и беспощадно проводилась в жизнь карательными органами, рождёнными российской революцией.

Для красного террора не имело значения, виновен ли перед Советской властью конкретный человек, которого чекисты выводили на край оврага. Если это был буржуй, буржуазный интеллигент, член оппозиционной партии, то он, прежде всего, был повинен смерти своей причастностью к враждебным кругам, своим происхождением, определялся априори как враг Советской власти и, значит, подлежал истреблению».(15)

Главный идеолог большевистской партии Н.И. Бухарин неоднократно говорил о том, что большевикам в наследие от царского режима достался негодный человеческий материал. А посему большевикам необходимо путем террора и репрессий выработать годный человеческий материал для построения коммунизма.

Никола́й Ива́нович Буха́рин (27 сентября [9 октября] 1888, Москва — 15 марта 1938, Коммунарка, Московская область) — российский революционер, советский политический и партийный деятель, член Политбюро ЦК ВКП(б)

В мемуарах участника Гражданской войны, бывшего вольноопределяющегося запасной Марковской артиллерийской бригады князя Л.А. Ратиева, изданных на русском языке в Болгарии, уже после падения коммунистического режима, есть эпизод, когда в начале 1919 г. автор побывал на собрании советского партхозактива в Орле, когда туда приехал на своем знаменитом бронепоезде председатель РВС Л.Д. Троцкий.

Л.Д. Троцкий выступает на митинге

Тогда Троцкий выступил с речью, не зная о том, что в зале находится классовый враг, а посему был предельно откровенен. Вот что запомнилось юному князю Ратиеву – вчерашнему гимназисту, из речи революционного вождя -

«Каждому из вас должно быть понятно, что старые правящие классы свое искусство, свое знание, свое мастерство управлять получили в наследство от своих дедов и прадедов. А это часто заменяло им их собственный ум и способность.

Что можем противопоставить этому мы? Чем компенсировать свою неопытность? Запомните, товарищи – только террором! Террором последовательным и беспощадным! Уступчивость, мягкотелость, история нам никогда не простит. Если до настоящего времени нами уничтожены сотни и тысячи, то теперь пришло время создать организацию, аппарат, который, если понадобится, сможет уничтожать десятки тысяч. У нас нет времени, нет возможности выискивать действительных, активных наших врагов. Мы вынуждены стать на путь уничтожения физического всех классов, всех групп населения, из которых могут выйти возможные враги нашей власти.

Есть одно возражение, заслуживающее внимания и требующее пояснения. Это то, что уничтожая массово, и, прежде всего интеллигенцию, мы уничтожаем и необходимых нам специалистов, ученых, инженеров, докторов.

К счастью, товарищи, за границей таких специалистов избыток. Найти их легко. Если будем хорошо платить, они охотно приедут работать к нам. Контролировать их нам будет, конечно, значительно легче, чем наших. Здесь они не будут связаны со своим классом и его судьбой. Будучи изолированными политически, они поневоле будут нейтральны».(с)