Я перестал быть материалом для толпы. И это не победа — это тишина. Несколько лет назад я погрузился в себя — не по воле, а по необходимости. Кризис среднего возраста, переоценка, всё такое. И в какой-то момент… просто перестал видеть то, что раньше было незыблемым. Толпа — будь то в соцсетях, на работе или в семейных разговорах — перестала меня цеплять. Её мнение перестало быть моим компасом. А главное — я перестал быть *её* материалом. Меня перестали замечать. Я стал невидимкой для её механизмов внушения, ярлыков и коллективных крестовых походов. Я смотрю на религии, традиции, идеологии — и вижу их абсурдность. Не с ненавистью, а с тихим пониманием: вот как это работает. Вот какие кнопки нажимают. Вот как создают иллюзии принадлежности, чтобы стереть личные границы. Бехтерев был прав: внушаемость, деиндивидуализация, эмоциональная зараза — это не теория. Это то, что я *чувствовал* на себе годами. А потом — просто перестал чувствовать. Нет эйфории от “нашей” победы. Нет адреналин